Иоанна Хмелевская (Избранное) - Хмелевская Иоанна - Страница 1630

Маленькую «Тойоту» я сменила на большую, со всеми примочками. Почти сразу же стала на ней объезжать близлежащие казино. Хочу сразу отметить, что всех моих почитателей ужасно интересует, кто он, мой хахаль, а второй строкой — мой игорный азарт и мое отношение к нему. К вашим услугам.

Меня уговорили написать роман об азарте, и я, как человек порядочный, поехала проверять, как оно в жизни бывает, ясное дело, главным образом во Франции. Для начала я выбрала Ла-Боль,[23] потому что Довиль[24] и Трувиль[25] я уже знала, и поехала на юг. В Ла-Боль я провела много времени, место там оказалось прелестное, казино — тоже. В Биарриц[26] я отправилась на такси, понимая, что возвращаться мне придется ночью.

Кстати, поясню, я ненавижу ездить ночью. На всю жизнь по необходимости накаталась по ночам, в дождь и в снежные бураны и сыта этим развлечением до конца жизни. Сейчас я езжу исключительно для удовольствия.

Знаменитый Биарриц глубоко меня разочаровал: я-то воображала себе дам в вечерних туалетах, бриллиантах и жемчугах, а тут — ничего подобного. Обычная толпа туристов, в которой, как мне показалось, я была одета лучше всех. Я даже обрадовалась, что у меня нет ни бриллиантового колье, ни палантина из чернобурки, если бы, не дай бог, я их надела, сгорела бы со стыда…

Потом на очереди была Ницца. От гостиницы до казино было близко, и я могла бегать туда-обратно пешком. Разумеется, уже в первый же день я поехала в Ментону[27] и немедленно поняла, как погибла Грейс Келли, принцесса Монако.

Дорога дивной красоты, но любая ошибка действительно может стоить жизни, если только немножко прибавить скорость. Я не знала эту трассу и не собиралась повторить ошибку принцессы. Не зная, что увижу перед собой через секунду, я плелась, как хворая корова, при оказии с восторгом рассматривая пейзаж. Затылком я чувствовала полные ненависти взгляды водителей, которых я держала в пробке, у меня аж спина горела от их мысленных пожеланий. Поэтому время от времени я съезжала на обочину, пропуская вереницу взбешенных водителей, а потом измывалась над следующими.

Монте-Карло меня сильно разочаровал. Приключения вне казино в этой столице порока я довольно подробно описала в романе «Азарт», поэтому тут себя цитировать не стану.

Добралась я и до казино. Внизу, в холле перед залом игровых автоматов, сидели две японские экскурсии, а в зале бурлила толпа, не хуже, чем в Тиволи. Я немножко поиграла без особого энтузиазма, после чего отправилась наверх, в знаменитые салоны.

Я, конечно, прекрасно понимаю, что надлежащая атмосфера, если она и появляется, то только поздно вечером, даже глубокой ночью, я же оказалась там в разгар дня. Игра шла только за двумя столами, и это было совершенно бессмысленно, потому как к этим столам невозможно было протиснуться. Почему нельзя было посадить крупье еще и за третий стол?

Услужливых официантов с напитками днем с огнем не сыскать, жетоны каждый сам себе бегал менять, никто с посетителями не цацкался. Было скучно и даже как-то мрачно.

В результате я проиграла символический подарок казино — пять франков, поставленных руками крупье, а остальное время провела за бокалом белого вина в баре. Вот бар у них как раз работал как надо.

Разочарованная и недовольная, я покинула роскошный дворец порока и без труда обнаружила филиал, который открыли всего за пару лет до этого. Огромный павильон занимал минимум гектар площади, и в нем царили автоматы. Невзирая на толчею, свободные места были, даже с возможностью выбора, электроника властвовала повсюду, инструкции на французском я поняла, и мне наконец-то удалось немножко проиграть.

Путешествия по казино я отработала без особой прибыли, но и без страшных убытков. Наверное, повлияла благородная цель поездки — я же собирала материал для книги.

