"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 1555

– Чего вам надо? – спросила Марья.

– Да вот, зашли поглядеть, чем занимается помощница Святослава. Мы-то думали, он учить тебя будет, а глава просто завел себе конюшенную девчонку.

– Вам даже к его коню прикоснуться не дозволено, – фыркнула она.

– А мы и не за этим сюда пришли.

Новобранцы вошли в конюшню и загородили собой выход. Марья непроизвольно сделала шаг назад, но тут же сжала кулаки, устыдившись собственного страха.

Будто почувствовав ее смятение, Михаил подошел ближе, заставив Марью прижаться спиной к стенке стойла. Гадко усмехнувшись, он тихо сказал:

– Расскажи-ка, что тебе пришлось сделать, чтобы оказаться в таком теплом месте?

– Да, – гоготнул Ратигор, – поведай нам, что ты такого умеешь, чего не умеем мы?

– Есть у меня одна мысль. – Михаил навис над ней. – Да только не пристало благородной девице заниматься такими вещами.

– Откуда ж в ней благородство? Чья ты дочь, а, Марья? – улыбка Ратигора была похожа на кривую трещину. – Кто твой папка? Пекарь? Кузнец? Как ни крути, а благородства в ней точно нет!

– Значит, правду говорят, а, Марья? – Михаил поставил руки по обе стороны от ее головы и наклонился так низко, что она почувствовала его дыхание на своем лбу. – Чего не хватало нашему угрюмому главе? Дочери или, – он усмехнулся, – еще чего?

Кровь прилила к лицу. Марья сама не поняла, как сумела вырваться и схватить вилы, опомнилась, только когда мальчишки попятились.

– Пошли вон! – выкрикнула она, потрясая оружием. – Иначе я вас на вилы насажу!

– Тише, тише! – Михаил рассмеялся. – Разве ему такие бойкие нравятся?

– Он ей все простит, как Бог прощает! – поддакнул Ратигор.

– Закройте свои рты поганые! Как вы… Да как вы можете говорить такое?! – от стыда и гнева на ее глазах выступили слезы. – Лучшего главы и пожелать нельзя, а вы…

– А мы видим, как сильно ты его желаешь, даже за вилы взялась, чтобы защи…

Марья без особой надежды сделала выпад вперед, но вдруг почувствовала, как зубья уперлись в мягкое. Она сморгнула слезы и увидела, что Михаил за живот держится. Его глаза так широко распахнулись, будто вот-вот выпадут из глазниц.

– Ты что наделала?! – завопил Ратигор.

Остальные мальчишки засуетились, поднялся шум, Марья отступила, прижалась к дверце стойла, Горемыка голову свесил и принялся жевать ее волосы.

– Что здесь творится?!

В конюшню вбежал запыхавшийся Колояр. Он кинулся к мальчишкам, задрал на Михаиле рубаху и громко сказал:

– Ведите его к святым сестрам! А ты, – он повернулся к Марье, – вилы опусти!

Она отбросила от себя вилы и прижала руки к груди. Новобранцы потащили Михаила прочь из конюшни.

– Что здесь случилось? – Колояр выпрямился, смотрел так сурово, что у Марьи все внутри сжималось.

– Они такое говорили…

– А ты решила их вилами проучить?! – возмутился наставник. – Не думал я, что от тебя столько бед будет!

Он схватил ее за руку и потащил к выходу.

– Что ты делаешь?! – Она попыталась вырваться, но Колояр держал крепко.

– Уму-разуму тебя поучить нужно! Где это видано, чтобы на братьев по вере с вилами кидались?!

– Но они…

– Они мальчишки! Тебе ли не знать, какими они бывают дураками! У тебя же четыре брата, могла бы уразуметь, что в этом возрасте у них с головой не все в порядке!

– Но почему я терпеть должна их подначки?!

– Потому что тебе нужно быть умнее!

– Не хочу я быть умнее! – заупрямилась Марья. – Почему одним можно над другими насмехаться, а другим нельзя за себя постоять?!

– Стой сколько хочешь, – рявкнул Колояр, – но оружие наставлять ни на кого не смей!

Он волоком тащил ее до самого храма, а там толкнул к алтарю и силой заставил на колени встать.

– Видит Бог, не хотел я этого.

Марья голову подняла и обомлела: в руках у Колояра оказались розги. Еще ни разу ее не наказывали, она только слышала, что некоторые новобранцы с плетью и розгами частенько встречаются. Вот и ее черед пришел.

