"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Flow Ascold - Страница 1298

— Валяйте, — махнул я рукой. Мальчишку нужно загрузить работой, чтобы не в голову всякие мысли дурные в голову не приходили. А то учудил: наловил крыс в трюме и решил порыбачить. Едва за борт не улетел, когда непонятное чудовище клюнуло и потащило на дно наживку. Подозреваю, речной сом решил полакомиться не только крысой, но и человеческим детенышем. Получил (не сом, а Тью) от меня подзатыльник и целый день драил кают-компанию, нашу и капитанскую каюту.

— А это… командор, — Клоп почесал затылок. — С нашего десятка кого оставишь за порядком следить?

— Тебя, — ответил я, и штурмовик расплылся в улыбке. — На берег завтра сойдёшь.

— А вот и славно! — Клоп тут же умчался искать Тью, и уже через четверть часа на шлюпке оба гребли вдоль застывших на фарватере кораблей.

— Думаешь, справится? — усмехнулся дон Ансело, кивнув в их сторону.

— В отряде каждый должен уметь заменить командира, — озвучил я свою идею, которую пытался вбить в головы штурмовиков. — Другое дело, что не каждый на это способен. Будем смотреть и думать.

Обратно они уже приплыли вместе с Ричем и Озавой. Девушка без помощи пластуна ловко забралась по штормтрапу на палубу. На её лице было написано недоумение вперемешку с опасением, что я ещё придумал. Стало смешно. Чародейка, владеющая магией, боялась обычного человека. Что ей стоит произнести пару заклинаний, не относящихся к «бытовым» и принести мне вред куда больший, чем от клинка или пули? Может, Озава и в самом деле перешла на мою сторону?

Я с улыбкой подал ей руку, когда она вцепилась в фальшборт, и помог встать на палубу.

— Благодарю вас, сеньор, — проговорила девушка, одергивая плащ.

— Как самочувствие после плавания? — я попытался разговорить чародейку, чтобы смягчить её страх. Чего-то же она боится, в самом деле! — Не укачивало?

— У меня есть способы от такой напасти, — усмехнулась Озава. — Пришлось парочку ваших бойцов вылечить.

— И кто же опозорился? — удивился я, глядя на перелезающего на палубу Рича. — Десятник, как допустил, что твои люди блюют от речной волны?

— Да это Гвоздь с Чернышом, крабьи выкидыши! — покраснел мой верный друг. — Не укачало их. Сожрали что-то или выпили, вот и стравило за борт.

— Пробовал найти, что пили?

— Пытался, весь трюм перевернул, но без толку. Даже Озаву пробовал привлечь…

— Я в поисках вещей не сильна, — тут же отреагировала девушка. — У меня даже образца не было, а блевотину, извините, побрезговала через магический ритуал прогнать.

— Ладно, потом разберемся, — отмахнулся я. То, что парни явно пили какое-то дерьмо, припасенное еще со Скайдры, меня не удивило. Штурмовики и в Пустоши Кракена умудрялись проносить в лагерь выпивку, но там они серьезно рисковали. Поймай их я пьяными — сдохли бы на полигоне. И это было бы самое легкое наказание. Мог и из отряда выгнать. — Эти двое из последнего набора?

— Да. Оба из одной деревни.

— Такие здоровые, лобастые? — вспомнил я, о ком идет речь.

— Ну да, они и есть. Способные ребята, но вот с дисциплиной у них проблема. Я бы их давно проучил, да боюсь шкуру попортить.

— Но ты их не поймал за руку?

— Говорю же, способные. На тренировках выкладываются полностью, нужно достать какую-то вещь — извернутся, но сделают.

— Оставь их на корабле, — решил я. — Отпустишь на сушу, проблем нацепят как свою шею.

— Так они и на «Разбойнике» найдут что выпить, — возразил Рич.

— Лучше пусть там. Я по каталажкам за ними бегать не намерен.

Нам понадобилось немного времени чтобы собраться к поездке в город. Помощник капитана дал нам двух матросов, которые должны были пригнать лодку обратно. Тью и Рич сели второй парой им в помощь, и мы быстро домчались до деревянного пирса, протянувшегося на несколько футов от берега в реку. Несколько лодок, привязанных к столбам, покачивались на воде, но их владельцев не было видно.

