"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Заугольная Оксана - Страница 1849

Население Ландоса же и вовсе спокойно переваливает за десять миллионов. И это ещё нужно учитывать, что погрешность при подсчёте рабов просто колоссальная. А с учётом того, что рабы и составляют большую часть населения, можно вполне утверждать, что реальные цифры вообще в районе пятнадцати миллионов.

В свою очередь огромное население рождает огромную плотность и существенно влияет на архитектуру. Нет, прямо уж муравейником город не стал, по крайне мере для граждан, но если смотреть издалека, то порой можно перепутать очередную административную единицу с самой настоящей горой. Зачастую простой люд так и называет кварталы — горами, которые постоянно между собой воюют, пусть и на далёких территориях. И поэтому никогда не летят снаряды инженерных машин в высокие башни и стены, что буквально стремятся к облакам, прямо как самые настоящие горы, однако располагаются они не монолитным хребтом, а порционно, а между ними уже размещаются здания и кварталы поменьше. Всё ради того, чтобы население не жило в вечной тени. С этим в Ландосе очень строго.

Хотя, конечно, остаются участки, где царит вечный мрак, там обычно селят рабов, которые вечно вкалывают на опасных предприятиях и умирают порой даже десятками тысяч в сутки. Их сразу же заменяют, но вот как раз из-за этого оборота трудно подсчитать точное число жителей. Порой, на крупных фабриках, так и вовсе округляют количество рабов до тысяч. А уж сколько схем существует с мёртвыми душами… Но вообще, именно граждане живут более чем хорошо и на тесноту не жалуются. Их дома располагаются на поверхности искусственных гор, а внутри уже находится промышленные объекты, куда нужно ходить лишь на время работы. Сами граждане внутри не селятся, там, во-первых, и тесновато, а во-вторых, это запрещено законом. Любой, кто продаст гражданину жильё без окна, считается нарушителем закона. Поэтому вокруг гор находятся уже «равнины» без высоких шпилей с преимущественно малоэтажными зданиями. Исключение опять же рабы.

В результате величием архитектуры нельзя не восхитится, как и уровнем инфраструктуры, что обслуживает такое количество смертных. Архитекторы здесь настолько гениальны, что порой даже соревнуются с мастерами аж самого Эдема! Красив и великолепен Ландос, окаймлённый кровавым венцом междоусобных войн. И всё это величие рождается технологиями и прогрессом, который вперёд толкается учёными, которые находят всё новые способы удешевить производство лекарств и сделать прочее блага ещё доступнее даже для кателия.

И по юрким улочках города людей шёл белоснежный зверолюд. Синрив спустился из графских апартаментов, которые были куда скромнее особняка вдали за городом, но зато находились почти в центре, собственно, самого Ландоса. Дорогие рестораны на вершинах шпилей, салоны красоты с солнечной стороны горы из зданий, бордели-башни, совсем рядом роскошный замок-дворец, где проживает принёсший клятву перед самим королём лариос, хранящий покой и разрешающий все конфликты своей твёрдой волей в столь неспокойное время. Всё что нужно буквально под боком, но вот для посещения крупного рабского рынка нужно спустится к подножью города, где густота построек существенно уменьшается и находится место живописным паркам, между которыми может расположится тихий спальный район или небольшая промышленная зона, требующая прямого контакта со светом.

Знаете, на самом деле Ландосом очень многие восхищаются и даже завидуют ему. Особенно зелёным зонам в этих спальных районах. Так красиво, даже дышать легче, дети буквально играются с местными зверюшками: кроликами и белочками. Прямо утопия. А съезди в Сарос, в Гра’Мотар или Карос? Гадюшник тот ещё и вечно все возмущаются, что-то там рассказывают про менталитет и прочую чушь. А на деле секрет прост. Каждый гражданин обязан посадить дерево на своём участке или в общем парке, если речь о многоквартирных домах. Не хочешь? До пять лет, либо внушительный штраф. При чём по дереву на одну голову, так что если семья большая, то и лесок можно посадить прямо напротив дома. Вот и весь секрет.

