"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 1521

— Баночкин! — воскликнул я. — Ты тут живешь, что ли?

— Так, это самое… — пожимал он плечами. — В отпуску же все, а я в две смены.

— Герой!

— А чего… Работать можно, — проговорил он. — Ночью обычно спокойно, можно кимарнуть. Да и переработку у нас платят. Все-таки в сменах с этим проще, чем когда пятидневка. А ты чего пришел? Ирисок больше не дам.

Последнее добавил как-то обиженно. Видно, зацепил я его своим замечанием.

— Ирисок не надо, машину дай.

— Чего?

— Я говорю, дело есть. Педагога надо привезти, машина нужна.

— Не дам… Возьми ирисок лучше. У нас одна машина в дежурке. А если выезд? Иди в угро, попроси копейку.

— У них ступица полетела, — слукавил я. — Дай бобик. Одно колесо здесь, другое там… Распоряжение Кулебякина.

— Петр Петрович мне не звонил, — недоуменно пробормотал дежурный.

— Голубиный помет тебе на погон! Баночкин! Ну так сам позвони шефу и спроси, — напирал я, понимая, что если и вправду позвонит, то я пропал.

Но ведь почти наверняка звонить не станет? На всякий случай взгляда я не отводил.

— Ладно… верю… И не называй меня Баночкин, меня Мишей зовут.

— Хорошо, Миша, — только сейчас до меня дошло, что я не помнил его имени, только фамилию. Видно, его всегда называли все по фамилии, а Мише это не особо и нравилось.

— Николаич в бобике дремлет. Разбуди его и обрисуй маршрут.

— Спасибо, Михаил.

Я вышел на улицу, сел в машину и растолкал старшину Николаича. Мужика в том возрасте, когда женщины уже не так интересны, как здоровый сон на работе.

Известно, что у работы есть три плюса: пятница, зарплата и отпуск, а у работы дежурным водителем есть еще и четвертый плюс: шофер спит — служба идет.

— В школу, — скомандовал я и махнул на лобовое стекло в неопределенном направлении, наверное, где-то там должна быть школа.

— В какую? — поднял на меня густую и сонную бровь Николаич.

Ах ты! Я и не знал, что школ в Зарыбинске несколько. Но даже в небольших городках, наверное, так оно и есть.

— В ближайшую, — не растерялся я.

— В первую, что ль?

— Ну, конечно, Николаич, первая же ближе, в неё, родную.

— А, погодь, — тер глаза старшина, — если напрямки, то вторая ближе будет.

— Поехали уже.

— Куды рулить? Без команды не привык.

— Во вторую.

— Ну так бы сразу и сказал, а то в первую, в первую, — ворчал старшина.

Бобик заурчал мотором, хрустнул передачей и резво, совсем не по-стариковски побежал по ленточке асфальта.

А я размышлял о том, что автопарк ГОВД явно хромает. Обновить бы его. Вот блин! С каких это пор меня стали заботить проблемы ментов? Их материально-техническое оснащение… Во дела! Чувствовал я себя сейчас немного оборотнем. Из сидельца в мента обращаюсь — правда, временами. И эти времена становятся все длиннее и длиннее.

Николаич разогнал тарантас и на дорожные знаки поглядывал, как водитель «БелАЗа» — чисто из любопытства. Машин мало, а те, что были, почтенно пропускали желтое авто Зарыбинского ГОВД. Этот бобик в городе знала каждая собака. Да и каждая кошка, наверное.

Старшина был спокоен и невозмутим, даже когда к нему под колеса хотела залезть инвалидка — машинёшка с мотоциклетным двигателем. Надо отдать ему должное, отреагировал он спокойно. Лишь сделал вид, что плюнул сверху на крышу машины, за рулем которой сидел отнюдь не участник ВОВ, а молодой щегол. Обычно водители ведут себя менее сдержанно по отношению к прочим участникам движения — как некоторые бабушки на скамейке у подъезда: каждый второй то наркоман, то проститутка.

Домчались до школы с ветерком. Это оказалась школа по соседству с моей общагой. На ее стадионе я занимался, здесь же видел как-то Алёну на пробежке.

Я велел ждать и вошел в здание. Тишина. Пахнет свежей масляной краской, распахнутыми окнами и детством. Сейчас, конечно, каникулы, но кто-то же должен быть в школе.