Матросы высадили нас и развернулись обратно. А мы пошли в город, минуя портовую слободу, насыщенную запахами нечистот, горячей смолы, дегтя. Посреди загромождений из пустых рассохшихся бочек и сломанных ящиков бегала детвора. Завидев нас, она бросилась под ноги с криками, выклянчивая монету. Рич развернулся и попытался поймать одного из мальчишек, но куда там. Прохвосты оказались куда шустрее, чем пластун. Еще и обидно обзываться стали, языки показывать.

Не обращая на них никакого внимания, мы миновали слободку и вышли на узкую замощенную улочку, тянувшуюся вдоль реки. Чтобы попасть на центральную площадь, использовали старую как мир тактику: расспросили местных жителей. Наличие в мужской компании девушки развязывало языки кумушкам, дотошливо объяснявшим нам, как побыстрее миновать лабиринты Осхора, оказавшегося изнутри не столь удобным для пешеходных прогулок. Старая часть города тяготела к порту; её двух-трёхэтажные дома стояли чуть ли не впритык друг к другу, мощёные улочки уводили то вправо, то влево, образуя какие-то невообразимые петли, по которым можно было кружить, так и не достигнув цели.

Благодаря кумушкам, мы затратили на дорогу меньше времени. И когда вышли из очередного нагромождения облупившихся от старости домов, увидели центральную площадь с ратушей и храмом, стоявшими чуть ли не рядом друг с другом. Такое соседство им нисколько не мешало. Если в городскую управу заходили в большей мере люди серьёзные, наделенные какими-то обязательствами, вроде купцов и выборных от гильдий горожан, то на ступенях храма сидели попрошайки и увечные, протягивая грязные ладони к каждому, кто собирался посетить аскетичное на вид здание из серого камня. Раз людям хватает денег на пожертвования храму и на покупку свечи, то пара грошей для убогих всегда найдётся.

— Командор, Озава хочет по лавкам походить, одежку да обувь прикупить, — тихо сказал Рич, когда Тью, дон Ансело и чародейка оторвались от нас на несколько шагов, увлеченно разглядывая открытые лавки с разными товарами. Кругом гомонили, зазывали купить именно то, чего нет у других продавцов.

— Иди, — я решил отпустить парня, пусть выгуляет свою девушку, а то на корабле уединиться не получается. — Сними комнату на ночь, не торопись возвращаться. До утра хватит времени?

— Командор, спасибо! — Рич обхватил своими ладонями мою руку и эмоционально потряс. — Завтра утром будем на «Разбойнике»!

Он торопливо догнал Озаву, что-то ей прошептал, после чего оба как-то незаметно исчезли в толпе.

— А куда они, командор? — Тью беспокойно крутил головой, выискивая Рича с чародейкой. — А мы почему не пошли с ними?

— У них свои дела, — обрезал я его. — Ты, давай-ка, будь ближе. Знаешь, сколько здесь ухарей? Зазеваешься, тут же ограбят. Или еще хуже — подрежут.

— Да ну, пусть попробуют, — хмуро произнес Тью, машинально схватившись за потёртый кожаный кошель, висевший на поясе. Там позвякивало всего несколько либров, и паренек хотел потратить их на хороший нож. Я ему объяснил, что очень хороший клинок стоит от пяти золотых крон, и с его монетами удастся заполучить дешёвую пырялку, второпях выкованную из одной железной полосы. «А отличный нож берется с боя у сильного врага», — пошутил я, видя расстроенное лицо Тью. Хотя, в этой шутке доля правды присутствовала.

Нам в Осхоре особо ничего не надо было, поэтому мы просто гуляли и глазели на представления уличных артистов, пили холодную воду, купленную у водоноса с бочонком на спине. Мало того, что посудина оказалась с магическим наложением, меня привлекла хитроумная система, позволявшая качать воду с помощью маленькой помпы, висевшей на груди, и медной трубки, идущей сбоку бочонка.

Заглянули на Оружейную улицу, где долго выбирали для Тью нож мечты. Однако дон Ансело или я безжалостно браковали всё, что предлагали продавцы. Обманутые в ожиданиях, они орали нам вслед, что мы ничего не понимаем в клинках.

— У тебя уже пистолет и палаш есть, — удивлялся Михель настойчивость парня. — Зачем нож? Им надо уметь пользоваться, как Рич, например.

— Но я же буду учиться, — возмущался Тью. — Мало ли, вдруг пригодится! Пистолет может дать осечку, палаш выбьют из руки, а нож — последняя надежда.