Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 244

Герцог Шеридан поприветствовал меня сухим кивком в штабной палатке. Он задумчиво изучал карту с остальными генералами.

— Поздравляю с победой. Я ошибался на твой счёт. — флегматичным голосом заявил мой маршал. — Однако отступить удалось многим. Война ещё далека до завершения. Время обсудить дальнейший план кампании.

В голосе герцога чувствовалось лёгкое, почти неуловимое напряжение. Словно он чем-то сильно взволнован, но всеми силами заковывает это чувство в тиски своей воли, делая вид, что всё в порядке.

Генералы посмотрели на герцога странными взглядами, а затем дружно принялись смотреть в стороны: все сложно избегали меня самого взглядом.

— Вы чем-то взволнованы… — протянул я. — Ну же, поделитесь впечатлениями.

В штабной палатке, словно вторя лагерю, повисла тишина.

— Ты хочешь слишком многого от простых людей. — проскрипел Элдрих, отделившись от тёмного угла палатки. — Дай им прийти в себя. Поставь привычные задачи. Ты же не ожидаешь, что люди спокойно воспримут такую демонстрацию силы? Это же на полубога потянет, как минимум.

— Полубога? — приподнял бровь я. — Я не слышал, чтобы Отец когда-либо оставлял детей, да и другие боги вроде не славятся подобным…

— Всё верно. — лязгнул шлемом древний король, кивнув. — На божественную силу твои дела, уж прости, не тянут, однако… Для несведущего в возможностях богов — вполне себе неплохо. Поэтому я и говорю — потянет на полубога. В моё время всего пара человек могли выдать что-то похожее, и, пожалуй, всё же послабее…

Я ещё раз окинул взглядом генералов: и все как один боялись встретить мой взгляд. А ведь я не славился как тиран, вообще-то!

Один лишь граф Роланд криво усмехнулся мне. В его взгляде, брошенном на остальных, было лёгкое презрение.

Возможно, Элдрих и Улос правы. Стоит дать людям переварить произошедшее.

— Хорошо, слушайте задачу. Война не закончена, нам ещё предстоит брать Кордигард. Поэтому… Шеридан. Ты берёшь армию, отправляешься в Палеотру, собираешь осадные орудия и берёшь под контроль Лиссею. Я с остатками мертвецов и культом смерти отправлюсь добивать Кордигард. Если справишься раньше, чем я возьму столицу: оставь в Лиссее гарнизон и выдвигайся ко мне на помощь.

— Неожиданно. — качнул головой Шеридан. — Но, полагаю, проблем это не составит: основная армия Лиссеи была здесь, и она изрядно обескровлена. Ниора тоже не сможет им сильно помочь: даже если попытается…

— Тогда собирайте лагерь и отправляйтесь. — кивнул я. — Но прежде чем вы уйдёте, построй солдат. Я хочу прочитать речь, прежде чем вы отправитесь развлекаться. И, Роланд, идём со мной, для тебя будет особое задание.

Несмотря на общий настрой странноватого ступора, царивший в лагере, солдаты построились удивительно быстро: такого повиновения я не видел, пожалуй, да никогда! Возможно, всё не так уж и плохо в плане боевого духа.

— Улос. — нашёл я взглядом старого слугу, что притаился за одной из палаток, цепко смотря за построение. — Приведи всех.

Старик удивлённо вскинул брови: ранее я не демонстрировал большого интереса к делам его культа, оставаясь для его членом практически недостижимо высокой фигурой. Всеми делами заправлял он… Однако настало время изменить кое-что. Лучший повод найти будет сложно.

Культисты в чёрных балахонах медленно, неуверенно выбирались на площадку лагеря перед рядами солдат: в противовес армии, они выглядели жалкой, неорганизованной толпой. В основном это были молодые парни и небольшое количество девушек: однако, к моему удивлению, встречались и зрелые мужчины, и даже пара десятков пожилых людей в возрасте.

Их набралось около двух сотен: не так уж и мало.

— Здесь всё? — осведомился я у старого слуги.

— Только самые опытные адепты, повелитель. — прошелестел Улос. — Дома осталось немало учеников, но на битву я взял лучших из лучших.

Я повернулся спиной к армии и слегка прошёлся, окидывая цепким, пристальным взглядом своих культистов. На лицах многих была неуверенность, смущение, удивление, робость и даже лёгкий страх: но это был иной, совсем иной страх. Многие разглядывали меня с жадным, искренним любопытством, смешанным с порывистым, жарким восхищением. Эта разница была столь ощутима, что удивление солдат я чувствовал даже стоя к ним спиной: они тоже заметили.

Я покачал головой и остановился в самом центре, прямо перед неорганизованной толпой людей в чёрных одеяниях.

— Немало испытаний выпало на вашем пути. Судьба раз за разом подкидывала вам испытания, что не мог ранее ожидать для себя ни один человек в королевствах. — негромко заговорил я. — Однако, наперекор судьбе, любым неприятностям, вы вышли на бой против самой жизни: и победили!

Улос хорошо следовал моим инструкциям: и в культ, несомненно, отбирались изгои общества. Не принятые семьёй сыновья дворян, неудачники, не сумевшие устроиться в гильдии или крестьяне, чьи надежды на благополучную жизнь горожан тонули в грязном труде на задворках городских трущоб, разорившиеся торговцы и выгнанные за провинности слуги: и потому я чувствовал, что мои слова отзываются в них могучим эхом.

— Посмотрите на этих людей. — бросил я взгляд через плечо на армию. — Всмотритесь в их лица. Вы спасли тысячи из них. Проклятье, может и десятки тысяч, если не сотни. Они вернутся домой… Благодаря вам.

По рядам воинов прошла рябь: до многих внезапно доходило, что на месте павшей армии нежити могли оказаться именно они.

— Это была великая битва. Возможно, величайшая в истории люди: на многие века вперёд. Кто-то сказал бы, что я выиграл её… Но я не справился бы без вас. Лучшие из магов королевств бросили нам вызов на этом поле: и проиграли! Проиграли вам, тем, кого ещё совсем недавно считали жалким недоучкам. Но вы сразились с ним и доказали, что не уступите им на поле боя.

Я не обманывал культистов: они и в самом деле справились. Нет, разумеется, мастерства в сравнении с мастерами, что учились десятилетиями, им явно недоставало: но в их руках было куда более развитое искусство и море силы, порождённой недавними смертями: и потому вчерашние адепты смогли выстоять в бою с опытными магами. Выстоять и даже побеждать, учитывая, что те были совершенно не готовы к таким противникам. Нежить закрывала адептов культа своими телами, и даже простейшие проклятья, заряженные силой под завязку, легко убивали даже прожжённых мастеров стихийного искусства…

— Вы, всё до единого — мастера смерти. — сказал я. — Отныне и навсегда. Никогда не забывайте: путь мастера смерти лежит не в том, чтобы служить ей, а в том, чтобы повелевать ею. Бросать вызов самому мирозданию: таков удел мастера смерти, и сегодня вы бросили это вызов: и победили… Поэтому у меня есть для вас особый дар. Смотрите.

Я прикрыл глаза и потянулся к теням. Тени извечного ужаса: высшие фантомы, способные свести с ума человека, внушить ему страх, убивающий на месте, архитекторы кошмаров, воплощённый ужас любого человека, способный при этом стать осязаемым. Нематериальная нежить, одна из лучших, что я знал: но создать такую можно было только из могущественного волшебника, и это требовало такую прорву силы, что на каждую уходило бы несколько десятков жертв даже у опытного мастера смерти. Настоящий шедевр искусства смерти, вне всяких сомнений…