"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Заугольная Оксана - Страница 2053

Я кивнул с глубокомысленным видом. А чувака с порядковым номером решил про себя звать Микки, поскольку имя до конца не запомнил.

— Прошу, пройдёмте в наше бюро, — сказал он, — там гораздо удобнее. Побеседуем не спеша, обсудим нюансы…

— У нас пока не было таких планов, — сказал я. — Мы просто остановились напротив вашей двери.

— Вполне понимаю ваши сомнения! Деятельность нашей компании слишком неординарна, а наши предложения столь щедры, что закрадывается мысль о подвохе. Но смею вас уверить, подвоха нет! Наше кредо — открытость и полная прозрачность! А наша система вознаграждения гибка и вариативна. Для каждого клиента она рассчитывается индивидуально, чтобы сделка была максимально выгодной. Вы, к примеру, вправе претендовать на привилегированный уровень…

— Видите ли, уважаемый Миккентайо, — сказала Хильда со скучающе-вежливой интонацией, — мы, вне всяких сомнений, впечатлены вашим красноречием, но, увы, не относим себя к поклонникам обтекаемых рекламных формулировок.

Микки завис, осмысливая эту тираду, а затем с восторгом вскричал:

— Сударыня! Вы не только прекрасны, как волшебный цветок с весенних высокогорий, но и рассуждаете в восхитительно разумном ключе! Развеять ваш скепсис будет для меня честью! Я гарантирую вам подробности в предельно конкретной форме, строго по делу! Умоляю лишь об одном — позвольте пригласить вас в бюро для краткой, но максимально информативной беседы!

Она взглянула на него пристально, он затаил дыхание. Выдержав паузу, она чуть заметно пожала плечиками. Расценив это как согласие, осчастливленный Микки бросился через улицу, чтобы открыть нам дверь. Ещё одна извозчичья лошадь шарахнулась от него с испуганным ржаньем.

В офисе царила прохлада. Вентиляторов не имелось, но, очевидно, функционировал какой-то магический артефакт. Был массивный стол с чернильным прибором, шкаф с картотекой, сейф. Ещё один столик стоял в углу, на нём призывно поблёскивали графины и разнокалиберные бокалы.

Усадив нас на стулья, Микки налил нам холодного виноградного сока, устроился за столом и провозгласил:

— Итак, вы совершили путешествие через полконтинента. Рискну предположить, что в пути вы стали свидетелями многих интересных событий?

— Да, не без этого, — сказал я.

— И мысленно вы способны вернуться к этим моментам, вновь прокрутить их в памяти. А теперь давайте представим, что вы хотите поделиться воспоминаниями с кем-то ещё. Вы можете написать мемуары, зарисовать что-то из увиденного. Но такие записки или рисунки — только блёклая тень, корявый эрзац. Они не передадут всех фактов и сопутствующих эмоций, даже если у вас художественный талант. Не говоря уже о том, что воспоминания всегда субъективны.

— И что из этого следует? — спросил я.

— Воспоминание о чём-то конкретном — это нить в прошлое. Её можно сделать материальной и сохранить вне вашего разума. За это мы платим вознаграждение, очень щедрое. При наличии уникальных воспоминаний возможны бонусы. Я уверен, что это как раз ваш случай. Контракт оформим за несколько минут, деньги выплатим сразу по завершении процедуры…

— То есть вы заберёте часть нашей памяти? — осведомилась Хильда прохладно.

— Ни в коем разе, сударыня! — всполошился Микки. — Прошу прощения, если мои слова прозвучали подобным образом! Разумеется, ваши воспоминания сохранятся при вас. Но они станут доступны и для других людей, только и всего. Это будут избранные фрагменты, которые мы с вами согласуем при заключении договора.

Мы переглянулись с Хильдой. Теперь становилось ясно, по крайней мере, откуда берётся ядовитое эхо. Я уточнил:

— Материальный носитель для воспоминаний — это тот минерал, что залегает в здешних горах? Насколько мы в курсе, он вреден для людей.

— Природные залежи представляют опасность, вы совершенно правы, но негативный эффект вполне устраним при правильной обработке. Мы делаем всё возможное, чтобы минимизировать риск для наших клиентов…

— Знаете, уважаемый Миккентайо, — сказала Хильда с разочарованием в голосе, — мы и вправду надеялись, что вы будете откровенны. Но наши ожидания не оправдываются. Да, в Муравьиных Топях, откуда мы к вам приехали, не слишком интересуются жизнью в других краях. Даже нам, однако, известно, что работа с упомянутым минералом — задача слишком серьёзная для обычного коммерсанта.

