Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 19

— Совершенно верно. — кивнул граф. — Грицелиус полагает, что сможет убедить вас во всём, что он захочет. И принять корону, и назначить любого человека на любую должность… Он убедителен, и многие лорды с удовольствием поддержат кандидатуру короля-марионетки, чтобы укрепить своё влияние. Вот только я считаю, что Палеотре больше подойдёт сильная и крепкая рука.

— И вы полагаете, что я могу стать таковой. — констатировал факт я.

— Вы воин. А любой настоящий воин — это воплощение силы. — кивнул Делиус. — Так что вы скажете? Вы согласны стать королём Палеотры?

Повисло молчание. Несомненно, граф понимал, что далеко не всегда король соседнего королевства, особенно соперничающего, согласится на такое предложение. И всё же, на его лице не было ни тени сомнений и колебаний в принятых решениях: лишь безмятежное спокойствие и решительность. Это стоило уважать.

— Да. Я готов принять на себя этот долг. — твердо ответил я, гордо вскинув подбородок.

— Прекрасно. — даже не изменился в лице граф. — Но до коронации ещё есть несколько часов. Полагаю, мы можем продолжить экскурсию.

Граф ещё долго водил меня по экспонатам, рассказывая мне истории про великих героев Палеотры, об удачных торговых сделках и подвигах королей, о великих герцогствах и гильдиях королевства, но я слушал его вполуха, погрузившись в неиллюзорные раздумья.

И по всему выходило, что граф решил сыграть в свою игру. Согласиться с предложением Грицелиуса, но сделать всё, чтобы новый король не стал его марионеткой. Сторонник крепкой королевской власти, ага… Вот только не всё так просто, верно? Чтобы власть была крепкой, в любом месте нужны сторонники. Несомненно, Делиус видел себя одним из таковых и поставил на эту карту всё. Или не всё? Пожалуй, стоит даже поинтересоваться.

— Интересно, как отреагирует совет лордов, узнав то, что вы сегодня мне сообщили?

— Полагаю, меня не пригласят на следующее собрание. — спокойно ответил граф, оторвавшись от рассказывания очередной истории. — А через год или два я лишусь своего графства.

— Только король может лишить вас графства. — заметил я. — А я этого точно не собираюсь делать.

На губах графа заиграла ироничная ухмылка.

— Вы ещё молоды, Ваше Величество. Но скажите, разве вы сами не лишили графства одного аристократа, становясь королём Ганатры? Позвольте, я расскажу вам, как это бывает: молодой, достойный барон, внезапно получает несколько сотен отборных солдат, что готовы идти за ним хоть в пучины морской бездны, и начинает задумываться о том, что в соседнем графстве, крестьянам живётся не так хорошо, как в его баронстве… Несомненно, это означает, что граф недостоин, и как истинный лорд, барон просто не может пройти мимо подобной несправедливости. Полагаю, не нужно объяснять, что бывает дальше?

— Но это же извращение старой традиции! — воскликнул я. — Не буквы,но самого духа!

Мне почти не пришлось играть возмущение. Право слово, неприятно осознавать, что твоя идея об использовании традиций не была оригинальной. Хотя, конечно, от рыцаря до короля, наверно, никто так быстро не взлетал…

— Разумеется, так оно есть. — кивнул граф. — Но всё в рамках приличия. Да и потом, можете ли вы сказать, что каждый лорд на вашем пути к короне был недостойным? Разумеется, я не оспариваю вашего вызова королю Ганатры - но что насчёт остальных, что были лишь ступеньками?

Какой коварный и каверзный вопрос. Граф начинал нравиться мне всё больше и больше.

— Я вернул герцогство его владельцу. — ответил я. — Он был достоин. — Насчёт графа и барона собирали информацию мои люди. Граф вообще оказался безумцем, но вот барон… Барон не показался мне таковым. Назначенный мною барон, впрочем, не справился со своими обязанностями, и потому я приказал вернуть баронство изначальному владетелю, выделив ему средств из казны на укрепление обороны.

— Я ни в чём вас не обвиняю, Ваше Величество. — склонил голову граф. — Просто… Понимать неоднозначность некоторых вещей — признак мудрости.

— Да. Пожалуй. — согласился я после краткого мига раздумий.

Вскоре после этого разговор граф вдруг резко остановился, словно прислушиваясь к чему-то невидимому. Но как я ни старался, не смог уловить и тени каких-то магических манипуляций.

— К коронации почти всё готово. — наконец, отмер Делиус. — Рассвет близко. Нам пора. Я не успел рассказать вам о системе разноцветных огненных сигналов, что придумана для наших войск, в качестве ответной любезности на вашу тайну: это должно было быть сделано даже в случае, если бы вас не выбрали нашим королём. Но теперь, полагаю, с этим нет спешки, верно?

— Верно. У нас ещё будет время обсудить армию. — кивнул я.

Делиус вывел меня из зала истории извилистым подземными коридорами, где нас ожидало двое неизвестных мне воин в лёгких, но наглухо закрытых кожаных доспехах. Судя по всему, это были люди графа.

— Проводи Его Величество в нужное место. — Бросил граф левому.

Воин лишь молча поклонился.

— На этом наши пути расходятся, Ваше Величество. — вежливо кивнул мне граф. — Мне стоит присоединиться к остальным.

Он уже намеревался уйти вместе со вторым воином, но я окликнул удаляющегося мужчину.

— Граф Делиус. Я сохраню вашу тайну. Но когда мы закончим с текущими делами, пожалуй, нам стоит поговорить с вами о том, как именно вы видите крепкую королевскую руку. — негромко сказал я графу.

Делиус не ответил, и даже не изменился в лице. Но я готов был поклясться, что в где-то в бездонной глубине его тёмных глаз застыло торжество.

Глава 5

Молчаливый воин в кожаных доспехах быстрыми, чеканными шагами вёл меня за собой, не делая заминок. Следуя за ним, я вышел на улицу города из совершенно неприметной, расположенной в каком-то полуподвале двери.

Свежий утренний воздух приносил с собой лёгкий запах рыбы и моря, а улицы были пустынны, но меня заботило совсем не это.

Сегодня я должен был получить третью корону в свои руки, и эта была особенной.

Я был коронован, как король Ганатры на поле боя, взяв стены королевского замка и победив владыку северо-восточного королевства в честном бою. Кто-то, может быть, заметил бы, что я использовал искусство смерти, однако учитывая тот факт, что ублюдок пытался сжечь меня заживо, полагаю, этот бой вполне мог считаться честным.

Я взял неприступную цитадель Септентрион, сколотив невозможный альянс, что сокрушил его стены, и взял себе корону Арса по праву силы.

И всё же… Самому себе я мог признаться: не так много мозгов требуется, чтобы переиграть отсталых дикарей, живущих клановым строем, и не нужно быть гением, чтоб превзойти в тактике средневекового короля. Все эти победы были логичным следствием превосходства ума человека более развитой цивилизации. В этих успехах я был уверен задолго до их начала, идя вперёд без сомнений и колебаний.