"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 1844

— Да как ты смеешь, — начала закипать она, — бросаться подобными обвинениями!

— Правдой, Екатерина Андреевна, правдой. Даже в отчётах не потрудились выделить на меня строку расходов. И эта одежда была приобретена до вашего появления, разумеется, — я подцепил пиджак пальцами и поправил его. — Как удобно, что я так плохо рос всё это время.

— Ах ты неблагодарный мальчишка! Костя, и ты что, ничего ему не скажешь⁈ — она возмущённо посмотрела на старика.

— А мне должно быть что-то сказать? Эти распри и упрёки друг к другу давно достали. Хватит с меня, вам понятно? Все ушли. Все!

Первыми направились к двери перепуганные девушки. Они всё это время стояли молча, не рискуя перебивать мать. Но их опередила Галина: поклонившись, тут же вышла, так что близняшкам пришлось посторониться.

Я также намеревался уйти, но отец попросил остаться. Это явно не понравилось мачехе.

— То есть, ты сейчас хочешь говорить с ним, а не с той, кого так бесцеремонно обманул? — всё так же на эмоциях воскликнула она.

— Ты всё верно поняла, — последовал ответ. — Если так хочется обсудить детали своего нового положения, то можем обговорить это чуть позже.

— Ты…Ты… Поверить не могу! — она вскочила на ноги и поспешно направилась к двери, но остановилась в последний момент и обвела нас полным ненависти взглядом. — Ты ещё пожалеешь Скарабейников, что предал меня.

Она хлопнула дверью, от чего отец болезненно скривился и потёр виски. В это время из комнаты выскользнул Кузьма, осторожно прикрыв за собой. Константин же налил себе трясущимися пальцами стакан алкоголя и опустошил его.

— И ты никак это не прокомментируешь? — хмыкнул я, указывая на дверь себе за спину большим пальцем.

— А есть смысл? — устало прохрипел он, окончательно сдувшись. Будто уменьшился в размерах, стекая по спинке кресла. — Сядь, лучше.

Я занял место на стуле рядом с ним и так же посмотрел на огонь.

— Успокаивает, да? — сказал отец спустя какое-то время.

— Есть такое, — не стал я спорить.

— Прости, сын. Я полюбил твою мать с первого взгляда, каждый день с ней навсегда останется в моей памяти светлым пятном. Так больно видеть тебя, твоё лицо. И вспоминать её. Возможно был слишком строг с тобой, но знай, всегда хотел как лучше.

— Я знаю. И не в обиде.

Если уж вживаться в роль, то до конца. Этому старику нужно было прощение, которое прежний Сергей был готов дать ему, так как сильно любил. Кто я такой, чтобы всё портить?

— Прости…

Чтобы приободрить старика, сжал его ладонь и когда он повернулся ко мне, повторил, глядя в глаза:

— Я не в обиде на тебя, отец.

Он накрыл мою ладонь своей и пару раз похлопал, после чего я разорвать этот физический контакт. Всё же, этот мужчина чужой мне человек и касаться его было не по себе. Не только с моральной точки зрения.

— Спасибо, — сказал он. Казалось, ещё немного и слезу пустит, но нет, сдержался.

— Сколько я должен этой женщине? — решил уйти от неловкого разговора о личных чувствах, которых по сути у меня и нет в данной ситуации.

— Шестьдесят тысяч. Столько она заплатила мне.

— То есть, мне требуется отдать ей сто двадцать? — нахмурился я. Информация, мягко говоря, неприятная. Где мне взять такую астрономическую сумму?

— Знаю, это мой грех. Но тебе придётся за него расплачиваться. Всё лучше с ней, чем с теми, кому я был должен. Они бы так просто тебя в покое не оставили. Прошу только, не прогоняй её на улицу, не лишай титула. Выполнишь последнюю просьбу отца?

М-да, шикарно просто. Я ждал смерти старика только для того, чтобы избавиться от этого бабского балласта. Зачем мне впрягаться и дальше?

— Они мне чужие люди, я не обязан содержать их до конца жизни.

— Я этого и не прошу. Катенька женщина хваткая, она быстро найдёт себе мужа. Либо иное занятие по душе. В общем, не пропадёт. Тебя или меня это уже не должно касаться. Она помогла мне, отчасти и тебе. Не будь с ней слишком строг. Это моя единственная и последняя просьба.