Затем я поехала в Штутгарт и свалилась на голову Гражине, своей давней читательнице и подруге. На следующий день ее невероятно благородный муж предложил отвезти нас в Баден-Баден. Коль скоро я изучаю казино, то вот, пожалуйста! Без Баден-Бадена мое путешествие просто не имеет смысла. Только там я почувствовала истинный аромат «fin de siècle», то есть обстановку конца девятнадцатого века.

Это было настоящее, классическое казино! Во-первых, автоматов, этого праздника для люмпенов, они вообще не держали. Во-вторых, в игорных салонах была невероятная атмосфера, присущая только этому месту. В-третьих, проверка посетителей оказалась такой строгой, что мышь не проскочит. Гражина пошла на уступки, сменила брюки на юбку.

Это ей не помогло, потому что она забыла захватить удостоверение личности, а без него не пропускают. И я и ее муж клялись всем святым, что Гражина — его жена. Бесполезно…

У мужа Гражины было водительское удостоверение, вот он может войти, милости просим, — разрешили охранники. Муж из солидарности отказался. Пришлось мне войти одной. Мы договорились, что они заберут меня через полчаса. Естественно, я выиграла, раз мне нужно было уходить, а меня ждали. Такая уж у меня планида: если могу сидеть в казино сколько угодно, я в основном проигрываю: но если мне обязательно нужно уйти в определенное время — это обязательно происходит в момент потрясающего везения. Мне не хватает времени проиграть выигрыш, и я оказываюсь в плюсе, но не насытившись игрой.

В венском казино мне наконец-то встретились элегантно одетые женщины. На них еще не было шиншилл, ослепительных туалетов и россыпи бриллиантов, но что-то похожее: какие-то вечерние платья, дизайнерские украшения, прически, туфельки… Я очень обрадовалась и решила в следующий раз пойду в казино в черных кружевах.

Из Вены я возвращалась домой, почти по прямой, через Чешин.[28]

Вся поездка проходила не только в потоках дождя, но и среди земляных работ. То, что дороги были разрыты в бывшей ГДР, меня не удивило, это счастье уже было мне хорошо знакомо. Но если бы только ГДР.

Перерытой оказалась и Франция, капитальные шанцевые работы велись в Австрии, та же судьба постигла Чехию, а затем и Польшу. Я явственно чувствовала, что еще минута — и при виде очередной груды наваленной земли я забьюсь в истерике!

Свое младшее дитятко я увидела, кажется, лет через шесть, в крайне сложных обстоятельствах.

Не успев отдохнуть от путешествий по казино, в самом начале августа я снова ринулась в Европу.

Это путешествие отличалось от предыдущих тем, что я договорилась с сыном, живущим в Канаде, что он с семьей тоже приедет в середине августа в Париж. Пятнадцатилетняя Моника уже год была обладательницей черного пояса по карате и золотой медали, полученной на отборочных соревнованиях в Оттаве, а также получила третье место в каких-то не то всеамериканских, не то всеканадских соревнованиях. Я очень хотела увидеть свою младшую внучку, не говоря о сыне и невестке. У матерей иногда бывают такие прихоти. Первый раз за долгие годы я ехала не одна: со мной напросилась Марта Венгель, моя подруга Мартуся с краковского телевидения.

Я решила начать свой вояж с Дании, по пути навестив Алицию. Марта со времен съемок фильма обо мне безгранично полюбила Алицию, можно сказать, помешалась на ее почве, пробудив в Алиции ответную симпатию. Алиция с большой радостью ее пригласила. Я взяла с собой Мартусю без малейшего неудовольствия.

Повторюсь, я люблю ездить одна. Любая компания вызывает кучу неожиданных проблем: один хочет сюда, другой туда, один проголодался, а другой — совсем наоборот, одному в машине холодно, другому дует, третьему душно. Не поездка, а каторга. Мартуся оказалась не только беспроблемной, но и чрезвычайно полезной. Она восхищалась всем вокруг, и я могла делать всё, что мне нравится. На заправках она сама заливала бензин, что я делать не выношу, дорожную карту и указатели читать умела, за направлением следила, и я с ней ни разу не заблудилась. Только в Дании…