"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Марченко Геннадий Борисович - Страница 1082

– Сергей Андреевич, как жизнь?

– Да ничего, Анатолий Авдеевич, вашими молитвами. Вы-то как?

– Я-то весь подчинён успеху Инги. Дочка записала пластинку «Мелодии любви», от приглашений выступить нет отбоя. А вы, говорят, рок-проектом занялись вплотную, а о нас с Ингой уже и позабыли?

– Есть такое, занялся… А у вас же, говорите, с концертами всё в порядке вроде?

– Так ведь время-то не стоит на месте! Топтаться начнёшь – тут тебя конкуренты и обойдут. А чтобы двигаться вперёд, музыкальный материал необходимо постоянно обновлять.

– Намёк ясен. Постараюсь что-нибудь придумать, в буквальном смысле слова. Время у вас терпит?

– Да, конечно же, Сергей Андреевич, я вас не гоню! Если что-то придумается – буду весьма признателен. Размер моей благодарности вы прекрасно представляете.

– В этом плане я даже ни капельки не беспокоюсь, сотрудничать с вами, Анатолий Авдеевич, сплошное удовольствие.

Расстались довольные друг другом, и я принялся за дальнейший «кастинг» песен, годящихся для русскоязычного репертуара отечественной рок-группы. К «Непокорённому» добавилось «Дыхание тьмы», слова которого придутся по вкусу военным лётчикам, только музыку сделать в менее жёстком варианте. К балладам я был особенно неравнодушен, так что список пополнили песни как группы «Кипелов», так и «Арии» с тем же Кипеловым как солистом. Например, «Без тебя» от «Арии», «Ночь в июле 2009», которую я переименовал просто в «Ночь в июле», а «Пытку тишиной» в «Дождь за окном» по первым словам песни. Боюсь, что слово «Пытка» вызовет у очередного худсовета автоматическое неприятие. Конечно, трек-лист пополнила одна из моих любимых вещей «Закат».

Короче, набралось десятка полтора неплохих вещей из хард-рока будущего. В то же время я помнил, что и у самих «Россиян» репертуар был вполне приемлемый, во всяком случае, песни, переведённые Жорой Ордановским с русского на английский. При грамотной раскрутке успех обеспечен. А вообще, лучше сделать шоу из двух отделений. Пусть в первом поют русскоязычные песни, а во втором – англоязычные.

За ужином Валя неожиданно спросила:

– Серёжа, а почему мы никуда не ходим? Ни в цирк, ни в зоопарк…

– Да вроде рано парню ещё.

– Ничего себе рано! Я помню, меня в полтора года в цирк водили. Правда-правда, даже помню, какие номера клоун откалывал.

– Ну давай сходим, развеемся. С чего начнём?

– Предлагаю на эти выходные выбраться в зоопарк, а на следующие – в цирк.

– А зачем ждать выходных? У меня же ненормированный рабочий день, я свободный художник. Да и ты дома сидишь.

– Вот и плохо, что я дома сижу, как тунеядка. Даньку надо в ясли определять, а самой выходить на работу. Я тут уже, между прочим, звонила кое-куда.

– И как успехи?

– Есть вариант с продавщицей в продмаг. И ещё на районную овощебазу, не заведующей правда, а кладовщицей.

– Ну да, кто же тебя сразу, нового человека, заведующей поставит. А сама что думаешь?

– Овощебаза на другом конце Москвы, а магазин в одной остановке от станции, где мы выходим с электрички.

– Так и просись в магазин… А что с Данькой? Может, лучше няню нанять? Насколько я знаю, фирма «Заря» занимается предоставлением таких услуг.

– Ага, будет тебе нянька каждый день сюда на электричке мотаться… Или ты хочешь перебраться в нашу новую квартиру? Слушай, я уже узнавала, там рядом с продмагом есть ясли-сад, в котором имеются свободные места. Могу утром туда Даньку отводить, а вечером забирать.

– А что, может, сделаем рокировку? Ленку сюда сплавим, а сами в городскую квартиру переедем?

– Ну, давай я позвоню ей, и если она не против…

Ленка была не против, но заявила, что ей уже наскучило жить одной в большой городской квартире и она лучше вернётся в общежитие к старым друзьям. Уговорить её переехать в Переделкино так и не удалось, и в итоге на следующей неделе мы въехали в писательские хоромы возле станции «Аэропорт».

