"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 1739

— Но всех учат, что именно Вейрон привел Арстан к гибели…

— Это было опосредовано. Когда Вейрон покинул службу, все почувствовали, что морские границы не так уж и крепки, и решились атаковать. Вейрон, волей судьбы, оказался там в момент атаки, и его увидели на одном из флагманов, когда тот обстреливал прибрежный город. Так и родилась эта версия. В реальности — он открыл кингстоны на этом флагмане, взял на абордаж еще четыре корабля, и увидев, что это уже ничем не поможет его королевству — уплыл. Так или иначе, но Вейрон, в своих метаниях по свету, понял, что заказчик являлся очень своеобразным человеком. В то время уже было редко это понятие, а сейчас от него даже воспоминания не осталось. Заказчик был Магом Души.

Арианна подалась вперед.

— Маг Души? Что это?

— Утраченное искусство, частично восстановленное, потом, демонами. Работа с тонкой энергией, которую представляет собой человеческая душа. Они могли вмешиваться в нее, и либо заставлять страдать, либо радоваться. Могли забрать ее целиком, или переместить в другого человека, так чтобы они оба сошли с ума. Именно им принадлежало искусство экзорцизмов, которое впоследствии переняли некоторые культы. В общем, ребята, для которых душа человека была чем-то наподобие глины, из которой можно было вылепить что угодно. Но речь не об этом.

Гром грустно улыбнулся.

— Ты помнишь, чем был знаменит Вейрон?

— Дорога в Морфат.

— Именно. Ее еще назвали потом дорогой душ. Вот только никто не понимает, зачем Вейрон, на самом деле, решился на такое. Все дело было в том, что Маг души узнал о том, что Вейрон поклялся уничтожить их всех, чтобы случайно не пропустить нужного. Его заманили на сушу неподалеку от лесов Морфата, и поведали о том, что в городе будут собираться все маги этого направления. Честно говоря, это было даже правдой, они действительно собирались, чтобы расправиться с ним.

— Постой… Ты сказал лесов Морфата? Но там же вокруг руин пустыня…

— Теперь — да.

Арианна замолчала, а Гром, неторопливо поглощая даммаров, продолжил.

— Вейрон собрал всю доступную ему энергию, и всех людей, и пошел на штурм. Собравшиеся в городе маги устроили нечто кошмарное. Пробиваться через заслоны и засады приходилось постоянно, и от побережья до Морфата все оказалось не просто выжжено, а уничтожено до такой степени, что и по сей день там ничего не может расти. Вейрон потерял больше половины своих людей, и это было плохо, поскольку каждый умерший человек — это была душа в кузню засевших в городе магов. Наконец, он прорвался в город, и, поскольку каждый внутри был преисполнен решимости убить его, ему пришлось уничтожать всех и каждого. Высший универсал, в ту пору, это не просто фокусы и политика, это машина смерти, которая умела и знала как убивать, а в варианте Вейрона — еще и желала этого. Город, с населением больше сотни тысяч человек, был уничтожен, а маги, засевшие в самом центре, как пауки в паутине, чуть ли не лраались от переполнявшей их энергии душ…

Гром прикрыл глаза и замолчал.

— А дальше? — тихо спросила Арианна.

— Дальше? Он прорвался к ним, не смотря на то, ч все его люди были уже уничтожены. Не мне тебе объяснять, на что способен Высший универсал, потерявший любимого человека. Они рушили вокруг него все, но боль и ненависть стали ему лучшей защитой, которую можно было только придумать. К тому же, он нейтрализовывал их магию — это искусство было его коньком, за которого ему и дали в свое время статус Высшего. Редкий дар. И от того — очень ценный, как и еще одна его часть — способность выслеживать мага "по запаху" его магии. Он прорывался, и они не могли его остановить, за исключением одного, который… Скажем так, он не был Высшим универсалом, но обладал тем же даром, что и Вейрон. Когда не осталось уже никого, кроме них двоих, они сошлись в бою между собой. Два мастера, только один из них умел обращаться лишь с душами и их энергией, а второй мог прибегнуть к любой магии. И оба были способны нейтрализовывать заклинания друг друга.

Арианна выдохнула, и этим вырвала Грома из рассказа.

— Извини. Я просто… Не могу даже представить, каково это было.

— Мне хуже. Я не могу забыть.

