"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Марченко Геннадий Борисович - Страница 847

Глава 8

Соперники по отбору достались удобоваримые. Это признавали все болельщики, газетчики, партнёры по команде. Вспоминая столь любимую иностранными тренерами сборной России европейскую табель о рангах, наши соперники располагались следующим образом… Датчане по итогам минувшего сезона 20-е (из 32 номинантов), Уэльс – 25-й, Греция – 28-я. То есть далеко позади нас.

Именно с греков мы и начали прогулку по широкой прямой, освещённой солнцем дороге, ведущей на туманные британские острова. Таково было шапкозакидательское убеждение многомиллионной болельщицкой массы. Наверняка разделяли его и журналисты со специалистами, однако вслух, по-видимому, из педагогических соображений, не выражали.

Греки прибыли в Союз не в лучшем состоянии и настроении – без трёх ведущих игроков. А настроение подпортили им обитатели тех самых британских островов валлийцы, распотрошившие в родных стенах выскочку (к матчу с Уэльсом греки лидировали в нашей группе с двумя победами в двух матчах) – 4:1. Лидерство первый наш соперник сохранил, но шанс на выход из группы стал проблематичным. Ничья в Москве и победа дома вопрос о победителе мини-турнира оставляли открытым. За этим очком, что не скрывал тренер Клеантис Маропулос, и пожаловали. О намерениях тренера красноречиво свидетельствовал состав – среди 22 футболистов 12 защитников и лишь 4 нападающих.

Для тренировок гостям выделили арену стадиона им. Ленина. Реакция их немало удивила советских журналистов, не понаслышке знавших о состоянии отечественных дорог и футбольных полей. «Нам ещё не приходилось играть на таком прекрасном поле», – восторгались футболисты. Хе, это они ещё поля XXI века не видели! А вот мне довелось пройтись как-то по «Камп Ноу». Это реально ковёр, мягкий, пружинящий, изумрудного цвета. В «Лужниках» сейчас газон неплохой, но, по мне, всё равно не идеальный.

Мы жили в подмосковном спецсанатории «Озёры», принадлежавшем ЦК, а на тренировки из-за отсутствия элементарных условий в «Озёрах» приходилось ездить в Лужники. Как ни удивительно, своей базы сборная СССР и тогда не имела. Что касается предстартовых волнений, то Морозов, наблюдавший за матчами греков с Данией и Уэльсом, был, напротив, спокоен. «Играют жёстко, смело. Защита в основном разрушает, вперёд не идет», – поведал он корреспонденту «Труда» накануне игры.

Погоду синоптики обещали футбольную, больше московскую, нежели средиземноморскую: 10–11 градусов тепла, переменную облачность без осадков, ветер западный, слабый.

Итак, 23 мая, Центральный стадион им. В. И. Ленина, мой первый официальный матч за сборную. Мечтал я, что на острие атаки у нас будет играть Стрельцов, но он, хоть и попал в список сборной, на поле сегодня не вышел. Впрочем, не исключено, что его время ещё настанет.

Судья из Финляндии Бейар даёт свисток, и 76 тысяч зрителей гонят советскую команду вперёд. Партийные руководители страны во главе с Шелепиным, решившие почтить матч своим присутствием, также не остаются безучастными зрителями. Что они там кричат, я, понятно, не слышу, но вижу, как то один, то второй подскакивают и потрясают кулаками. Это хорошо, когда власть любит спорт, а тем более спорт номер 1. Когда ощущается поддержка на государственном уровне, когда лидер страны не на словах, а на деле поддерживает национальную команду, – это же совсем другое дело! Правда, тут ещё нужно уметь и палку не перегнуть в порыве эмоций, вон при кукурузере чуть что – тренеру голову с плеч. Хорошо хоть, фигурально.

В первом тайме наше преимущество было весьма ощутимым, но реальных моментов из-за вакуума в середине поля, разрыва между полузащитой и атакой, создали немного. Опять-таки, как потом посчитали обозреватели, по вине старшего тренера, продолжавшего упорствовать, против команды, изначально настроенной на оборону, он вновь не определил место Воронина, дав ему полную свободу на поле.

