Иоанна Хмелевская (Избранное) - Хмелевская Иоанна - Страница 1472

18 октября

…В Варшаве большие замешательства, с немцами покончили и свободу провозгласили. И теперь, встретив жандарма немецкого, можно свободно его хоть колом забить. Сама я с колом не пойду, но и жандармов немецких что-то уже не видать.

Что ж, вот и войне конец, а Блендово выжило, главным образом благодаря мудрому руководству панны Доминики. Мадеиха совсем постарела, и беспутная в ранней молодости Флорка успешно ее заменила. Приезжала кузина Матильда и в беседе со своей экономкой выразила– глубокое удовлетворение тем обстоятельством, что в Пляцувке портреты предков оказались в запустении, совсем потемнели и по этой причине не привлекли внимания немецких оккупантов, которые грабили все подряд. Оторвавшись на миг от записок экономки, Юстина бросила взгляд на эти портреты, висевшие перед ней на стене и еще больше почерневшие.

После смерти Людвика Гортензия отдала портреты ей, поскольку должны переходить в роду по женской линии. Тяжело вздохнув, Юстина возобновила чтение.

28 октября

Какая неожиданность! Ко мне с визитом явился молодой пан Пукельник. Похвастался, что женился и уже сынок годовалый растет. Сославшись на мое знакомство с его отцом, попросился погостить. Не знаю, что на сей счет думает хозяйка, я же отказать не могла. Новости политические привез, проходят какие-то важные международные конференции. Германия совсем разгромлена, императора немецкого сняли, а Польшу все признали, и теперь мы будем республикой, хотя вроде о королевстве мечтали. Царя же российского ужасным образом убили со всем семейством, Россия в страну большевиков превратилась. Не знаю, что это означает, однако бежит оттуда всякий, кто может. Ох, не для моего разума вся эта большая политика, я уж предпочитаю своими трудностями заниматься.

Молодой пан Пукельник зарабатывает продажей старинных вещей. Теперь, после войны, говорит, очень многое пропало да пострадало, взять хотя бы книжки, ведь легко горят, а пожары в любом доме случаются, он же по благородству своему готов спасти, что еще возможно. Библиотеку нашу осматривал и очень меня хвалил, что в отличном состоянии ее содержу, ничего за эти годы не пропало. И пожелал что-нибудь купить, коли в цене сойдемся, его престарелый отец тоже старинными вещами интересуется…

В этом месте у Юстины мурашки по спине побежали от волнения.

…На то я ему отвечала, что без согласия владелицы поместья даже шпильки не продам, права такого не имею. Очень удивившись, пан Пукельник спросил, как это возможно, ведь всю жизнь тут хозяйством ведаю и о поместье, как о собственном, забочусь, так наверняка и права имею. Молод он еще, чтобы я ему душу изливала, потому и разговор на эту тему прекратила. Потом с Польдиком их вдвоем за столом оставила, чтобы побеседовали, а мне недосуг. Меду им первостатейного не пожалела.

Наутро Польдик мне рассказал, что после той беседы сам пана Пукельника на спине отнес в постель, я же его Только на следующий день к полудню ближе увидела. Собирался назавтра чуть свет наш дом покинуть, а уехал ли, и не знаю. Никто потом его в глаза не видел, но коль скоро его двуколка с конем исчезли, надо думать, уехал.

22 октября

Всегда говорила, что сплетни да пересуды – глупости, и веры им нет. Теперь вот слухи пошли, вроде в поместье нашем привидение появилось и людей пугает. Никогда никаких привидений не было, так теперь с чего? А все Андзя глупая слухи распускает, вроде стоны загробные да вой жуткий слыхала, в кабинете пыль вытирая, а ведь днем вытирала, какое же привидение средь бела дня? Ночью – это понять бы можно. Глупости одни.

Эти глупости повторялись, по деревне начали судачить, что в барском доме, в кабинете, томится чья-то душа неприкаянная и стенает по ночам. Это так разгневало управительницу, что она решила лично все проверить и провела ночь в кабинете. Не одна, для храбрости прихватила Польдика. Тот сразу же вытянулся в кресле и безмятежно проспал всю ночь, экономка же ничего подозрительного не слышала. Нельзя сказать, что царила мертвая тишина, нет, всевозможные звуки ее нарушали, но звуки обычные: мощный храп Польдика, отдаленный собачий лай, однако никаких стенаний, лязга цепей и прочих потусторонних проявлений. Впрочем, вскоре и другие перестали слышать привидение и слухи о нем прекратились сами собой.