— Опять вы? — раздался знакомый женский голос.

Я обернулся — передо мной стояла Алена Сергеевна. В юбке-восьмиклинке в модную полоску, белой блузке и в пионерском галстуке. Хм… Для пионерки она слишком взрослая.

— И снова здравствуйте, — улыбнулся я. — А как с директором переговорить?

— Она в отпуске.

— С завучем.

— Она на пришкольном участке, на летней практике с ребятами.

— Заместителя завуча, пожалуйста, позовите.

— Нет такой должности.

— Кто здесь старший?

— Я.

— А вы кто? В смысле, вы же не учитель?

— Старшая пионервожатая. А что вы хотели, Александр Александрович? — проговорила она так официально и четко, будто на партсобрании.

— Понимаете, Алена Сергеевна… У нас на допрос, то есть опрос… Ну, в общем, для дачи показаний требуется педагог.

— Педагога опрашивать будете?

— Нет, в присутствии педагога.

— Я педагог. У меня ставка вожатой, и образование имеется — педагогическое училище.

— Извините, но вы не подходите.

Для пущей убедительности я помотал головой. Но Алёна, видно, отступать не привыкла.

— Это почему же? — с вызовом спросила девушка, а я отметил, что решительность ей очень к лицу.

Пока я раздумывал, что ответить, она ответила на свой вопрос за меня:

— Потому что опрашивать будут Андрея?

— Э-э… Нет.

— Опять врете?

— Послушайте, Алена Сергеевна, Андрею ничего не угрожает, я прослежу.

— Так вот какие вы там профилактические беседы проводите! Решили все свесить на моего брата?

— Я хочу ему помочь…

— В колонию для несовершеннолетних его упечь? Сироту?

— Так! — скомандовал я. — Отставить разговорчики!

Вожатая опешила, стояла и хлопала глазенками, а я — а что я? Не могу этим глазам врагом быть. Рассказал все. Ну как все… Все, что касается моих планов и действий относительно Серого. Не хотел ее впутывать, думал, сам все разрулю по-тихому, но пришлось открыться. Все-таки она ему самый близкий человек.

Алена покивала, пожевала губу с грустными глазами, всхлипнула и смахнула слезинку со щеки:

— Я знала, что Андрюша куда-то влип, я знала… Он мне ничего не рассказывал, хоть на горох ставь… Александр Александрович, прошу вас, помогите ему… Ему и так тяжело без родителей.

— Обещаю, — пожалуй, даже слишком горячо ответил я.

— Спасибо, — впервые за наше знакомство она взглянула на меня с благодарностью.

— А у вас есть в квартире газ? — спросил я.

Глава 19

— Что? — брови Алены встали домиком.

— Газопровод в вашем доме есть? — как бы между прочим проговорил я, но вышло не особо, получалось, что в лоб сказанул, уж сильно глубоко в мои мысли засел этот еще не случившийся чертов, пожар.

— Нет… Не проведен, — недоуменно повела плечиком вожатая, — почему вы спрашиваете?

— Это хорошо, что не проведен, газ — опасная штука, — выдал очевидное я.

А сам размышлял, из-за чего же тогда мог возникнуть пожар в квартире? Газа нет, курящих тоже. Или Серый курит? Надо будет узнать.

— Ну так что? Где будем педагога вам искать? — вывела меня из размышлений пионервожатая. — Я точно не подхожу на эту роль? А?

— Честно говоря, я не слишком разбираюсь в их процессуальных заморочках, то есть в наших заморочках служебных… я же кинолог, а не следователь. Не уверен, что вы, Алена Сергеевна, подойдете — вы всё-таки родственница опрашиваемого.

— А мы им не скажем, что мы брат с сестрой. А вы, Александр Александрович, — сделаете вид, что тоже этого не знаете, — в ее глазах сверкнули озорные бесенята. — Как вам такая идея? Все равно в школе кроме меня сейчас никого нет из педсостава. Берите меня.

А девушка определенно мне нравится, совсем не зацикливается на догмах и надуманной морали.

— Отличная идея, Алёна Сергеевна. Тогда разыграем небольшой спектакль, надо только Андрея предупредить. Прошу вас в машину.

Мы приехали в ГОВД, я отвел Алену в следствие, а сам пошел за Серым.

Тот сидел и корпел над вырванным тетрадным листочком в клеточку.