"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Марченко Геннадий Борисович - Страница 1166

В других странах Латинской Америки он тоже стал популярен после заключённого с госсекретарём Вэнсом договора, по которому США гарантировали безопасность Никарагуа и Гренады и отказ от агрессии против них в любой форме, а также вывели базы из Панамы, за исключением зоны Панамского канала. СССР в свою очередь вывел все свои вооружённые силы из Никарагуа и обязался впредь не иметь в этой стране и на Гренаде никаких военных объектов, а также гарантировал коммерческий и демилитаризованный статус будущего Никарагуанского канала. Так что теперь фирмы из США, Европы, Канады и Японии наперебой предлагали свои услуги по его строительству. В Никарагуа и на Гренаде, понятно, были очень рады, в реакции Кубы прослеживалось некоторое разочарование тем, что не удалось избавиться от американцев в Гуантанамо, а вот в Панаме отношение было смешанное. С одной стороны, там были рады выводу американских баз, а с другой – опасались конкуренции с их каналом будущего канала в Никарагуа. Но это не портило общей картины успехов Семичастного в Новом Свете, так что в Москву Владимир Ефимович вернулся триумфатором и через пару дней вполне заслуженно получал в Кремле Звезду Героя Соцтруда из рук председателя Верховного Совета СССР Громыко. Забавно было наблюдать эту сцену в новостях. Несмотря на выдержку «мистера Нет», было видно, что он завидует своему преемнику. У самого Громыко за его долгую дипломатическую карьеру столь ярких и однозначных успехов всё же не случалось.

Впрочем, уже через два дня после вручения награды Семичастному Громыко стал персональным пенсионером союзного значения. Новым председателем Президиума Верховного Совета СССР был избран Романов.

СССР в этом году вообще удивил неожиданными дипломатическими ходами. 1 апреля 1980 года (и это не шутка!) в программе «Время» было объявлено, что СССР решил официально признать де-юре два государства: Королевство Силенд (в переводе с английского «Морская Земля») и Республику Минерва, установить с ними дипломатические отношения и заключить договора об экономическом сотрудничестве и гарантиях взаимной безопасности.

Как пояснили на следующий день газеты и западные «голоса», Королевство Силенд находится в Северном море, у юго-восточного побережья Британии к северу от устья Темзы, напротив порта Ипсуич и размещается в бывшем британском форте ПВО времён Второй мировой Рафс-Тауэр, заброшенном после войны. Государство основал в 1967 году отставной британский военнослужащий Рой Бэйнс, занявший брошенный форт и объявивший его суверенным Королевством Силенд, а себя королём Роем Первым. И вот теперь его величество Роя Первого посетил замминистра иностранных дел СССР, который подписал с королём соответствующие бумаги и пригласил Роя Первого посетить СССР с официальным дружественным визитом.

Что касается Республики Минерва, то она представляла собой два искусственных островка, насыпанных в конце 60-х – начале 70-х на двух рифах в южной части Тихого океана юго-западнее островов Тонга, юго-восточнее Фиджи и севернее островов Кермадек, показывавшихся из воды только в отлив. Работы были проведены на средства американского миллионера литовского происхождения Майкла Оливера, который хотел создать на островах либертарианский рай без налогов и пошлин, с минимумом бюрократии и законов. В 1971 году на островах была провозглашена Республика Минерва, президентом которой стал создатель островов американский инженер Бад Дэвис. Правда, на острова заявило претензии Королевство Тонга, которое в 1972 году оккупировало их, выставив оттуда правительство Минервы. Впрочем, ни гарнизона, ни властей Тонга там не оставила, так что Дэвис и его правительство в изгнании несколько раз высаживались на острова и поднимали флаг Минервы, пока тонганские солдаты снова их оттуда не выкидывали.

