"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 1591

Смеётся и на меня хитро поглядывает.

Намек я понял и после рабочего дня поспешил в общагу. Принял душ, переоделся, нацепил свои обновки: джинсы-фирмУ, батничек приталенный и германский замшевый пиджак такого приятного коричневого цвета, что не хотелось даже надевать его. Хотелось просто смотреть.

— О, Мороз! Ты чо, жених? — в комнату ввалился Нурик. — Ты куда такой красивый намылился?

Вид у меня действительно был, как для помолвки, чего я не мог сказать о Нурике. Он был в футболке и трениках и выглядел немного замученным.

— Не жених, а в гости иду, — многозначительно проговорил я.

— Ха! В гости так не ходят-на, — хмыкнул сосед. — Зачем наряжаться. Если потом все равно всё скидывать придется. Гы-гы-гы!

— А ты откуда пришел? — перевел я стрелки. — Смотрю, уставший такой… Опять к Василине бегал? Замучила она тебя, все соки выпила?

— Ой, не говори, Мороз, — вздохнул Нурик. — Прикинь! Не знал, что Васька наша такая прыткая и ненасытная… Да и на цветочки уже весь аванс изнахратил. Шайтан мне в батур.

— Ты что? До сих пор ей гвоздики даришь? — удивился я.

— А что, не надо? — Ахметов вскинул на меня черную, как воронье крыло, бровь.

— Не-е, ну дело твое, конечно, но если у вас уже вовсю, так сказать, семейно-гостевая жизнь налажена, то можно и придержать коней с цветами.

— Ха! — сосед смотрел на меня во все глаза. — Ты по серьёзке щас сказал-на? А что ты раньше молчал, что так можно! Фух… Завтра пустой пойду.

Нурик заметно оживился, выдохнул с некоторым облегчением, а потом с какой-то грустью и философской тоской посмотрел на стену и сказал, обращаясь к плакату с актрисой Варлей.

— Прости, Натаха, не твой теперь молодец, не твой…

— Ладно тебе прибедняться, тебе же самому нравится к коменде шастать, — хитро прищурился я.

— Ну, да, — грустно покачал головой сосед. — Только карман пустой, из-за гвоздик этих. Слушай, Мороз. По-братски… Займи еще тугриков немножко. Знаю, я тебе только вчера долг отдал, но Васька на кино намекает. Говорит, что телевизор у нее барахлит.

— На, — я протянул ему двадцать пять рублей. — Сходи завтра и купи мне шампунь и мочалку, а сдачу оставь себе, можешь не отдавать даже. У меня шампунь кончился, а вехотку сперли.

Не привык я мочалки из душевой забирать, а надо бы.

— О! От души, брат! От души! А какой тебе шампунь взять?

— Хороший. Как у тебя. Чтобы волосы такие же после него были.

— Волосы у меня что надо, ага, — Нурик выпрямился перед зеркалом и, проведя пальцами по своей иссиня-черной шевелюре, горделиво добавил. — Оно и понятно, я казах, у казахов волосы, что у скакуна грива…

Кулинария еще работала, но надо было поторапливаться. Идти в гости с гвоздиками — как-то не очень пока к месту, а с пустыми руками — еще хуже, поэтому я решил заскочить в магазин и прикупить тортик. Не «Муравейник» какой-нибудь, а саму «Прагу».

Уже рассчитавшись на кассе за десерт, который мне упаковали в коробку и перевязали шпагатом, я собирался на выход. Как вдруг услышал мелодичный голосок-колокольчик:

— Ой! Привет, Саша!

Я обернулся, передо мной светилась улыбкой молоденькая журналистка. Даже ее курносый носик светился, будто радовался случайной встрече. Зарыбинск — город маленький, а нормальная «Кулинария» в нем и вовсе одна, неудивительно встретить здесь знакомых.

— А ты куда это такой красивый? — она с нескрываемым восхищением и кокетством оглядела меня с ног до головы, будто я был сам Ален Делон, ну или Вячеслав Тихонов, на худой конец.

— К Серовым, — не стал лукавить я.

— Ой! Алёнка мне не сказала, что гостей сегодня собирает. Вот коза!

— А я татарином.

— Что? — не поняла шутки девчонка.

— Незваным, так сказать, гостем припрусь.

— Ой, тогда я буду татаркой, хи-хи… Ты не против?

— Что? — теперь уже я не понял.

— Вместе пойдем, ее проведаем. Я же тебе не помешаю? — посмотрела Ася на меня взглядом невинного ребенка, но в глубине ее бездонных и вовсе не детских глаз сверкнули бесенята.