– Вытяни руки! – велел наставник.

Первый удар она с перепугу даже не почувствовала, зато второй пришелся по кончикам пальцев. Марья взвизгнула, попыталась с коленей встать, но Колояр ее обратно толкнул.

– Сидеть! – рявкнул он. – Терпи! Пусть боль будет тебе учителем, раз другой науки ты не понимаешь!

Еще один удар, за ним – следующий. Марья зажмурилась, из глаз слезы потекли от обиды и унижения. Что она могла сделать? Как теперь смотреть на наставника?

Вдруг дверь храма распахнулась, прохладный вечерний ветерок прикоснулся к горячей рассеченной коже. Марья носом шмыгнула, сжалась в комок, обхватила себя руками.

– А что это ты здесь делаешь?

Марья узнала голос сестры Рославы и тут же обернулась. Женщина стояла в середине зала, глаза ее метали молнии.

Ну все, подумалось Марье, теперь ей точно конец.

– Наказываю свою подопечную, – пролаял Колояр.

– Отойди от нее! – приказала Рослава.

– Она вилами…

– Пошел прочь!

Колояр опустил розги, сделал шаг назад, а Марья, словно завороженная, на Рославу смотрела. Та быстрым шагом преодолела разделяющее их расстояние, упала на колени, не побоявшись испачкать свое белое одеяние, и осторожно ее израненные руки осмотрела.

– Изувер… – прошептала Рослава.

Она вскинула голову и злобно уставилась на Колояра.

– Если я еще хоть раз увижу, что ты к ней приблизился, тебя будут искать до самой зимы, – спокойно пообещала святая сестра.

– Что ты говоришь такое? – Колояр стушевался.

– А ты не расслышал меня? – на лице Рославы появилась недобрая улыбка. – Сдохнешь, как пес смердящий. Повторить еще раз?

Колояр так растерялся, что ничего ответить не смог, рот открыл, да только ни звука из него не вырвалось.

– Вставай. – Рослава осторожно подняла Марью. – Сможешь идти?

Марья кивнула и с трудом выпрямилась.

– Сестра Катерина! – громко позвала Рослава.

В храм вошла мощная приземистая женщина с широким лицом. Она учтиво кивнула Рославе.

– Наставник Колояр сбился с пути Господнего, – сказала та, – помоги ему снова встать на него.

– Никуда я… – начал было Колояр, но его перебил низкий голос Катерины:

– Встать к алтарю!

Марья, затаив дыхание, наблюдала, как святая сестра силой заставила Колояра преклонить колени и достала из-за пояса плеть с девятью хвостами. На каждом из концов блестели железные наконечники.

– Я это так не…

– Молись! – рявкнула сестра Катерина и ударила Колояра по спине. – Молись и надейся, что Господь простит тебя!

Рослава вывела Марью из храма под звуки ударов. Стоны наставника, усиленные эхом, было слышно даже на улице.

– Пойдем со мной. – Рослава ступала медленно, подстраиваясь к неловкому шагу Марьи. – Я наложу повязки на раны.

– Теперь мне спасу от него не будет, – пробормотала Марья.

– Он над тобой не имеет власти, – твердо сказала святая сестра. – Никто не имеет, запомни.

– А Господь?

– Не о нем речь, – отмахнулась Рослава. – Сестры всегда помогут тебе и поддержат, это тоже запомни.

– Но ведь я не святая сестра, – напомнила Марья.

– Ты женщина, а значит, сестра нам. – Рослава ласково провела рукой по ее волосам. – И сестринство не даст тебя в обиду. А если меня не будет рядом, зови Святослава. Будь он здесь, сам бы переломал извергу ноги.

– Правда? – ужаснулась Марья.

– В гневе он страшен, – заверила ее Рослава. – Ты его помощница, он за тебя в ответе, а не этот… – Она махнула рукой. – Кем бы он ни был.

Они вошли в дом ордена, им навстречу тут же выбежали несколько юных девушек, облаченных в белоснежные одеяния. Они приняли Марью из рук Рославы, осторожно провели в комнату, усадили на постель и поспешили уйти. Через некоторое время пришли Рослава с помощницей. Они велели Марье вытянуть руки, промыли ее раны, наложили на них дурно пахнущую мазь и перевязали все свежими тряпицами.

– Легче? – спросила Рослава, обмыв руки в миске с теплой водой.