Мы просидели какое-то время в тишине. Не знаю, о чём думал старик, но мне точно требовалось разложить информацию по полочкам. Конечно, если после смерти отца я выгоню эту дамочку с дочерьми, то никто мне слова не скажет, даже Скарабей. Первопредок ясно дал понять, что я волен делать всё, что захочу, лишь бы исполнял его указание.

— Я приглашу знакомого нотариуса, — нарушил старик тишину.

— Это ещё зачем? — не понял я.

— Нужно оформить бумаги о том, что теперь ты глава рода.

Что? Я так и открыл рот в удивлении. Видя это, отец усмехнулся.

— Что, не готов? Тогда я подожду ещё.

— Готов! — выпалил я. — Просто, немного удивлён внезапности. А как же ты?

— Ничто не мешает главе рода уйти на покой раньше собственной смерти, верно? — вяло улыбнулся он и покосился на меня.

Спорить смысла не было, так что я промолчал.

— И что дальше? — поинтересовался я. — Что будешь делать?

— Что и обычно. Смотреть в огонь. Пить, курить. И ждать смерти. Вариантов немного, — хмыкнул он. — Так что радуйся, завтра ты станешь полноценным главой рода. Как мне показалось, Первопредок от меня ждал именно этого шага.

Мы просидели в тишине ещё какое-то время, каждый думал о своём.

— Мне нужно идти. Прости отец, но работа не ждёт.

— Да, конечно. Не смею тебя задерживать.

Вот ведь люди могут меняться за сутки! Стоило божку перекинуться парой слов и все проблемы решились. Неужели нельзя было это сделать раньше?

В прострации, я добрался до рынка. Даже не сразу обратил внимание, что девушки не дожидались меня в коридоре, как было последние пару дней.

— Опаздываешь! — голос Харитона вывел меня из задумчивости. — Что-то случилось?

— Случилось. Но обо всём позже, — улыбнулся ему.

Краем глаза видел, как за моей спиной уже встали две женщины их числа постоянных покупателей. Они ждали, когда я займу своё место и снова осыплю их комплиментами перед покупкой. Ненавязчивая лесть много стоит в торговом деле. Жаль Харитон этого никак не поймёт.

Среди дня зашла Галина. Из-за утренней суматохи она не успела передать мне пирожки, потому решила принести их лично.

— Как там дела дома? — поинтересовался я. — Екатерина Андреевна говорила ещё с отцом?

— Говорила, а толку? — отмахнулась женщина. — Вышла такая же злая, какой и была. Ох, я так рада за вас, Сергей Константинович!

— Как там Яна с Анной?

— Сидят по комнатам. Совсем на учёбу плюнули, который день не ходят.

— Галина, я тут лавку снял, поможешь завтра привести её в порядок?

— Целую лавку? — удивилась она. — Конечно!

Стоило назвать адрес, как она обрадовалась ещё больше. Оно и не удивительно, место то хорошее, прямиком перед главным входом в центральный рынок.

Неожиданно появилась Анна. Она молча дождалась, когда возле моего прилавка никого не будет, после чего наклонилась вперёд и жалобно посмотрела на меня:

— Ты ведь нас не прогонишь, правда?

И вот что на такое ответить? Я вздохнул, смотря на неё.

— Нет, конечно. Пока вы все ведёте себя приемлемо, в этом нет смысла. Да и ты сама слышала, о чём меня просил отец.

— Серёжа, — она схватила мою руку и сжала своим тонкими пальчиками, — пожалуйста, прости за тот случай.

Я с усилием, но не резко вытащил свою руку из её хватки.

— Не хочу говорить об этом. Всем людям свойственно ошибаться. Но, надеюсь, ты больше подобной глупости не допустишь. Верно?

Она кивнула и отошла, так как появился покупатель. Когда этот мужчина ушёл, Анны уже не было.

— У тебя сегодня день посетителей, — хмыкнул Харитон и протянул руку вперёд. — Кружку давай.

Когда кипяток был налит, а чай заварен, он вновь поинтересовался моими делами. Рассказал ему как есть, но поверил он не сразу.

Впервые торговый день длился субъективно настолько долго. В голове я уже находился в лавке и приводил её в порядок. Следовало ещё предупредить тех немногих поставщиков, что у меня были, о переменах. В принципе, приятные хлопоты.