"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Заугольная Оксана - Страница 1887

Глава 17

Прекрасная картина застыла за защитным стеклом. Подлинный оригинал пейзажа неизвестных миров, для создания которого художник буквально жертвовал свою кровь, разбавляя краски неизвестными оттенками. Метр на пятьдесят, такого размера творения обычно вешают в квартирах алетисов, а вот залы лариосов украшают чудовищных размеров гобелены длиной и высотой закрывающих стены. Однако не счесть правителей, желавших и желающих заполучить этот уникальных шедевр в свою коллекцию.

Но пока что произведение искусства хранится в музее, куда непрошенным гостям вход заказан. Раньше Ада не совсем понимала, насколько Хранитель силён и не видела той колоссальной власти в его руках, однако теперь пришло осознание. Может по этому голему так и не скажешь, но он вполне может одним словом изменить привычные очертания политической жизни Эдема, если захочет. Да и за артефактами к нему приходят как сотрудники Гильдии, так и культисты Этия. При чём приходят с просьбой, прося, а не требуя. В Орта Миос же защитные механизмы так и вовсе остановили бездну. Как знать, может где-то в тайных залах, и целая армия боевых машин находится на самый крайний случай. Хотя этого никто и никогда не узнает, ведь причиной для использования этой силы может являться лишь мировая угроза.

Со вздохом Поцелованная Огнём отвернулась и направилась прочь из зала. Сразу на выходе в коридор её ждала горгулья с тележкой, в которой перевозились свитки и древние рукописные фолианты. Вместе с помощницей девушка отправилась в свой рабочий кабинет, чтобы попытать удачу снова.

Лист за листом, метр пергамента за метром, слово, предложение, абзац и открывается очередной том. Почти всё записано без какой-либо магии, на первый взгляд простые тексты, но в то же время они уже спасли множество жизней. В них находятся бесконечные ответы на бесконечные вопросы, только вот чего-то необходимого новому читателю там снова не нашлось. Должно быть снова попались не те книги.

— Я распечатал ещё одно хранилище, прибудет новая тележка, но придётся подождать, — раздался скрипучий голос Хранителя, устроивший кабинет для своей ученицы прямо в общей библиотеке, где происходила сортировка знаний.

— Спасибо, — тихо ответила Ада, сворачивая ещё один свиток, на котором теперь светилась яркими чернилами комбинация пометок.

На протяжении всего пути голем всегда был рядом и помогал. Однако не исчезало из его взгляда сожаление. Да, книги, картины, пьесы и множество других произведений искусства хранят множество тайн и ответов. Для кого-то очередная композиция будет посредственной и скучной, другому же она откроет глаза и вдохнёт новое дыхание. Кроме того, все настоящие авторы как правило вкладывают всё, что они имеют в свои произведения начиная от накопленного за жизнь опыта и заканчивая выводами, сделанными на основе этого опыта. Некоторые, конечно, занимаются удовлетворением спроса, этакий фастфуд от мира искусства, который не даст ничего полезного, но поможет убить время, но их в счёт брать не стоит. В любом случае на прочтение книги уйдёт… часа два? Три? Не суть важно, ведь эти несколько часов меркнут в сравнении с временем, что придётся потратить на личную беседу с автором для получения такого же эффекта. А с многими ещё и поговорить просто не выйдет, ведь они уже ушли дальше.

Ада изучала всё, как рукописи малоизвестных писателей, так и либретто общепризнанных авторов реквиемов. Кто-то имел звание архимага, а кто-то будто случайно попал в библиотеку музея. Однако не было сомнений, что и там, и здесь хранятся те самые ключики от заветных дверей, что у каждого смертного всегда разные. Где-то наверняка скрыт и ключ к собственной двери, нужно только найти его, продолжать искать, среди бессчётного числа других ключей, которыми многие владеют и в тоже время прячут из-за неуверенности в себе, боясь что за сказанное полетят в лицо камни.

— Горгульи привезут телегу не сразу, — дополнительно и уже более настойчиво произнёс Хранитель, кладя руку на плечо замершей гостьи.

Пусть внутри голема и существовала лишь тень собственной личности, а с учётом прошедшего времени… это уже совершенно другой набор знаний, опыта, убеждений, условных реакций и рефлексов, полностью иная личность. Но всё ещё он был способен испытывать эмоции и сострадание, в частности жалость. Ведь своего ответа девушка в книгах и картинах не найдёт.

