"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 1096

Я улыбнулся, глядя в пылающие энтузиазмом глаза девушки. Ее воодушевление мне очень нравилось. Да и открытость в общении подкупала. Прямо сейчас мы просто два человека, объединенных общим интересом.

Там же в это же время.

Герман Мстиславович Панфилов затянулся сигарой, после чего спокойно выпустил кольцо дыма. Сидящие за одним столом с главным государственным поставщиком артефактов господа тоже курили. Они не первый раз собирались одной компанией, и этот бал не стал исключением.

Пусть молодежь веселится в танцевальной зале, серьезные люди, облеченные властью, решат свои вопросы за сигарой и небольшим количеством алкоголя. Как всегда и везде, судьбоносные решения принимались не в кабинетах, а вот в таких практически дружеских посиделках высоких договаривающихся сторон.

— Щелковы сдулись, — высказал свое мнение один из гостей бала, стряхивая пепел. — Рябов вхолостую сработал.

— У принцессы еще слишком мало власти, чтобы решать такие вопросы, — возразил сидящий напротив господин. — Вот если бы это был бал его императорского величества… А пока что Варвара Викторовна всего лишь хозяйка, пусть и благородная. Щелковым ни холодно ни жарко не будет.

Герман Мстиславович усмехнулся, выдыхая дым, который оформился в стрелу и тут же пролетел сквозь выпущенные ранее кольца. Панфилов ткнул свою сигару в пепельницу и, тяжело опираясь на подлокотники кресла, поднялся.

— Мне нужно отойти, господа, прошу простить, — произнес он, оглаживая короткую седую бороду.

Много всего повидал за свои пятьдесят лет Герман Мстиславович. Многое сам делал, стараясь удержать шаткий рынок артефактов. Пришлось отказаться от планов гражданских зачарованных изделий, лишь бы сохранить поставки в казну Российской Империи. Слишком много конкурентов вылезло в последние годы, и родовой бизнес уже вполне могли разодрать на части, раздробив единую систему поставок в множество мелких каналов.

Многое было позволено главному поставщику артефактов, пока Панфиловы были монополистами. Но еще умерший государь Федор Федорович начал закручивать слишком усилившимся дворянам гайки. Герман Мстиславович рисковал стать последним главой рода, который пользовался расположением Романовых. И похоронить семейное дело, выстраивавшееся поколениями.

И времени оставалось совсем мало — ведь в свои пятьдесят получить диагноз, неизлечимый даже для лучших целителей, это… Может раздавить кого угодно. Но Герман Мстиславович запретил говорить о своем состоянии родне, и сам подготовил почву, чтобы хотя бы первые два поколения Панфиловых не нуждались ни в чем.

Так было до тех пор, пока Лермонтов не явился с новым глазом в дворянское собрание. А потом исцеленные, как по божьему чуду, благородные люди повалили просто косяком.

А вот и одна из них, беседует о чем-то веселом с человеком, который может спасти Панфиловых. В то, что Моров способен навредить его роду, Герман Мстиславович не верил. Для того чтобы сломить хребет Панфиловым, нужно производить тысячи артефактов в день, держать на хорошем жаловании сотни чародеев. Род Германа Мстиславовича шел к этому поколениями.

Откуда у Моровых возьмутся такие мощности?

— Прошу прощения, что прерываю ваш диалог, — заговорил Панфилов, останавливаясь на положенном расстоянии от парочки молодых дворян. — Кристина Гордеевна, не уступите мне вашего собеседника на пару минут?

Большакова вскинула голову, рассматривая его, и кивнула. А вот Моров повернулся и сверкнул глазами неестественного золотого цвета. Впрочем, выражение неудовольствия тут же исчезло за вежливой маской.

— Иван Владимирович, позвольте представить вам, — произнесла Кристина Гордеевна, вставая на ноги, — Панфилов Герман Мстиславович, хороший друг нашей семьи. А я, пожалуй, отойду, чтобы дать вам поговорить.

Моров кивнул, поднимаясь и протягивая руку. А его собеседница поспешила отойти на приличное расстояние, чтобы не мешать диалогу глав двух благородных родов.

