"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 1429

Как будто этого было мало — активизировались магглы. При этом ученики Хогвартса, как и гости оного узнали об этом довольно быстро — по высаженному десанту. Магглы вели себя корректно, самых активных просто били, но никого не убили, поэтому даже мистер Филч, отчего-то пожелавший напасть на пацана, выжил.

Скорость, с которой маги были захвачены, очень напугала их, поэтому те, кто доселе считали людей «грязью», уже готовы были сотрудничать. Аморфная масса магического сообщества бороться-то точно не желала, особенно в отсутствии лидеров. Но Волдеморта не было, а Дамблдор оказался в Азкабане за нападение на целителя, что старика полностью дискредитировало.

— И что теперь? — поинтересовалась нервно комкавшая платочек Амелия Боунс.

— Теперь маги будут работать, — хмыкнул маггловский военный. — Вам есть, что предложить нам, а за это вы останетесь в живых.

— Что вы имеете в виду? — удивилась женщина, к такой постановке вопроса не готовая. Вспоминая Фаджа, попытавшегося проклясть магглов, мадам Боунс только вздохнула. Министра похоронили накануне.

— Вы можете лечить неизлечимые для нас болезни, — объяснили ей. — Поэтому будете лечить, хотите вы этого или нет.

— Но я не умею… Это же целители делают! — попыталась объяснить Амелия.

— Не умеете — научат, не хотите — заставят, — ответ маггловского военного заставил главу ДМП чувствовать себя не в своей тарелке.

Приказ королевы был однозначен — маги должны работать. В соответствии с законодательством это касалось всех, кто был старше двадцати одного года, кроме тех, кто был на службе. Маги работать, во-первых, не умели, во-вторых, не хотели, и в-третьих, просто не знали, как целительствовать. Вот тут-то и пришло время создания академии целительства, под фактическим руководством совсем еще пацана, зато умеющего лечить, а это было важнее возраста. Но вот, с другой стороны, ему и самому нужно было еще учиться…

Напуганные маггловским оружием целители Мунго, внезапно обнаружившие, что защита работает только против магии, обнаружили в библиотеке книги, содержавшие чары, направленные на исцеление магглов. Это открытие сильно удивило магов, ведь оно говорило о том, что в древности маги и магглы жили вместе без особых проблем. Ну вот сейчас, когда магам не оставили выбора, пришлось учиться всем, формировать целительские бригады, чтобы спасать сначала детей, а потом и взрослых от часто страшных, а часто просто редких заболеваний. На фоне всего этого о Грейнджерах просто забыли, позволив подросткам жить своей жизнью, учиться в школе, в университете, ну а потом…

Первые уроки в новой школе Гермиону пугали бы, если бы не ее Гарри, девушка это очень хорошо понимала. Страха просто не было. Куда-то совершенно пропал страх плохой оценки, злости учителя, наказания за что-то. Рядом был этот юноша и… Ничего плохого случиться не могло. Просто не могло и все. Попытка обозвать ее заканчивалась там, где начиналась…

— Эй ты, заучка! — крикнул какой-то ученик, скорей всего знавший девушку в начальной школе.

— А в следующий раз я тебе вырву язык, — ласково сказал ему Василий, вывернув палец так, что тот от боли не мог даже пошевелиться. — Ты меня понял? Кивни, если понял.

— Я… я папе расскажу! — всхлипнул посрамленный юноша, напомнив этим Малфоя.

— Очень хорошо, расскажи, — улыбнулся старлей, документы у которого никто и не думал забирать. — Я с ним с удовольствием поговорю о воспитании его сына, оскорбляющего девочек.

Попытка наорать или наказать самого Василия заканчивалась там, где начиналась. Заведя совершенно не сопротивлявшегося уже учителя за угол, старлей давал прочитать закатанную в пластик карточку, где говорилось, что он сотрудник УСО. Этим юноша создавал серьезную проблему для преподавателя — ударить юношу теперь трактовалось, как «нападение на государственного служащего», а тот мог этого самого учителя и арестовать. Поэтому к молодым людям относились очень вежливо и корректно, ну и Вася, конечно, не наглел.