— Сходи в таверну, освежись, отдохни, немного развейся и расслабься, чтобы потом вернуться и с большей эффективностью продолжить трудиться, — посоветовал Хранитель, после чего протянул бумажку с адресом. — Сходи сюда.

Ада лишь кивнула, не желая спорить и не имея на это лишних морально-волевых сил. К тому же свежим воздухом подышать никогда не ошибка. И вот уже девушка идёт по солнечным улицам Анхабари, размышляя о том, что нужно ещё денег раздобыть. В принципе есть уже проверенный способ, а именно арены. От имени хозяина организовать пару боёв, после чего можно будет выкупить ещё несколько редких экземпляров из частных коллекций. Ну или хотя бы купить билет на частные выставки, хотя рабыню туда не пустят из-за статуса. Можно выкупить гражданство, но… радикально действовать Поцелованная Огнём не спешила, несмотря на свой нрав, пусть и слегка затухший. Лучше тысячу раз подумать и один раз сделать. Гражданство выкупить всегда получится, однако это закроет и путь в Эдем. Попасть в самое прекрасное место, судя по рассказам, в сам Рай… на это имеются шансы лишь в качестве этиамария. Свою империю девушка явно не создаст, как и лариосом вряд ли станет.

И опять же чувство долга никуда не уходит. Что если у Лансемалиона Бальмуара какие-то другие планы, а она покупкой гражданства всё испортит? Нельзя же такие решения в одиночку принимать, это как минимум некрасиво. Да и хозяин тоже всегда интересовался желаниями своих рабов, никогда не заставляя торговать телом после боёв, а предлагали за это сумасшедшие суммы, вырастающие после каждой победы и каждого титула. Не веди себя он так, то, конечно, можно было бы и не принимать во внимание его мнение. Однако аристократ вёл себя уважительно, тем самым заслуживая и уважение в свою сторону.

— Эй, смотри куда идёшь! — рявкнул отшатнувшийся от столкновения с девушкой гражданин.

— Извините, — тихо пробурчала Ада, продолжая идти вперёд.

Она даже и не заметила, что не смогла с кем-то разминуться в толпе. А это столкновение… мужчина весил килограмм семьдесят, как пушинка считай… даже для однорукого, но ещё сильного паресиса. Хотя сам свободный так не считал, гордо подняв голову он смирил рабыню презрительно осудительным взглядом и поправив свою одежду продолжил идти по своим делам.

Так много смертных, все куда-то спешат, такие разные и одинаковые лица. Поцелованная Огнём скользящим взглядом смотрела на них, теряясь в догадках: о чём они думают? Что их тревожит? Какие у них причины переживания? Работа, семья, встреча с друзьями, снова всё идёт по кругу. Молодые бегают по развлекательным заведениям, живя лишь сегодняшним днём и в принципе о чём-то не задумываются. Но их родители недалеко ушли, просто рутина сменила ветер в голове, на месте мятежности появилось смирение и новые вопросы. Как бы заработать денег, ещё больше денег, чтобы хватило на аренду, на еду, может быть на отдых, а ещё что-то нужно отложить. Всегда нужно откладывать, монетку за монетку, экономя на этом и на том, ведь неизвестно когда-то муж лишится работы, а кто-то из родственников умрёт, добавляя тем самым к расходам ещё и аренду усыпальницы. Хорошо поживём потом… когда-нибудь, ну или хотя бы получится шанс своим потомкам добраться до достойной жизни. Ведь получится?

А задумывается ли кто-то из них о чём-то… более великом? О своём предназначении? О смысле жизни как таковом? Волнуют ли их попрания древних учений, падающих ниц вместе с развитием технологий? Как диктат Совета влияет на ойкумену Совета и какой эффект оказывает противостояние так называемых Богов с Четырьмя? Кто их них прав? А существует ли для них, этих простых смертных, мораль или уже суровые реалии насквозь пропитали их цинизмом и холодным расчётом, которым начинают кормить новые поколения одновременно с материнским молоком? Скорее всего правильным будет второй вариант, ведь как уже говорил Лансемалион Бальмуар, стремление к высокому невозможно без удовлетворения первичных потребностей.