"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Марченко Геннадий Борисович - Страница 876

Учитывая, что я заявился в столицу без предварительного оповещения, никто меня не встречал и вообще был не в курсе моего прилёта. Первым делом прямо из аэропорта я позвонил Ленке, которая, услышав мой голос, радостно завизжала в трубку. А ещё больше оптимизма ей добавило моё предложение идти под венец.

– Твои родители как вообще, не против? – на всякий случай поинтересовался я.

– С ними всё нормально, они уверены, что ты, как честный человек, рано или поздно на мне женишься.

– А с моими… с мамой поговорила?

– Ты же ей письмо, оказывается, написал, о… о моём положении. Так что она сама мне позвонила. Тоже обрадовалась, мы уже с ней несколько раз встречались, рассказывает, как надо себя вести при беременности. Ну я ещё и женскую консультацию посещаю, там хороший врач меня ведёт… Слушай, Ёжик, а как же мы распишемся? Там ведь заранее надо заявление подавать.

– А вот этот вопрос я сегодня и начну решать. Ничего, если я приеду вечером к тебе домой? Нужно всё-таки попросить твоей руки у родителей, а заодно и обсудим наши свадебные перспективы.

– Приезжай, конечно, я своих предупрежу. Во сколько тебя ждать?

– Часиков в семь нормально будет? Вот и ладно, целую, до вечера.

Приехав домой, я отпер дверь своим ключом. Ну хоть замки не поменяли. Пока строится кооперативный дом, сестра с новоиспечённым мужем живут у нас, но сейчас, как я догадывался, оба были на работе. После окончания педагогического вуза Катька и её избранник трудились учителями в находящихся по соседству школах. Правда, на окраине Москвы, в районе новостроек. Но всё равно удобно, когда можно на работу и обратно идти рука об руку.

Первым делом позвонил маме, обрадовал о своём прилёте, она хотела подъехать ближе к вечеру, но я сказал, что сам вечером еду в гости к Ленке. Договорились, что к маме с Ильичом сам подъеду, как только освобожусь. Правда, без подарков, потому что собирался в Москву второпях, не до них было.

Затем пошарил в холодильнике. Котлеты, борщ, холодные промасленные макароны… Ну да, помню, как и в моей реальности мать тоже в макароны капала немного растительного масла, чтобы не слиплись, потому что даже хорошая промывка в дуршлаге вопрос полностью не решала. Надеюсь, супруги… – как их, Гущины? – на меня не обидятся, если я схваю у них пару котлет и доем макароны.

А подкрепившись, я принялся звонить в районный ЗАГС. Позвонил для очистки совести, потому что, естественно, мне ответили, что заявления подаются заранее, а уж очередь на роспись и вовсе до середины декабря. После этого мне оставалось только звонить Ряшенцеву, который сначала удивился и обрадовался моему неожиданному прилёту, засыпав вопросами о жизни в Лондоне и английском футболе, и только после этого поинтересовался причиной моего звонка.

– Николай Николаевич, тут такое дело… Жениться мне нужно срочно.

– Жениться собрался? Поздравляю! А кто избранница? Ох уж мне эти отвлечённые вопросы… Только ответив на поставленный вопрос, перешли к сути дела. И тут выяснилось, что мне очень крупно повезло.

– Егор, да ты прямо по адресу позвонил! Моя сестра Ольга Николаевна – директор Дворца бракосочетания на Грибоедова. Вы на какое число хотели назначить свадьбу?

Вот ведь не иначе рука Провидения! Тут же договорились, что Ряшенцев немедленно звонит своей сестре, затем перезванивает мне с результатами беседы. Перезвонил через пять минут.

– Завтра она ждёт вас в 12 пополудни, распишитесь, а в ближайшую субботу, то бишь через три дня, сыграете там же свадьбу. Подробности завтра у неё. Запомни – Ольга Николаевна Сухомлина, завтра в полдень она вас ждёт у себя в кабинете.

Вот ведь как всё разрешилось-то! Осталось купить свадебный костюм и платье для невесты. Надеюсь, животик у Ленки не очень выпирает, ну да можно будет по-быстрому сшить что-то по фигуре в приличном ателье. Уверен, за хорошую мзду найдутся мастера, готовые на такой подвиг.