Микки всплеснул руками:

— Ваш острый ум, сударыня, восхищает меня всё больше! И не буду лукавить — в нашей работе мы используем наработки организации, которая имеет влияние по обе стороны от хребта. Используем с её ведома, разумеется! В её распоряжении — все ресурсы, необходимые для того, чтобы обеспечить надлежащее качество. Поэтому вам не стоит беспокоиться о побочных эффектах, всё учтено заранее…

Пока он распинался, я мысленно чесал репу. Змеиный синклит завёл себе коммерческий филиал? Зарабатывает на своём ноу-хау? Скупает воспоминания, а потом перепродаёт их втридорога? Да ну, ерунда. Уж чего-чего, а денег у «змей» хватает. Синклит не стал бы размениваться на мелочи. Нет, тут явно что-то другое…

— Давайте всё-таки разберёмся, — сказал я вслух. — Вот мы, предположим, дадим вам доступ к некоторым моментам из нашей памяти. Вы их запишете на кристаллы. А дальше что? Другие клиенты купят их и будут просматривать?

— Не совсем, — сказал Микки с некоторой досадой, как мне почудилось. — Наш проект не ориентирован на сиюминутную прибыль. Он более масштабный и долгосрочный. Воспоминания на кристаллах идут в архив, где будут храниться несколько лет. Сделанные записи должны, образно говоря, настояться. Они — как изысканное вино, которое требует определённой выдержки.

— То есть вы только покупаете, но не продаёте? А финансирует всё это ваш таинственный спонсор. Простите мне мою несообразительность, но в чём смысл? У нас в Муравьиных Топях делают бизнес несколько по-иному.

— Охотно верю, — терпеливо ответил Микки. — Но повторюсь — работа ведётся на перспективу. Собранные активы будут востребованы, когда придёт время, и принесут нам выгоду. Да, это наш коммерческий риск, но мы, зная ситуацию, идём на него сознательно. Вам же вовсе нет нужды беспокоиться обо всём этом. Ведь, как я уже отметил, ваше вознаграждение вы получите сразу, в полном объёме.

Хильда сказала сухо:

— Мы хотим посмотреть на материальный носитель.

— Возможно, будет удобнее для начала оформить наш договор?

Она не ответила, продолжая смотреть прямо на него, и он стушевался:

— Впрочем, как пожелаете. Для столь прекрасной клиентки я с удовольствием сделаю исключение.

Он поднялся и открыл сейф. Когда замок щёлкнул, мы на секунду почувствовали флюидный сквозняк. Микки выложил на стол перед Хильдой синий кругляш в оправе из тусклого металла. По виду это напоминало упрощённую версию того артефакта, что мы забрали у Джино. Руны имелись тоже, но всего несколько, без хитросплетённых формул.

Хильда взяла кругляш и, нахмурившись, подержала его в руке. Глаза её были полузакрыты, она прислушивалась. Я не мешал, но был наготове, следя за ней. Это продолжалось секунд десять-пятнадцать.

— Благодарю вас, — сказала Хильда и встала, вернув кругляш на столешницу. — Мы обдумаем предложение.

— Но, сударыня…

— Информация нас заинтересовала, — добавил я. — Мы поиздержались в дороге, и дополнительный источник дохода был бы нелишним. Но нам действительно нужно всё обсудить. Если мы придём завтра утром, то застанем вас здесь?

— Да-да, безусловно, я буду ждать.

Мы вышли на улицу, и Хильда спросила:

— Зачем ты ему всё это наговорил? Неужели действительно разрешишь ему залезть к тебе в память?

— Хрен ему. Сказал чисто для подстраховки. Не думаю, что он постоянно в контакте со змееглазыми, но если вдруг настучит, то пусть лучше ждут нас здесь. Хотя они тоже, конечно, не идиоты…

Взяв Хильду за руку, я свернул в ближайший проулок. Не хотелось светиться на оживлённой улице, вблизи офиса, пусть даже я понимал, что конспирация получилась на уровне старшей группы детского сада.