Правда, какое-то время поговаривали о чей-то лошади, прибившейся с двуколкой к дому какого-то мужика. Панна Доминика даже подумала – может, пан Пукельник продал свою двуколку вместе с лошадью или их украли, но раздумывать над этим ей было недосуг, своих дел хватало.

16 ноября

Кузина Матильда прислала гневное письмо, я даже расстроилась. Ей донесли, что принимала я в доме пана Пукельника, и она в очень резких выражениях потребовала, чтобы больше никогда ни одного Пукельника в дом не пускать. Откуда такая ненависть? Ведь оба Пукельники, отец и сын, господа весьма вежливые и хорошо воспитанные, за что же им оказать такую грубость? Напишу ей, попрошу разъяснений, не ехать же в Глухов только ради этого.

И еще кузина Матильда велела мебелью заняться, она и впрямь в негодность пришла.

16 февраля 1919 года

Мужики нашли человека, замерзшего в сугробе, а поскольку неподалеку от нас, ко мне в дом его занесли. Не до смерти замерз, хотя и немного оставалось, но ожил в тепле. И выясняется – судьба его послала. Был он старшим подмастерьем у известного всей Варшаве столяра-краснодеревщика, взяли его москали в армию, выжил только господним промыслом, из России с ее ужасами и революцией как-то вырвался и до Варшавы добрался. Мастера своего уже не нашел, тот от немцев сбежал куда-то на восток. Ничего за душой не имея, этот подмастерье, Ян Ясинский его зовут, попытался добраться к своим дальним родичам в Раву Мазовецкую и у них как-то перезимовать, да вот заблудился и в снегу чуть не замерз, а родичи в Раве еще неизвестно, живы ли.

Я в том усмотрела перст судьбы и, сразу о мебели подумав, велела этому Яну Ясинскому пока в поместье остаться. Мебель наша и в самом деле находится в плачевном состоянии. И москали ее попортили, а хуже того немцы. Те в доме бесчинствовали так, что я и писать о том не осмелилась, оргии пьяные устраивали, до сих пор вспомнить без дрожи не могу, как сиротку Владзю, шестнадцати лет, из деревни в дом наш взятую… ох, и сейчас рука не поднимается описать, как же страшно над сиротою надругались! Счастье еще, что прежде пьяною ее напоили до беспамятства, а то ведь болезная и ума бы лишилась. С неделю не вставала, потом кое-как ее выходили. А я ту немецкую солдатню еще кормить-поить была принуждена, так больше капустой кормила и на горилку домашнего изготовления не скупилась, чтобы больше спали да меньше бесчинствовали.

А размороженный подмастерье пусть остается, погляжу, на что способен.

20 февраля

Кто бы такое мог ожидать? Кузина Матильда специально приехала в Блендово, чтобы лично, не на письме, сообщить причину своей неприязни к Пукельникам. Оказывается, пан Пукельник-старший в молодости страшное преступление совершил, пани Зенобия Ростоцкая, сердечная приятельница кузины, чуть было тоже его жертвою не сделалась, а ее первого мужа, пана Фулярского, со всею очевидностью старший Пукельник собственной рукой лишил жизни. И только благодаря заступничеству моих хозяев делу не был дан ход и убийца в Сибирь не отправлен, а то и на виселицу. Просто в голове не укладывается!

18 марта

Уж как и выдержала – не ведаю, самой чуть плохо не стало, когда пана Пукельника-старшего в дом впустить отказалась! Поначалу пан Пукельник проявил прежнюю вежливость и воспитанность, и не подумаешь, что душегуб. Однако же после письма и рассказа кузины Матильды могла ли я по-иному поступить? На крыльцо вышла и напрямик заявила – имею приказ от хозяйки в дом его не впускать. Весьма тем удивленный, пан Пукельник-старший ответил, что в дом этот не рвется, лишь о сыне спросить желает, поскольку тот несколько месяцев назад в наши края по делам уехал и до сих пор не возвратился. Так хотел бы знать, появлялся его сын в Блендове или нет? Я правдиво ответила, что был, принимала его, но как уезжал – не видела, меня при том не было. Пан Пукельник-старший принялся всякие вопросы ставить, на кои я отвечать не намерена была, поскольку хозяйка здесь кузина Матильда, а мне заказано с Пукельниками знакомство поддерживать. Может, если пожелает, с Польдиком пообщаться, тот с его сыном больше дела имел.