Отношение к роли Воронина в команде выразил обозреватель еженедельника «Футбол» Виктор Дубинин: «Нужен ли сборной блуждающий стоппер, каким был на этот раз Воронин?.. При таком положении ни обороне, ни нападению стопроцентная отдача невозможна. В умении предвидеть ход игры, в точности развития атаки второго такого полузащитника, как Воронин, у нас я не знаю. Эти его качества всего нужнее сейчас нападению сборной».

Как бы там ни было, а уже на 16-й минуте мы открываем счёт. Я прошёл по флангу, обыграв по очереди двух футболистов, отпасовал на набегающего Хусаинова, а тот пропустил мяч прямо под удар Бори Казакова. Есть, мы выходим вперёд!

Во время перерыва Воронин получил чёткую тренерскую установку и активно занялся своей обычной работой. Он включил в дело фланги, то есть Месхи и меня. Заработала связка тбилисца с Хусаиновым и мной. Игра сразу преобразилась.

«Мальцев попадал под надзор чаще всего двух защитников, так как один никак не мог приноровиться к манере игры нашего крайнего, – писал Дубинин. – Егор уводил своих сторожей с фланга, освобождая большой свободный коридор Хусаинову… Розыгрыш мяча на средней дистанции Хусаинова с Месхи и Мальцевым внесли сумятицу в оборону гостей».

За 19 минут до конца греки, которые после перерыва на 60-й минуте всё же отыграли гол, были близки к своей заветной мечте. Но наша троица, умело руководимая вырвавшимся из оборонительного плена Ворониным, внесла коренной перелом в ход встречи. В течение 12 минут сначала я, признанный потом лучшим игроком матча, а затем и Хусаинов забили ещё по мячу. Победа – 3:1!

«Хорошая победа, но не всё в ней гладко», – заключил Виктор Дубинин.

Тренером он остался доволен. Выделил Воронина, а также игру крайних защитников и вратаря. Не заслужил упрёков и Альберт Шестернёв. Он господствовал в своей штрафной, подчищал ошибки неуверенно игравшего Банникова, однажды выручил его и команду, выбив головой мяч из оставленных вратарём на произвол судьбы ворот. А наибольшая похвала досталась вашему покорному слуге.

«Защита соперника, словно загипнотизированная, не успевает за нашим молодым форвардом, дрожит, прогибается и допускает ошибки, хотя, как изначально казалось, особых оснований для нервозности у игроков оборонной линии вроде бы не было. Однако Мальцев очень прибавил в индивидуальной технике, становясь одним из сильнейших правых нападающих Европы».

Приятно, чёрт возьми, читать такое в свой адрес!

Дали свои послематчевые комментарии и советские футболисты.

Валерий Воронин отметил, что когда дело доходило до обороны, то тактических просчётов наши футболисты допустили немало.

«Критика в адрес защиты вполне закономерна», – подытожил Альберт Шестернёв.

Но хорошо, что хорошо кончается, а в данном случае – начинается. Первые два очка получены, болевые точки в игре с несильным соперником обнаружены. А после матча нас ожидал сюрприз. Оказалось, что операторы «Союзспортфильма» Сидоренко и Баньщиков засняли матч СССР – Греция в полном объёме. Команда не раз просматривала его в цэковском санатории перед встречей с валлийцами, которая состоялась всего неделю спустя после встречи с греками.

Очень приятно, что Морозов выделил мою игру особо и фактически за неделю зарезервировал для меня место в составе. Но большим вопросом для меня оставалась реакция некоторых игроков. Кто-то отворачивался, кое у кого на лице появлялись двусмысленные ухмылки, которые мне очень не нравились. Грузины Месхи и Метревели и вовсе смотрели на меня так, словно видели впервые. Вроде мы одна команда, но ощущался какой-то водораздел между мной и некоторыми футболистами.

После собрания я догнал Морозова и попросил о разговоре, который чуть позже состоялся в тренерской.

– Николай Петрович, что происходит?

– В смысле?

– Я о странном отношении ко мне товарищей по команде.

– А-а, вон ты о чём… Ну а что ты хотел, Егор?! Или думаешь, единственного тебя приглашали в иностранные клубы? Нет, не только тебя, но всем отказывали. А тут практически пацан – и сразу в Англию.

Вот тебе раз! Вон где, оказывается, собака зарыта! Конечно, я знал, что мой отъезд не все восприняли с восторгом, но чтобы вот так… А тренер, немного понизив голос, продолжил: