Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 141

— Собирай королей и позови мастеров Этериаса. — бросил маршалу король. — Выдвигаемся на площадь: пусть туда принесут мой походный трон. Послушаем, что нам так желает сказать король Горд…

Вскоре на самое большой площади Кордигарда, в срединном квартале, что находился за третьим кольцом стен, собралась невиданная прежде процессия: шестеро королей, сам верховный иерарх и его ближайшие советники собственной персоной… Множество зевак с разных концов города собрались вокруг, с интересом глядя на такое уникальное зрелище.

В самом центре площади стояли, построившись стройными рядами, пятьдесят гвардейцев королевства воды. На фоне свиты короля Ренегона, пожалуй, они выглядели бедным родственниками: латы гвардии богатейшего из королевств были совсем не чета доспехам из шкур с синей шерстью, пусть и усиленных стальными пластинами. Но пусть гвардия Ганатры и не могла позволить себе вооружить всех своих бойцов полными латами, на лицах всех воинов читалась мрачная решимость умирать и убивать: здесь и сейчас.

И эта решимость была столь сильна, что она не осталась незамеченной даже среди простых горожан.

Слуги короля Ренегона с натугой водрузили походный трон на длинный деревянный помост, а рядом уселись короли: Аттарок задумчивым взглядом изучал трон, ревниво оглядывая собственное удобное кресло. Остальные же с интересом разглядывали воинов Ганатры.

— Граф Роланд, я полагаю. — холодным, безразличным тоном заявил владыка Ренегона, не удостоив пришедшего даже взглядом. — Что же, я готов выслушать то, что ваш хозяин хочет сообщить мне.

Командир гвардии Ганатры аккуратно снял со своей головы искусно сделанный шлем из синей чешуи, и высоко вскинул аристократический подбородок, посмотрев лидеру Альянса прямо в глаза.

— В отличие от вас, в соединённом королевстве у людей нет хозяев. — отчеканил он. — Есть лишь лидеры, и те, кто служит им по своей воле. Мы свободные люди, и сегодня я здесь отнюдь не по приказу моего короля. Его Величество король Горд сказал мне отдохнуть, сочувствуя моему горю… Но у меня и моих людей оказались другие планы.

Брови Кормира II взметнулись вверх, а сам король даже приподнялся на подлокотниках трона:

— Какая восхитительная наглость. Вас не прислал даже король, и вы смеете говорить со мной в таком тоне? ТРЕБОВАТЬ АУДИЕНЦИИ?!

Граф Роланд полностью проигнорировал возмущение короля. Он дал жест своим солдатам, и из рядов гвардейцев вывели связанного, потрёпанного и усталого мастера в порядком изодранной синей робе.

Гастона узнали многие: первый советник иерарха, рука короля…

— Мой король велел Гастону доставить вам послание. — Роланд схватил мастера за шиворот, и с силой швырнул его на колени прямо перед помостом. — Однако зная всю ложь, лицемерие, и жестокость Ренегона, я счёл, что Его Величество слишком хорошего о вас мнения, и решил проконтролировать это лично. Я догнал остатки людей Гастона в пути, пленил его и позаботился о том, чтобы он явился перед вами. А теперь ГОВОРИ, мразь! — спокойствие графа впервые дало трещину.

— Освободите его. Немедленно. — подал голос верховный иерарх.

Несколько воинов храмовой стражи, стоящих ближе всего мигом бросились освобождать Гастона от верёвок. Первый советник иерарха медленно принялся растирать затёкшие от верёвок руки, но не спешил подниматься с колен, как и говорить.

— Встань, Гастон. — со вздохом прикрыл глаза рукой Кормир II. — Я понимаю, что ты провалился, но это не значит, что я вмиг забуду твою верную службу. Расскажи мне, что случилось…

Мастер воды медленно, тяжело поднялся, не поднимая взгляда на короля. А затем глухо заговорил:

— Я подготовил для него ловушку. Подловил отрезанного от гвардии, нашёл безлюдное место, взял в кольцо… Сдаваться он отказался, а затем мы проиграли бой. Битва заняла меньше пары минут, но большая часть моих людей погибла в считанные секунды. После похорон король Горд заявил, что я всего лишь ваша рука, и обвинил вас во всех смертях, что случились в Виталии. Заявил, что он сам собирает конклав в собственном лице, как владыки четырёх королевств, и сказал мне передать вам требование явиться на его суд.

Короли альянса недоумённо переглянулись.

— Он же не может всерьёз думать, что это сработает? — растерянно спросил король Аурелиона. — Никто из нас не без греха, мы все люди и совершаем ошибки. От приказов командиров порой гибнут люди, таково наше королевское бремя… Но ставить это в вину? Бред какой-то…

По рядам гвардейцев Ганатры побежала рябь: воины вцепились в оружие, готовые в любой момент обнажить его и броситься в битву. Граф Роланд истерично и громко расхохотался, до слёз.

— Я до последнего не верил, но эта тварь пытается вывернуться и здесь… — утирая слёзы, покачал головой Роланд. — Ну же, Гастон! — Командир гвардии Ганатры вскинул руки к толпе, поворачиваясь вокруг. — Расскажи этим людям, что ты сделал! Посмотри в глаза воинам, чьих жён ты убил! Чьих нерожденных детей ты убил! СКАЖИ ИМ! СКАЖИ ПРАВДУ! — граф сорвался на крик.

— О чём он говорит, Гастон? — недоумённо спросил король Ренегона.

Этериас бросил взгляд на мастера Клавдия. Старик отрицательно покачал головой, давая понять, что пока все говорили правду.

Гастон словно сжался, а затем затравленно осмотрелся вокруг, не поднимая взгляда. Скрестившиеся на нём взгляды казались ему ударами плетей, и больше всего на свете истощённому, усталому и ненавидящему самого себя мастеру хотелось просто умереть здесь и сейчас. Лучше бы он погиб в той битве… Собрав внутри себя последние остатки мужества и долга, первый советник иерарха поднял глаза на короля:

— Я…

На большее, впрочем, Гастона не хватило, и, вновь опустив голову, мастер воды просто угрюмо замолчал.

— Молчишь… — со зловещим шипением втянув в себя воздух, граф Роланд злобно оскалился. — Ну что, же я расскажу за тебя. Есть, знаете ли, пара деталей, которые мастер Гастон решил любезно опустить в своём рассказе. Например, то, что в ловушку, которую он столь удачно организовал для нашего короля, попала и его жена, королева Меллистрия. Не упомянул он и то, что жестоко убил её, вместе с её нерожденным ребёнком и наследником соединённого королевства. Как и не упомянул то, что в результате этой смерти от его рук погибли десятки тысяч жителей Виталии. Четверть города обезлюдела… А затем мёртвые восстали из своих могил и принялись убивать живых, и я лично сражался на улицах города вместе с мастерами красных башен, раз за разом отбивая волны иссушенных тел, что пытались добраться до наших глоток, проходя сквозь стены пламени… Возможно, мастер Итем захочет добавить что-то еще? — Роланд скосил глаза в сторону стоящего рядом молодого мужчины в красной робе.