Урожай Смерти (СИ) - Магнус Гэвин - Страница 101

Я моргнул, и мгновенно втянув в собственную душу излишки энергии смерти, убирая их из организма, а затем потянул на себя жизнь гвардейцев, исцеляя раны.

— Я закончил, так или иначе. Не до конца, тебе всё ещё не стоит умирать. — уточнил я. — Но проклятье временно обезврежено.

— Временно это сколько? — живо спросила она. — Значит, я не бесплодна?

— Пару лет продержится. Может, даже пару десятков. — хмыкнул я. — Всё же я хороший мастер смерти. Да, полагаю, теперь ты можешь завести детей, хотя, возможно, некоторые повреждения ещё остались…

Меллистрия прикрыла глаза и положила руку на низ живота. Подозреваю, тянула жизнь из вассалов… А затем внезапно открыла один глаз и заявила:

— Надо это проверить. Я всё ещё не верю.

А в следующий миг меня опрокинули на кровать и оседлали.

— Ты серьёзно? — иронично усмехнулся я. — А как же: делай всё сам, и все прошлые слова.

— Ничего личного. — фыркнула королева Таллистрии. — Просто надо проверить, не солгал ли ты, а раз уж так вышло, что ты и есть ближайший доступный мужчина… Не думай о себе слишком много, никаких прав на престол Таллистрии такой ребёнок тебе не даст. А теперь, пожалуйста, заткнись и сделай дело.

Я не стал спорить.

Через несколько часов кувыркания в постели она внезапно остановилась, серьёзно посмотрев на меня странным взглядом.

— Ты не солгал.

— Ты определила это так быстро?

— Я умею контролировать свой организм, и могу почувствовать зарождающуюся жизнь спустя час после её наличия. — пристально посмотрела на меня Меллистрия. — Вот только раньше, почти сразу после этого чувства, что-то прерывало её, и довольно болезненно: даже присутствие целителей рядом не помогало. А теперь… Этого не происходит.

— Не имею привычки хвастаться тем, на что неспособен. — закинул руки за голову я.

— Что теперь? — после недолгого молчания спросила королева.

— Что именно ты спрашиваешь?

— Убьёшь меня и собственного ребёнка, превратив в марионетку, если я откажусь отдать тебе Таллистрию?

Ну, вообще-то, именно это я и собрался сделать… Но не признаваться же прямо!

— Нет. — ответил я. — Если откажется, я уведу армию. Но знай, когда начнётся война с Ренегоном, пощады моим врагам не будет. Кстати, мне в голову пришла неплохая идея: возможно, я смогу повторить это проклятие. Выйдет живая бомба, которой можно уничтожить целый город: в войне без правил это…

Меллистрия вздрогнула, приложив руку к животу.

— Ты серьёзно? Не готов убить меня, но готов убивать целые города и невинных женщин?

— Можно взять преступниц. — флегматично ответил я. — Но да, я серьёзно. Это не то, как я хотел бы победить Ренегон, но я не позволю ему и церкви получить власть над миром после того, как видел все тени, что сгущаются на Кордигардом. Свобода человечества стоит любой цены. Моей жизни, твоей жизни, жизни половины людей в королевствах… Таков мой долг рыцаря людей: умереть и убивать за эту свободу до конца моих дней.

Она надолго замолчала, достаточно надолго, чтобы я удивлением посмотрел в её сторону с вопросом в глазах.

— За свободу стоит умереть. — пояснила она. — Так я говорила своим людям, когда пришла к выводу, что ты хочешь захватить наше королевство тем или иным путём. И именно поэтому мне странно слышать от тебя подобные речи, учитывая, что ты хочешь лишить нас её!

Я закатил глаза.

— Отец всесоздатель, да чего ты так привязалась к этой вашей свободе! Да нет мне никакого дела до того, как вы в Таллистрии живете и нет никакого дела до ваших традиций! Мне просто земля нужна, товары, оружие, целители, армия в конце концов! Почему все решили, что я непременно должен немедленно начать ставить всех вас раком и заставлять быть домохозяйками!

— Справедливости ради, насчёт ставить всех раком, скажем так, есть основания… — намекнула мне на последние новости из города Меллистрия.

— Да, и теперь в результате этого половина армии хочет дезертировать и остаться здесь! — взорвался я.

Округлившиеся глаза королевы сказали мне, что вот этого говорить явно не стоило.

Меллистрия откинулась на подушку и громко расхохоталась, до слёз. Я поднялся и стал одевать обратно сапоги.

— Далеко собрался, о лидер великой армии? — безмятежно спросила она, но в глазах я видел такой смех…

— Готовиться к новой войне. — мрачно произнёс я. — Можешь быть свободна. Я прикажу убрать стражу из дворца.

Уже в дверях меня догнали слова Меллистрии:

— Знаешь, я так и не ответила на твоё предложение…

— Полагаю, я уже знаю ответ на этот вопрос. — хмыкнул я. — Увидимся через…

— Даёшь слово, что не будешь вмешиваться во внутренние традиции Таллистрии? — перебила она меня.

— Я уже дал это слово. — раздражённо ответил я, оборачиваясь. — И не имею привычки…

— Тогда я согласна выйти за тебя. — сладко потянулась на кровати Меллистрия. — И будь что будет. Не удивляйся, но ты себе даже не представляешь, что значит для девушки в Таллистрии бесплодие, и в особенности — для королевы. Конечно, я не оставлю тебя без возмездия за Леану и Лилию, но будем считать, что большую часть своих грехов ты искупил. Поэтому, думаю, мы сработаемся…

Я так и остался стоять в дверном проёме, играя удивление до последнего и засовывая чувство торжества так глубоко, как только мог. Конечно, она никогда этого не узнает… Но эта партия осталась за мной.