"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 1726

Интересно, она в курсе, что за ней здесь такое прозвище закрепилось? И какой процент она имеет с мясных махинаций? Она все это организовала или Жорич? Кто главный?

Силантий тот еще хищник. Именно таким я себе Святошу и представлял. Седеющим, но крепким. Люто озлобленным в душе, это по глазам сразу видно. Теперь я знаю, кто он, и дело за малым — взять завтра на махинации с мясом экспедитора Семенова, а уж через него выйти на Жорича. Задержать обоих на трое суток как подозреваемых и раскрутить по полной. Нарыть доказухи по делу о хищении социалистической собственности, а потом прокурор арест подмахнет — и трое суток превратятся в два месяца. А там можно и за все остальное притянуть. Уже в камере можно наступательно работать, не торопиться. Ведь такую тварь нахрапом не возьмешь, столько лет он скрывался, как ядовитый паук в расщелине. Выманить его надо и потом лапки пооборвать.

Только во всей этой истории Валю жалко. Если я потяну за ниточку, то и его мать на скамью присядет. Во всяком случае, дело таково, что я все силы применю для этого. А Валентин — он честный до мозга костей. Тяжко ему будет узнать новую правду о родительнице. Хоть они и не в особой дружбе, но мать все же…

— Вообще, Александр Александрович, мне кажется, вы зря только время потратите, — сухо проговорила Вобла. — У меня все под контролем. Я слежу за порядком и документацией. Не допускаю нарушений регламента.

— Конечно, Виталина Сергеевна, — улыбнулся я. — Но — работа, сами понимаете. Я обязан составить справку о проделанной работе. Внести туда номера машин, которые проверил, данные водителей. Да вы не беспокойтесь, я проверю парочку ваших «Волг» и, может, жигуль какой. Есть у вас в автопарке такие?

— А я и не волнуюсь, — немного с вызовом ответила директорша. — Я всегда выполняю свои обязанности так, что за них не приходится краснеть.

— Ну и замечательно, так где мне график движения служебного транспорта глянуть?

— У Аллы… я сейчас ее проинструктирую, — сказала Загоруйко и нажала кнопку селектора. — Алла, зайди ко мне срочно.

— Саныч! — в кабинет нам заглянул Кулебякин с дымящейся кружкой. — Что там с убийством на пляже?

— Работаем, Петр Петрович…

— Работают они, ядрён пистон! Мне главк уже всю плешь проел… Каждый божий день отчитываюсь и вру, — Кулебякин посмотрел на часы, будто засекал время, и проговорил. — Срок вам неделя. Не раскроете — уволю на хрен. И сам на пенсию уйду… Эх, беда-бедовая.

— Рано вам на пенсию, — подмигнул я и многозначительно повел взглядом в потолок, показывая шефу, что нужно надеяться и верить в обещанное повышение.

Он понял намек и в ответ показал жестом — мол, без раскрытия не выгорит, а вслух добавил:

— Если не раскроем, порежут нас, как Тришкин кафтан.

Шеф снова вздохнул и, бряцая чайной ложечкой в кружке, ушел. Тяжело ему по-своему — уже подполковничьи погоны мысленно примерил и, небось, перед супругой похвастался, а тут темнуха громкая зависла. Что ж, надо его выручать. Повязать Святошу и найти Сафрона.

Адрес Жорича я пробил, не на мясокомбинате, конечно, чтобы не спугнуть. Отправил на квартиру своих орлов, они аккуратно поспрашивали соседей. Никого похожего на Сафрона в посетителях у Жорича они не видели. Вламываться мы не стали пока. Ну, а что толку — возьмем Сафрона, а Жорич сухим выйдет. Предъявить ему пока нечего. Скажет, что не знал, что беглый зэк у него квартировался, просто комнату снял в наем и все… А то, что фамилия у Жорича настоящая — Грицук, как у зэка-племянничка, так это тоже с маху не докажешь. Поэтому сначала возьму его на мясе, после уже обыск официально у прокурора выбью и наведаюсь в хату, а там и Сафрона подцепим. Если он, конечно, вообще там живет… Что-то мне подсказывало, что этот гад не с дядей кантуется, а спрятался получше. Но зачем он прибыл в Зарыбинск? Пока не понятно…

— Саша, — вывел меня из размышлений голос птички-кадровички.