— Конечно, не помешаешь, — немного слукавил я. — Пошли…

Глава 24

— Привет! — дверь квартиры открыла Алёна. — Проходи. Андрюшка говорил, что ты сегодня зайдешь.

Увидев на пороге меня, хозяйка расплылась в улыбке, но из-за моего плеча тут же выскочила Ася. Вот ведь чертенок из табакерки. Очень симпатичный такой чертенок.

— Сюрприз! — хихикнула она. — Что, Серова, не ждала?

Журналистка задорно пропела:

Самолёт летел —

Колёсы стёрлися.

Вы не ждали нас —

А мы припёрлися!

— Ася?.. — улыбка с лица Алёны на миг исчезла, но через секунду она тут же водрузила ее на место, держа марку гостеприимства и подруголюбия.

— Привет, подруга! — уперла руки в бока Ася. — А ты чего не сказала, что у тебя сегодня сабантуйчик тут намечается? Ставь чайник! Я пришла!

Журналистка первая впорхнула в прихожую и ловко и привычно скинула босоножки.

— Да я не собиралась, просто… — замялась Алёна.

— Ладно, не оправдывайся, шучу я, хи-хи! Мы с Сашей гуляли и дай, думаем, к тебе заглянем. Ты же не против?

— С Сашей? Гуляли? — Алена не удержалась и с укоризной повела на меня бровью, будто сдерживала эмоцию или претензию.

— Ну-у, как гуляли? — поспешил я разрядить обстановку. — В «Кулинарии» случайно встретились.

— Ну, да, ясненько, — без особого энтузиазма кивнула Алёна, явно мне не поверив.

— А где Андрей? — спросил я.

— С друзьями пошел удочки мастерить, — ответила сестра.

— Не знал, что он рыбак.

— Мастерить — не рыбачить, убежал за компанию.

Продуманный парнишка, отметил я про себя, оставил меня наедине с сестрой, да только вот я не один заявился…

Хозяйка отправила нас мыть руки, а после мы прошли на кухню, и там на столе кроме чая обнаружили еще и бутылку недорогого, но вполне себе сносного кубанского вина. Видимо, все-таки Алёна приготовилась к «неожиданной» встрече, да и халатик на ней был вовсе не повседневный, а немного нарядный, новый, наверное.

Тут впору пожалеть, что мне на хвост так неожиданно и именно сегодня упала стрекоза-журналистка, но я почему-то не был этим огорчен. Редко приходилось в последние годы проводить время в компании хорошеньких девушек. Вернее сказать — никогда, только в молодости. Ну и вот — в этой реальности.

Естественно, мы начали с бутылочки вина, а когда настроение у всех поднялось (даже у Алёны), перешли на чай и торт.

Я шутил, девчонки смеялись, Ася рассказывала журналистские байки и все вздыхала, воздевая глаза к потолку и сетуя, вот как бы это ей попасть из нашего захолустья в столицу, ведь там скоро Олимпиада, вот бы стать журналистом, освещающим это событие. Там ведь иностранцы будут, а она их только по телевизору видела.

Оживленно жестикулируя и мечтая вслух о головокружительной карьере, она смахнула со стола вилку. Та брякнулась на пол с предупреждающим звоном.

— О! Жди еще гостей! — хихикнула Ася.

Подняв вилку, она тут же принялась ей ковырять торт. Алёна посмотрела на нее не то с сомнением, не то с упрёком.

— Быстро поднятое — упавшим не считается, — пояснила та. — А ты чего вино не допиваешь, подруга?

Пичугина испытывающе уставилась на Алёну.

— Аська, отстань, — фыркнула пионервожатая. — Я мало пью…

— Ой, да ладно тебе прибедняться! Лучше расскажи, как мы с тобой на выпускном наклюкались.

— Это было в первый раз, нас мальчишки споили, — покраснела Алёна.

— Да ладно… А дискач помнишь?

— Не пила я на дискотеках, — нахмурилась пионервожатая.

— Ага, ты еще потом физруку в любви признавалась! Ха! Саша, это была хохма! Хочешь, расскажу? Ты не смотри, что Алёнка вся такая правильная, она та еще оторва была. Хи-хи.

— Пичугина! — гневно зыркнула Алёна. — Кто-то много выпил и кто-то много болтает!

— Ой, Алёнчик, ты чего? Застеснялась, что ли? Все свои ведь! Кстати, как твой новый сосед? В гости заходит?