Как ни странно, но кроме нескольких лекций, по линии магов Васю особо не дергали. Выяснив, что его способности не уникальны, юношу оставили в покое, позволяя строить свою жизнь по собственному разумению. За что он военным был очень даже благодарен. Проходили месяцы и годы, все плохое забывалось…

— А теперь, подарки! — прошептала Гермиона, ждавшая шестнадцатого дня рождения своего Гарри даже больше, чем он сам. — Теперь же уже можно?

— Можно, любимая, — хорошо помня чары снятия неприятных от первого раза ощущений, Василий занялся возлюбленной.

Здесь не было место похоти. Только нежность и ласка. Вершиной их любви стало это единение. За прошедшее время и Гермиона, и Василий полностью осознали свои чувства, поэтому желание стать едиными еще и в этом смысле преследовало обоих последние полгода. С честью выдержав и это испытание, в момент своего единения, Гермиона почувствовала себя абсолютно счастливой. Эта ее жизнь совершенно не походила на кошмар прошедшей, Хогвартс стал историей, а Дамблдор сквибом, но девушку это совершенно не заботило.

У нее был Гарри. У него была она. Через несколько лет появились и дети, даря радость и родителям, и бабушке с дедушкой. Конечно же, бывший «пинцет» стал врачом. Конечно же, неразделимая с ним Гермиона, тоже. И ежедневно глядя в глаза маленьких пациентов, они улыбались. Потому что все точно будет хорошо. Ведь иначе и не может быть.

Nota bene

С вами был Цокольный этаж(через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Наградите автора лайком и донатом:

Пинцет

Владарг Дельсат

Царевна

Глава первая

Зовут меня Миленой, вот такое имечко получила я от дорогих покойных родителей, значит. Девушка я красивая, отбоя от мужиков нет, благо вокруг меня их всегда довольно много. Я особистка, в военной контрразведке работаю, а в свободное время фанфики пишу. Очень мне нравится это занятие — писать не рапорты, а фанфики, хотя работа, конечно, сказывается, в том числе и на фанфиках. Несмотря на счастливый конец, героям в них отнюдь не весело. Особенно мне нравится «попадать» в героев разных сослуживцев — от прапорщика из хозроты до великого и могучего «Грома». Это позывной командира разведчиков.

Иногда думается, что было бы, если бы и я попала, но, честно говоря, мне в своих героев попадать откровенно жалко. Себя жалко, а их чего жалеть? Их уже автор канонного произведения так обидела, что у меня вряд ли получится их сильнее, значит. Впрочем, сейчас вопрос не о фанфиках, а о работе, на которую я как раз собираюсь.

Работа у меня интересная… да кого я обманываю! Занудная у меня работа — бумажки перекладывать. Иногда в расследованиях участвовать, ну и все. Спасибо разведчикам, хоть иногда меня «в поле» вывозят, а то был бы совсем мрак. Так и захирела бы, как лютик от речи прапорщика из хозроты.

Тяжело вздохнув, надеваю бушлат и выхожу из своей комнаты офицерского общежития. Я живу одна, ни парня, ни мужа у меня нет, несмотря на красоту. Кому застит глаза красота, не принимают мой ум, а тех, кто смотрит не на попу, я пока не видела. Я сирота. Родители погибли, когда мне было три, ну и «безрадостное детство». Не потому, что плохо было, хотя бывало, конечно, но просто не хватало мне… Хотелось выплакаться, чтобы обняли и погладили. И доченькой чтобы назвали хотелось. Ладно, отставить саможаление, здоровая кобыла вымахала, недавно старлея вот дали за красивые глазки, потому что больше, по-моему, не за что.

Спускаюсь по лестнице, чтобы вывалиться затем в морозный воздух военного городка. Можно транспорт подождать, но не хочется. На улице каких-то минус десять, одета я тепло, чего б не прогуляться? Белый снег лежит повсюду воспоминанием о детстве. О, как же я завидовала тем, кого обнимали, возили на санках, да и ругали даже! Зима — это мое время. Время, ставшее символом всей жизни, — лед, холод, снег. В точности как и все, что меня окружает — лед отношений, холод в душе, снег несбывшихся надежд.