Вдовина запорхнула в кабинет, когда я был один. Прошкин и Гужевой следили за квартирой Жорича на всякий случай — если появится Сафрон, то его надо вести, чтобы не смылся невзначай. Тулуша я, как и планировал, отправил охранять главреда Артищева. Место дислокации сибиряка на ближайшие дни было — редакция газеты «Красный Зарыбинск». Надеюсь, с Зиной они поладят. Не так скучно парню будет с молодой девушкой, а то он уже ко мне привязался, как Мухтар, и не очень радостно воспринял новые обязанности телохранителя газетчиков.

— А! Привет! Заходи! — я встал и по привычке чуть не обнял Машу и не прижал к себе.

Та тоже рефлекторно дернулась в ответ на мой жест, но мы оба остановились на полпути, поулыбались, а кадровичка продолжила:

— В пятницу бракосочетание…

— Ну-у… я знаю, — и я, и она изображали беспечность в голосе и жестах.

— Ты придешь?

— Ну, конечно, — заверил я, а про себя подумал, к чему такой вопрос.

Маша, видимо, заметив мое недоумение, поспешила его развеять:

— Я просто список гостей составляю и меню. И чтобы готовить — знать, на сколько персон. Ну и с помещением решить бы, по вместимости не прогадать. Ой, столько хлопот с этой свадьбой, теперь я понимаю, почему ты так ее не хотел.

— Да, — понимающе кивал я. — Свадьба — это…

Ничего не подобрав подходящего, я еще раз просто покивал и поводил руками, изображая непосильный масштаб. Почему-то когда речь заходила о Машкиной свадьбе, на меня нападал словесный кретинизм. Ха…

— Ну я тогда тебя вписываю? Точно будешь?

— Точно, — мы улыбались друг другу, но весело не было никому.

— Один придешь? — с некоторой надеждой спросила Вдовина.

— Да-а, я не думал еще, знаешь, столько работы… Вот совсем не до свадеб, ага.

— Ну, я тогда Алену тоже впишу на всякий случай, — прищурилась кадровичка и испытующе на меня посмотрела.

— Ну да, впиши, ага… Кхм. Если несложно.

— Ладно, я пошла…

— Иди.

Я ещё зачем-то кивнул.

— Пока…

— Пока…

Лишь только я сел на стул, чтобы мысленно отдышаться и переварить наш странный разговор, как в кабинет нервно постучали.

Сегодня у меня приемный день, что ли?

— Кто там? — хмуро бросил я в сторону двери, за которой стоял посетитель, явно гражданский.

Свои к нам не стучат, отдел маленький, не принято ни перед кем расшаркиваться, только к Петру Петровичу все стучались, и то в последнее время я не стучался, и он воспринимал это нормально, видел, что как милиционер старший лейтенант Морозов его давно перерос.

— Здравствуйте… Можно? — дверь несмело приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась голова молоденькой девушки.

Глаза заплаканы, чувства растрепаны, по прическе я сразу узнал Зину-журналистку.

— Привет! Заходи. Что случилось?

— Заберите своего дикаря, — девушка вошла и чуть не разрыдалась.

— Что случилось? Какого дикаря?

— Сотрудника своего, — всхлипывала журналистка. — Он… он… он Серёжу съел!

Глава 13

— Кого съел? — переспросил я, а по спине пробежали крепкие сибирские мурашки.

Зная Тулуша, я мог в этом гастрономическом смысле предположить что угодно, надеюсь — это не любимый кот или пёс редакции. А всего лишь какой-нибудь кактус, ну или аквариумный сомик, на худой конец. Декоративные сомики в просторных аквариумах и на хорошем корме вырастали до вполне себе гурманских размеров. Но все оказалось сложнее, чем я думал.

— Это голубь… — всхлипывала Зина. — Он голубя моего съел. Я его прикармливала. А он…

— Ах! Голубь! — с облегчением выдохнул я. — Я уж подумал, что-то серьезное. К вам обязательно ещё прилетят, прикормите заново, делов-то… Назовите нового тоже Сережей. Мало, что ли, голубей у нас в Зарыбинске?

— Вы не понимаете… Я его раненым подобрала. С перебитым крылом. Рыженький такой, красивый. Выходила, вылечила, выкормила и отпустила. Он прилетал к редакции часто, я его семечками и крупой подкармливала. Потом он стал с друзьями прилетать. Я их тоже угощала. Они целой стаей паслись возле редакции. А сегодня пришла на работу, а ваш Тулуш всех сотрудников птичками жаренными угощает. Я думала, что перепелки — тушки маленькие такие, скрюченные. Ну я и попробовала. А потом спросила, что за мясо, он сказал, что голуби. А вот этот, говорит, самый жирный. Он рыжий был. Рыжие, говорит, всегда жирнее, потому что их солнце любит. Представляете?