Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 146

— Надо полагать, это именно то, что пытался сделать Гастон. Решить противоречия малой кровью. — заметил мастер Чистин.

— Они верят, что он воплощение зла. — покачал головой Мерик. — Но мы лично выяснили, что это не так. А значит, на стороне Горда правда.

— И мы будем на её стороне. Даже если это значит сражаться прямо здесь, в сердце Ренегона. — твёрдо сказал магистр, поднимаясь из-за стола и шагая к выходу из зала.

— Приказы? — пожилой рыцарь, стоящий рядом с мастером Чистином, бросил в спину магистра короткий вопрос.

— Собирайте воинов, сэр Лирис. Готовьте монастырь к осаде. Я напишу письма остальным. Мы вступаем в эту войну на стороне соединённого королевства.

Возможно, в ином месте подобные приказы вызвали бы возмущения, обсуждения, бурю эмоций и негодования… Однако орден странников был братством, и потому все приняли это решение. Даже сами Ренегонцы, выросшие рядом, лишь с мрачными лицами проверили оружие и отправились собирать отряды солдат ордена. В приказах человека, которого выбрали они сами, не сомневался никто.

Глава 31

Если королевство жизни и умело делать что-то хорошо, так это заполнять пробелы. День, когда умерла королева Меллистрия, разумеется, был обречён навеки войти в историю королевства. День смерти — так его назвали жители Виталии. Но несмотря на всю трагическую печаль этого события, жизнь на нём не останавливалась. Дома погибших заняли их родственники. Опустевшие жилища остальных были розданы молодожёнам из моей армии, бедным охотницам или бездомным по моему приказу.

Не прошло и пары недель, и хотя я всё ещё видел в жителях Виталии суеверный страх при взгляде на развороченную магической битвой дорогу близ северо-восточных ворот, мирная житейская суета медленно возвращалась в опустевший квартал вместе с чистым, звонким детским смехом.

Все королевские дела после смерти Меллистрии свалились на меня, но мне было не привыкать. И сегодня, спустя почти три недели после трагедии у меня дошли руки найти несколько пожилых мастеров земли в столице и приказать им починить дорогу вместе с каменщиками, и сейчас я удовлетворённо наблюдал, как каменные шипы медленно уменьшаются, возвращаясь в землю, а бригадах крепких рабочих, что на три четверти состояла из потёртых, мускулистых женщин, укладывала каменную мостовую. Работали живо, споро, и меня не беспокоили: загляденье…

— Найдите один из портретов Меллистрии. — распорядился я, когда мне надоело любоваться чужой работой. — И возведите здесь мемориал с её памятником во весь рост.

— Будет сделано, Ваше Величество. — уважительно поклонился мне пожилой мастер земли. — Что написать на пьедестале?

— Здесь покоится Меллистрия Таллистрийская, последняя из истинных королев жизни Таллистрии. — медленно ответил я. — Павшая во имя верности своему мужу и своему королевству, она погибла от удара правой руки короля Ренегона. Да будет вечным её покой, и да будет навеки проклято и забыто имя того, кто был тому виной.

— Позаботьтесь о том, чтобы он был максимально долговечным. И поставьте его прямо здесь. — я указал пальцем на место, где погибла Меллистрия.

А затем, резко развернувшись и взмахнув плащом, я покинул место будущего мемориала.

Некоторое время я раздумывал, стоит ли задержаться в Таллистрии. В принципе, все задачи были выполнены, можно возвращаться с армией в Палеотру. Ответ короля Ренегона на моё хамское письмо не то чтобы был неожиданностью: ну, что такого страшного он может придумать? Приказать ещё раз явиться на его суд? Попытаться удалённо лишить меня титулов? Три раза ха-ха, с четырьмя королевствами под моей рукой скорее уж я мог сделать это, чем он. Нет, пока ему оставалось лишь злобно скрипеть зубами и осознавать невозможность дотянуться до того, кто способен в одиночку уничтожить один из лучших его отрядов. Пожалуй, будь я на его месте, я бы готовил для себя самую глубокую и тайную нору: тогда у него будут хоть какие-то шансы выжить, когда я буду брать его королевство. Но до той поры оставалось ещё немало лет: впереди было покорение Лиссеи, Нелеи, Ниоры…

Я задумчиво подкидывал монетку, рассматривая карту королевств и выбирая между Лиссеей или Ниорой. Лиссея ближе, и граничит одновременно с Таллистрией и Палеотрой: я мог бы направить туда армию хоть прямо сейчас. Ниора была чуть дальше, но если договориться с окраинными лиссейскими лордами, можно было добраться до пустынного королевства одним коротким маршем. Помимо этого, всегда оставались доступны морские пути, но и в этом случае Лиссея выглядела более лёгкой целью для удара: можно было ударить одновременно с суши и моря… Несомненно, самая лакомая цель, но как оправдать вторжение?

В дверь кабинета тихо постучали.

— Войдите. — разрешил я.

На пороге стоял капитан Фелис и выглядел слегка смущённо.

— Что-то срочное? — приподнял бровь я.

— Я не уверен, что это важно, милорд. — слегка помялся капитан. — Скорее, тут моя личная инициатива. Я не уверен, насколько это важно, но всё же… Мне кажется…

— Говорите, капитан. — великодушно кивнул я с легким любопытством. Даже интересно, что заставило моего заслуженного адъютанта, что отнюдь не был трусом, мяться подобно гимназистке перед зачётом.

— Есть вопрос, которые очень волнует, многих жительниц города, вопрос, который задают все чаще и чаще. Без каких-либо требования, но всё же… — серьёзно посмотрел на меня капитан. — Когда мы уйдём? Когда покинем Таллистрию?

— Таллистрия теперь часть соединённого королевства, так что, полагаю, никогда. — пожал плечами я. — Думаю, армию выдвинем через пару месяцев, как только я выберу наместника и как вернётся ответ от короля Ренегона. Кампания выдалась не самая простая, стоит дать людям отдохнуть и побыть с новыми семьями.

— В этом и проблема. — качнул головой Фелис. — Я, конечно, не сомневаюсь в вашей власти и вашем праве… Но вот все остальные после смерти королевы ведут себя так, словно Таллистрия уже не принадлежит нам. Никто не говорит это напрямую, но, совершенно очевидно, что со смертью Меллистрии вы утратили право на эту землю в глаза Таллистрийцев. И это воспринимается всеми как вещь, которая вроде как сама собой разумеется. Жители считают вас временным регентом королевства, но не более того. Я… Я решил, что вы должны знать подобное, если ещё не знаете.

Капитан Фелис твёрдо посмотрел мне в глаза, и я понял, что за время службы гвардеец сумел узнать меня куда лучше, чем я считал, что он знает. Да, пожалуй, теперь я понимал, почему он так мялся… Это действительно была новость, способная привести меня в ярость.

К счастью для капитана, я умел держать себя в руках. Так что таким сообщением он только заслужил моё уважение. Мысли о грядущих завоеваниях улетучились в один миг: и в самом деле, будь проклят чёртов Гастон! Сумел ударить туда, где больно.

Я пообещал себе однажды прикончить повелителя льда с особой жёсткостью. Нет, быстро он у меня не умрёт, это точно.