Потому что смертные — животные, а каким будет их окружения будет их окружение зависит от правил этого скотного двора. Убери этот закон, думаете долго проживут зелёные парки с белыми кроликами? Нет, даже поколение смениться не успеет и всё засрётся. Потому что сами смертные просто не могут победить самих себя без помощи извне. И это на самом деле нормально, естественно, а проблема как можно наблюдать на примере Ландоса решаема. Ведь животное способно обучаться и даже эволюционировать, нужно только подтолкнуть на правильный путь, желательно с ноги. Так почему же такая практика не используется повсеместно? Можете задать вопрос своему королю, а он над вами посмеётся и поучительно заявит:

— Потому что это не приносит прибыль ни мне, ни моему окружению!

Хотя если король похитрее, то выдаст что-то вроде: «Ну, у нас же свобода и бла-бла-бла, нельзя запрещать же народу жить по уши в дерьме».

Вскоре показался рынок рабов, где останавливались длинные караваны, буквально выкидывающие рабов в ямы для временного хранения: да, такой вот контраст с парками, но не нужно забывать, что Ландос это часть Эдема, как и то что наличие плюсов не означает отсутствие минусов. Затем уже в этих ямах на некоторых из рабов указывал рабовладелец и живую вещь ждала мощная струя смердящей воды, после чего товар выставляли на все общее обозрение или пользование, куда смертные невольники попадали, пройдя через сеть траншей и ограждений. Сбежать отсюда невозможно, а если вдруг даже все рабы начнут как безумные монстры без страха смерти лезть наружу, то вопрос решается одним отрядом стражи, которые легко копьями перетыкают всех и каждого, не дав выбраться из ям и траншей.

Но Синрива интересовала другая зона, где уже вовсю отдавал команды знакомый алетис, сделавший целое состояние на своём бизнесе. Умело выбирая взглядом самородки, он сталкивал их лицом к лицу свои вещи, после чего в кровавой потасовке раскрывался потенциал будущего этиамария и росла его цена.

— Кто-то ещё желает проверить качество этого раба⁈ — во всеуслышанье спросил рабовладелец.

И один из желающих действительно нашёлся, заплатив несколько серебряных двухзначного номинала он выпустил в яму к человеку настоящего дикого зеленокожего орка. Да, за представление здесь платили сами зрители, впрочем, такой подход устраивал почти всех этириданосов, которые могли тут же проверить приглянувшийся товар за порой и пару серебряных или и вовсе пару медяков, ведь можно тыкнуть пальцем в больного и немощного раба с одним глазом. Далее, эта сумма за проверку вычитается из стоимости раба, если, конечно, раб выживет, и потенциальный покупатель не изменит своего мнения. Да, противник за пару медяков будет очевидно такой себе и явно калека, но в сражении за собственную жизнь он позволит показать потенциальному этиамарию на что тот способен, кроме того, слабак не покалечит товар.

И по всей видимости один из этиридинасов планировал купить себе дикого орка, раз выставил того против человека, на которого в свою очередь положил глаз другой этириданос. И по всей видимости кому-то стоило быть более решительным и сразу выкупать товар, ведь победить дикого орка для человека без оружия считается невозможным.

Рычащая зелёная тварь тут же кинулась на свою добычу. Технически дикие зелёнокожие орки считаются разумными, однако их интеллекта не хватает даже на вменяемый словарный запас в рамках своего языка. Хотя нужно понимать, что внутри вида зеленокожих существуют различные расы, а это лишь один из представителей. Смертельно опасный представитель, ведь несмотря на свои огромные габариты, эта машина смерти остаётся крайне ловкой и её развитые передние конечности позволяют передвигаться по лианам и деревьям в естественной среде обитания куда быстрее лёгкой конницы людей.

Резкий рывок показывает тварь и размашистый удар руки волной несётся к её добыче. Даже если орк не попадает кулаком, то всё равно силы хватит, чтобы сломать череп, руку или позвоночник: ведь эта особь больше гориллы. Но и человек оказался не так прост, явно бывший воин легко предсказал удар и ушёл вниз под гигантской конечностью, после чего ударил прямо в шею своим, тоже отнюдь немаленьким кулаком.