— Но ведь тебя тогда не было?

— Да. Я появился чуть позже. Когда они сцепились между собой, что-то пошло не так, и Вейрон смог высвободить все души, которые были поглощены магами. К сожалению, я до сих пор не знаю что и как было, знаю только то, что эти души спаяли двух противников воедино, а их воля позволила им вырваться из этой спайки, навечно утратив возможность пользоваться магией.

Арианна потрясенно уставилась на собеседника.

— То есть ты…

Гром грустно кивнул.

— Я - Вейрон. И вынужден жить не пользуясь магией, расходуя на свою жизнь энергию все высвобожденных тогда душ. Но я — не совсем он. Скажем так, я то, что получилось после того, как он освободился из спайки. А Ящер… Он тот самый маг.

Дверь тихонько приоткрылась, и в кабинет вошел Оллет.

— Вот видишь, друг мой, не так уж и сложно было все это рассказать.

Арианна повернула к нему голову.

— Вы знали?

— Знал. И хранил его тайну. Однажды, я нашел портрет Вейрона. Единственный, уцелевший до наших дней. Когда я увидел, что человек с портрета приходит ко мне в заведение — я не поверил своим глазам. В особенности не поверил, потому, что я еще будучи мальчишкой хотел найти какие-нибудь вещи Мрачного Рейдера, и "прочесть", что же на самом деле с ним произошло. Меня еще тогда смущало, что история пестрела упоминаниями о его деяниях, но нигде не говорилось о его смерти.

Оллет улыбнулся.

— Я поймал его на чистом конфузе. Как-то раз, он заявился к нам жутко голодны и без денег, и я, без задней мысли, сказал: "Да ладно тебе, Вейрон, потом сочтемся". Он тогда чуть куском мяса не подавился. Потом стал регулярно наведываться, ну и, в итоге, все рассказал.

— Мне, к тому моменту, давно хотелось выговориться. Просто представь, что столько веков никому ничего не рассказывать… Я и людей-то сторонился, чтобы меня после такого рассказа, например после очередной бутылки, не отправили на обследование к Целителям, заподозрив что я душевнобольной. А так — жил себе тихо и спокойно, наблюдал как меняется мир, потихоньку привыкал ко всему новому… Хотя, честно говоря, я так и остался консервативен во многих вещах.

Арианна не выдержала.

— А Ящер?

Гром нахмурился.

— Ящер… Я с ним сталкивался потом дважды. Первый раз, он устроил жуткий бардак на другом материке. Вокруг царило беззаконие, и соблюдалось лишь право силы. За всем этим стоял именно он. Честно говоря, я ухитрился тогда уйти живым только потому, что мне удалось заманить его в ловушку. Магия не действует на нас обоих, но пользоваться услугами транспортников, например, мы можем, поскольку это направленная не на нас магия. Она просто связывает два места, и попаающий в точку фокусировки объект переходит в волновое состояние, переносится, и возвращается в обычное. Тут вышел тот же фокус — один маг поставил точку фокусировки, и он в нее попал. Перенесло его туда, откуда ему пришлось лет триста выбираться… Но выбрался… Во-второй раз, я с ним встретился уже здесь, точнее в Далахасе. Мир был более цивилизован, но мы повели себя как дикари, пытаясь уничтожить друг друга. Не преуспел никто. Нас разнесло взрывом в разные стороны, и я потом почти полвека следы нашей встречи залечивал. А теперь эта тварь вернулась.

— Шелти рассказала нам, что на него действует холод, и у него разогнанный метоболизм…

— Да. Он из-за этого еще и вылечивается быстрее.

Логик долго пыталась осмыслить услышанное.

— А вещи?

— Это уже по моей просьбе, — сказал Оллет — я попросил их, чтобы "прочесть" их память, и понять, что же тогда произошло. Я хотел найти способ остановить Ящера, и восстановить Вейрона.

— А ты считаешь, что это возможно? По истечении стольких лет?

Оллет мягко посмотрел на Арианну.

— Милая, какое же ты еще дитя… Запомни одну вещь. Навек — это долго, но навсегда — так не бывает. Всегда найдется сочетание факторов, которое позволит изменить ситуацию. И если у тебя есть сила — то ты будешь ее использовать, чтобы что-то изменить. Такова природа силы. Или можешь называть это как угодно.