Встреча с матерью моего будущего ребёнка и её родителями прошла вполне культурно. Валентине Васильевне и Григорию Петровичу было весьма приятно видеть в женихах дочки знаменитого футболиста и композитора, и новость о завтрашнем визите в ЗАГС они восприняли крайне положительно.

– После этого придётся в темпе вальса, то есть крайне срочно, шить невесте платье, ну и я насчёт костюма себе подсуечусь, – проинформировал я собравшихся за кухонным столом. – Все финансовые вопросы беру на себя, насчёт этого даже не думайте. Включая аренду ресторана.

Я вообще без всего этого обошёлся бы, но общественность не поймёт. Посиделки под оливье и стопочку водки на свадьбе для советского человека – святое дело. Кстати, можно ведь позвонить в «Арагви», может, благодаря знакомству с музыкантами удастся застолбить на один денёк ресторан? Конечно, влетит в копеечку, но денег на моей сберкнижке накопилось более чем достаточно.

– Егор, ну ни к чему это, давайте просто посидим в уютной домашней обстановке, – переглянувшись с главой семейства, сказала Валентина Васильевна.

– И правда, Егор, зачем такие расходы, только внимание к себе привлекать, – поддержала Ленка.

– Да есть у меня деньги, я же говорю…

Но глядя в глаза её родителям, я понял, что они и в самом деле не хотят привлекать излишнего внимания, и совсем не в финансах дело. Ладно, хрен с вами, в чём-то, наверное, они и правы. Люди простые, родня Егора Мальцева тоже из пролетариев, так сказать, ни к чему выёживаться, гусей дразнить. «Скромнее надо быть, товарищ Сидоренкова», как говорил Хазанов в одном из своих монологов.

– Хорошо, я сегодня же поговорю с мамой, спрошу, какой вариант предпочтительнее.

Мама тоже высказалась в пользу домашних посиделок. Ну вот как выбить из них эту советскую привычку экономить на всём, даже если средства позволяют!

В итоге в ближайшую субботу мы сидели в нашей квартире, отмечали нашу с Ленкой свадьбу, и понятно, что никаких Шелепиных с Битлами на ней и близко не было. Всё прошло скромно, по-семейному, с родителями, близкими родственниками и друзьями. Хотя я всё же не удержался, пригласил Блантера, Ряшенцева, Льва Иваныча и Пономарёва, который к этому времени возглавлял школу «Динамо». Аукнулось Сан Семёнычу третье место в прошлом сезоне, а на его должность приняли Соловьева, под руководством которого я стал олимпийским чемпионом. Вот такой поворот судьбы.

Впрочем, Пономарёв отнюдь не выглядел подавленным. Улыбался, шутил, только ел и пил мало, ссылаясь на проблемы с желудком. Яшин тоже не очень-то расслаблялся, поскольку сезон выходил на финишную прямую. Только вчера он защищал ворота «бело-голубых» в игре с ростовским СКА, закончившейся ничейным исходом. Ну и Блантер в силу своего правильного воспитания спиртным не злоупотреблял, хотя от хорошей закуски не отказывался, благо мама, взявшая на себя роль хозяйки, то и дело ему подкладывала на тарелку.

– Егор, ну как там, на приёме у королевы? Какая она? – не унимался Ряшенцев.

– Да какая… Обычная. Просто корона на голове да всеобщее уважение. А одень попроще, и выйди она в таком виде на московскую улицу – вообще не отличишь от обычной москвички.

– А в команде-то небось завидуют, что ты побывал на приёме в Букингемском дворце?

– Ну, тоже порасспросили, что да как, но не сказать, чтобы так уж завидовали.

С Матвеем Исааковичем мы успели поговорить и о наших общих делах. То есть о мюзикле Notre-Dame de Paris, или музыкальном спектакле, если на советский лад, «Соборе Парижской Богоматери», что, впрочем, вполне объяснимо, а то с первого раза не все поймут, о чём речь.

– Егор, Фурцева мне благоволит, – порадовал меня композитор новостями. – Вернее, поначалу не особо обрадовалась идее поставить музыкальный спектакль, но когда узнала, что идея исходит от вас, сразу согласилась принять посильное участие. А с её согласия легко решаются многие проблемы. Мы уже собрали состав исполнителей, репетиции идут полным ходом, а на 23 декабря назначена премьера в Театре оперетты.

– Это на Большой Дмитровке? – уточнил я.