— Здравствуйте, Герман Мстиславович, — произнес он. — Рад с вами познакомиться. Я думал, это не случится раньше вашего приема, но действительно рад встрече. Полагаю, вам нужны мои услуги исцеления?

Его глаза полыхнули сильнее, зрачки сжались до щелочек, как у кошки… Или демона.

— Мелкоклеточный рак легких, — объявил он. — Думаю, вам дали около трех месяцев. Исправим это недоразумение?

Глава 16

Там же. Иван Владимирович Моров.

Что можно сказать о Панфилове? Он совсем не выглядел умирающим. Крепкий мужчина лет пятидесяти, со спокойным взглядом и читающейся в глазах готовностью продолжать бороться.

Он оказался выше меня и шире в плечах, но при этом смотрел, как на равного. Ни намека на снисходительность к младшему, только спокойная уверенность в себе и твердость во взгляде. Наверняка за плечами Германа Мстиславовича, оказавшегося другом семьи Большаковых, хватало тяжелых решений. И он однозначно был готов принимать их и дальше.

Чем-то он напомнил мне Александра Васильевича. Дед, несмотря на свои увечья, до самого конца оставался таким же. Поломанным, но не сломленным. Вот и Панфилов, точно знающий, сколько ему осталось, не согнулся, а продолжал держать спину прямой.

Железные люди — редкость в этом мире.

А вот его пылающие легкие, пораженные раком, удивляли. Учитывая состояние Германа Мстиславовича, он мог себе позволить купить с потрохами любого целителя. Так почему его не вылечили? Или намеренно не захотели бороться за жизнь главного поставщика артефактов?

— Мелкоклеточный рак легких, — озвучил я, когда печать глубокой диагностики закончила работать, и мои глаза вернули себе человеческую форму. — Думаю, вам дали около трех месяцев. Исправим это недоразумение?

Герман Мстиславович не дрогнул ни одним мускулом, вместо этого жестом попросил разрешения присесть.

— Вы позволите, Иван Владимирович? — дождавшись моего кивка, он опустился на сидение. — Я не глуп, мои люди следят за тем, что происходит в Российской Империи, мы отслеживаем всех способных артефакторов. Именно на них держится наше благосостояние, а следовательно — и государственные структуры, которые пользуются нашим продуктом. Однако так получилось, что в ближайшее время мой наследник не успеет перехватить бразды правления. С моей смертью пошатнется суверенитет всей страны. Представьте, Иван Владимирович, что наши парни в армии остались без магической поддержки. Враги не дремлют, они только и ждут шанса напасть под любым предлогом. И если Панфиловы не поставят свои артефакты казне, эти враги будут безнаказанно перемалывать наших ребят в окопах, хоронить внутри техники и жечь заживо…

Я кивнул, опускаясь рядом. А Герман Мстиславович сложил локти на коленях и свел пальцы рук вместе.

— Я вижу, какая бойня идет между родами, которые захватили гражданский рынок артефактов, Иван Владимирович, — произнес Панфилов. — Не буду скрывать, я и сам не отказался бы освоить этот рынок, стать настоящим монополистом в индустрии зачарования. И если вы немного изучали нашу фамилию, вам известно, что такие попытки Панфиловыми не раз предпринимались.

— Да, я знаю об этом, — подтвердил я.

Герман Мстиславович посмотрел на меня внимательным пронизывающим взглядом.

— Я догадываюсь, что не просто так меня не смог избавить от рака ни один целитель Российской Империи, — вновь заговорил он. — Моя смерть — слишком выгодна для очень многих. И огромный шанс для всех наших соседей.

Направление разговора было неожиданным.

— Вы, Герман Мстиславович, подозреваете, что ваше заболевание — следствие действий заинтересованных людей? — уточнил я.

С такой точки зрения даже интересно становится. У меня никогда не было подобных задач, но в теории я мог бы собрать такую печать. Вопрос лишь в том, как много времени на этой уйдет. Да и, честно говоря, несмотря на то, что мне попалась та же держава, точнее, последствия ее применения, я не особо верил в существование настолько разбирающегося в чародействе человека.