И вот теперь правительство Тонга, узнав, что Дэвис и его правительство опять высадились на островах, направило к Минерве флагман своего флота – королевскую яхту со взводом солдат на борту. Но вблизи островов им преградили путь советские военные корабли, как раз совершавшие поход через Тихий океан. Тонганцам предъявили решение правительства СССР о признании Минервы, договор с президентом Минервы Дэвисом и контракт с владельцем островов Оливером об аренде на 99 лет одного острова под аэродром и морской порт. Королевскому воинству пришлось убраться ни с чем.

Королевство Тонга обратилось в ООН, обвиняя СССР в агрессии и оккупации. СССР отвечал, что на самом деле претензии Тонга незаконны. В колониальную эпоху эти рифы, большую часть суток находящиеся под водой, никому не принадлежали. Тонга, став независимой, тоже не заявляла на них претензий, и только когда там были насыпаны острова, решила прибрать их к рукам, что является грабежом и присвоением чужого труда, тем более что королевство не заплатило создателям островов ни цента. Если в отношении ничейных территорий международное право признаёт возможность для первооткрывателя присвоить их, то почему этого не может сделать тот, кто создал территорию?

В Англии тоже раздавались протесты против признания Москвой Королевства Силенд, но там всё было куда тише. Дело в том, что в 1968 году британский суд признал, что форт Рафс-Тауэр не является территорией Британии и принадлежит тому, кто первый его занял. А британское правительство, перестав выплачивать Рою Бэйнсу положенную ему военную пенсию, фактически отказалось считать его подданным её величества.

Все эти доводы делегация СССР излагала в ООН, предлагая принять Силенд и Минерву в члены этой организации и задавая вопрос, чем они хуже Суверенного военного ордена госпитальеров святого Иоанна Иерусалимского, более известного как Мальтийский орден, который считается независимым государством, хотя его территория состоит всего лишь из двух домов в Риме, что не мешает многим странам признавать его и поддерживать с ним дипломатические отношения?

Пока в ООН шли эти дебаты, вокруг Силенда и Минервы разворачивались грандиозные строительные работы. Зафрахтованные суда подвозили бетонные конструкции, которые сбрасывали в воду вокруг Силенда и островов Минервы. Затем стали сыпать грунт. Силенд из торчащей из воды бетонной платформы превращался в настоящий остров. Острова Минервы тоже росли не по дням, а по часам. На одном из островов Оливер и Дэвис начали-таки создавать свой либертарианский рай. На другом были построены взлётно-посадочная полоса, склады ГСМ, запчастей, продовольствия, радар, узел связи, казармы, причал…

То же самое делалось и на Силенде. Причём СССР всё это объявил «чисто гражданскими объектами» – вдруг с судном или кораблём что-то случится? Тогда они смогут приплыть/приземлиться и получить нужную помощь… А люди с оружием? Так это обычные сторожи! У вас на Западе такие в каждой крупной фирме есть!

Западные СМИ и политики, конечно, шумели, но вяловато. Было впечатление, что эти ходы СССР их скорее удивляют своим нахальством, чем раздражают. Зато Бэйнс и Дэвис с Оливером их реально возмущали. Как это так? Чистокровный британец и два американца сговорились с русскими? На что Рой Первый, а также президент и владелец Минервы отвечали в чисто англосаксонском стиле: «Только бизнес, господа, ничего личного».

Глава 22

Пока в мире происходили все эти бурные события, я тоже не сидел сложа руки. С моей подачи Корзин и Месяцев запустили на телевидении по второй программе новый проект «Игры гладиаторов» по образцу заокеанского телешоу 90-х «American Gladiators», показывавшегося и в России. Трансляция шла в прямом эфире по воскресеньям днём. В преддверии Олимпиады передача была как раз в тему, и её увлеченно смотрел и стар и млад. По словам Корзина, в ряде социалистических стран – да и не только социалистических – заинтересовались проектом и предложили сделать его международным. Сейчас на этот счёт как раз велись переговоры. А самые смелые фанаты «Игр гладиаторов» даже заговаривали об их включении в олимпийскую программу, что, по их мнению, должно было сделать олимпиады более зрелищными.