А до этого переезда «The Russians» успели записаться на «Мелодии». Качество получилось потрясающим. К звукорежиссёру поначалу была только одна претензия – он постоянно норовил приглушить бас. Оказалось, что это негласная установка сверху, которая использовалась при записи любого музыкального материала: поменьше ритмичных низов, характерных для западной музыки, пробуждающих, по мнению придумавших эту установку, чуть ли не животные инстинкты. Вот местный звукач по привычке и убрал бас на самые задворки, и лишь после нашего вмешательства всё сделал по уму.

Запись затянулась с обеда до поздней ночи с небольшим перерывом на перекус. Всё ж таки целый альбом. Но все работали с энтузиазмом, понимая, что всё это ради достижения большой цели. Разве что звукорежиссёр, не привыкший пахать в таком темпе, попробовал было что-то возразить, но сотенная купюра решила все проблемы.

Заодно я просветил ребят по поводу русскоязычного альбома. Сказал, что тексты и музыка практически готовы, но мне нужно подъехать к ним на питерскую базу и там поприсутствовать на репетиции, чтобы звучало так, как мне хочется.

На следующий день, как следует выспавшись, я отправился на Лубянку и передал Цвигуну свежую запись нашего альбома с нацарапанным на обложке катушки названием «From Russia with love». Семёну Кузьмичу на прослушивание с привлечением переводчика понадобилось два дня, после чего был вынесен одобряющий вердикт.

– Нормальные тексты, хотя сама музыка, по мне, местами тяжеловата. Но для западного слушателя, уверенного, что русские могут петь только «Калинку-малинку», такой альбом станет сюрпризом. И я ещё подумал… Может, стоит поменять название коллектива? А то на Западе газеты и так пестрят заголовками «Русские идут!», а тут и впрямь, получается, наша музыка обрушивается на их слушателей.

– Хм, ну не знаю, можно и поменять.

– У меня даже есть вариант… «Аврора». А что, это и богиня утренней зари, и в то же время символ Октябрьской революции. Я имею в виду крейсер «Аврора», своим залпом давший начало новой эре.

– Почему бы и нет… Только если мы ориентируемся и на западного слушателя, то тогда уж и название пусть будет латиницей. Оно так же и будет звучать – «Aurora».

– Вот и отлично! Тогда прямо сейчас я зачёркиваю на обложке старое название группы и пишу… пишу новое. Вот так, группа «Aurora». И выговорить легче. А в какой стране желательно распространить запись?

– Думаю, прежде всего нужно везти в Великобританию и Соединение Штаты. Можно и Германию подключить.

– Что ж, у меня в нашем посольстве в Лондоне имеется свой человек, вышлю ему катушку вализой по дипломатической почте. А у вас запись только в одном экземпляре?

– К сожалению… Торопился к вам, не успел переписать.

– Тогда сделают наши специалисты. На всякий случай, так сказать. И одну катушку отдадим вам…

Ну а в зоопарк и в цирк с женой и сыном мы всё же сходили. В зоопарке я наделал кучу фотографий Вали и Даньки на фоне хищников, травоядных, птиц, пресмыкающихся и прочей живности. Сын широко раскрытыми глазами смотрел на невиданных ему доселе существ и просто зашёлся счастливым воплем, когда ему удалось погладить морду потянувшейся за угощением зебры…

Не забывал я и о том, что моей группе требовался хороший администратор. Хороший – это значит пронырливый и в меру честный, потому что абсолютно честных администраторов, вероятно, в природе не существует. Позвонил Чарскому, и тот, сделав несколько созвонов, на следующий день предложил кандидатуру Ованеса Мелик-Пашаева. Это имя я слышал в будущем, если не ошибаюсь, он был худруком «Машины времени» и ещё каких-то рокеров. На данный же момент Мелик-Пашаев ещё никого не продюсировал, но считался хоть и молодым, но перспективным.

Получив телефон Ованеса, я тут же с ним созвонился, договорившись встретиться в ресторане Дома литераторов. На встречу Мелик-Пашаев надел костюм в тонкую полоску, курчавые волосы прикрыл шляпой, а глаза спрятал за тёмными стёклами очков. Со стороны он смотрелся как какой-нибудь сицилийский мафиози.