Иоанна Хмелевская (Избранное) - Хмелевская Иоанна - Страница 1320

– Ну, чего вылез? – злился лис. – Хочешь, чтобы тебя заметили? Ведь не оберешься потом хлопот.

Пафнутий послушно спрятался.

– Правильно, делают так, как ты рассказывал, – говорил он, сопя и отплевываясь. – Вонь ужасная, хотя ветер дует не с их стороны. Как они выдерживают такое?

– Мог бы уже привыкнуть к странностям людей! – процедил лис. – У них все не так, как у нас. Ты, к примеру, мог бы ездить в брюхе такого чудовища?

Пафнутия даже передернуло при одной мысли о таком кошмаре. Вопрос не нуждался в ответе.

– То-то и оно, – закончил Ремигий. – Я бы сразу спятил.

Молча кивнув, Пафнутий продолжал наблюдать за действиями людей. Все происходило так, как рассказывал Ремигий. Размазав пену по всей машине, люди принялись поливать ее из ведерок, и мутные зловонные потоки устремились по траве в озеро. Часть пены оседала на берегу, часть же подхватывалась речным течением и устремлялась в лес. Смотрел на это Пафнутий, смотрел, и постепенно им овладел ужас.

– Неужели они такое вытворяют каждый день? – дрожащим голосом поинтересовался он.

– Точно не скажу, но думаю – каждый день, – отозвался тоже помрачневший лис. – Во всяком случае в те дни, когда стоит хорошая погода и светит солнышко, вот как сегодня. Во время дождя я вроде бы не видел на лугу никаких машин.

Пафнутий чувствовал, что начинает понимать Марианну. Теперь он был встревожен не менее ее.

– Послушай, Ремигий, – сказал он. – Не мог бы ты немного здесь подежурить, понаблюдать? Мне непременно надо вернуться к Марианне, а хотелось бы убедиться в том, что зловонная струя происходит именно от мытья машин. Хорошо бы и завтра посидеть, и послезавтра… Ладно? А я постараюсь вернуться сюда поскорее.

– Что ж, – согласился Ремигий, – местечко здесь подходящее. Могу и понаблюдать, только не знаю, какая нам от этого польза.

– Там решим, – поднялся Пафнутий. – А пока я пошел, надо поскорее сообщить обо всем Марианне. Спасибо тебе, Ремигий!

И Пафнутий поспешил к Марианне, по дороге все время думая о новой опасности, нависшей над лесом.

Марианна прекрасно разбиралась в речных проблемах, поэтому сразу же поняла суть сообщения Пафнутия.

– Понятно! – сказала она сердито, выслушав рассказ своего друга. – Всю эту вонючую грязь люди сливают в озеро ближе к вечеру. Она попадает в речные воды и плывет вниз по течению. Кое-что застревает по дороге, а остальное попадает в мое озеро как раз по утрам. Хорошо хоть, что по ночам не безобразничают, иначе речная живность давно бы погибла. Сегодня гадости приплыло меньше, чем вчера, но это не успокаивает. Если люди и дальше будут так поступать, реке не выдержать. Интересно, как относятся к этому бобры? Думаю, до них тоже доплыли вонючие струи.

– Не мешало бы спросить их, – заметил Пафнутий.

– Не мешало бы, – согласилась Марианна. – Вот и отправишься к ним завтра же чуть свет.

– А у меня другое предложение, – послышался чей-то голос.

Оглянувшись, Марианна и Пафнутий увидели барсука, сидящего под кустом.

– У меня другое предложение, – повторил старый барсук. – Уже несколько дней слушаю я ваши бестолковые разговоры о том, что с рекой неладно, и вот терпение мое кончилось. Сколько можно болтать попусту и только ныть да злиться? Нужно браться за дело.

– За какое же дело? – обиделась Марианна. – Ведь мы как раз не знаем, что делать.

– Удивляюсь вам! – укоризненно произнес барсук. – Если вы установили, отчего портится вода в реке, значит надо немедленно связаться со специалистом по людям. Пафнутий, твой приятель Чак…

– Ну, конечно же! – обрадовано вскричал Пафнутий. – Как же я сразу о нем не подумал?

Марианна тут же перестала обижаться на мудрого барсука.

– Спасибо, что напомнил! – оживленно заговорила выдра. – Тоже удивляюсь себе, как сама не сообразила, да видно, очень уж расстроилась. Ведь такая беда, как грязная струя в реке, приключилась с нами впервые. А как ты думаешь, с кем сначала стоит пообщаться – с бобрами или с Чаком?

– А сразу со всеми, – сказал барсук. – Ты, скажем, сама можешь отправиться к бобрам по реке, полагаю, для тебя и пообщаться с ними не составит труда. А вот Пафнутия заменить в беседе с Чаком вряд ли кто сможет. Так что к Чаку отправится он.

Марианна в ответ лишь тяжело вздохнула.

– И об этом я сама могла бы догадаться, – печально молвила она. – Как думаешь, может, вонючая вода отрицательно сказывается на моих умственных способностях? Впрочем, о каких способностях тут можно говорить, когда день и ночь только и нервничаю, и тревожусь, и переживаю, и…

– Ну, хватит! – решительно перебил выдру барсук. – Мы с Пафнутием прекрасно понимаем твое состояние, а сейчас кончай переживать и берись за дело. Не откладывая! Хорошо, что я оказался рядом, а то неизвестно сколько бы еще лишь переживали и огорчались! – язвительно закончил он.

Но Марианна и Пафнутий не обиделись на его слова, а, кивнув ему и друг другу, немедленно отправились в путь, каждый в свою сторону.

Марианна мчалась в воде со скоростью торпеды и еще до наступления темноты успела обсудить с бобрами неприятную новость. Бобры очень встревожились. Правда, до них отравленная струя воды еще не добиралась, но они пришли в ужас при одной мысли о том, что могла бы добраться.

Главный бобр озабоченно заметил:

– Если такое случится, нам придется немедленно покинуть эту реку. И все наши постройки. А здесь такое чудесное место! К тому же понятия не имею, куда переселяться.

– Пафнутий сказал, что наша речка все время течет по лесу за исключением того самого озерка, на лугу, – задумчиво произнесла Марианна. – Вонючая гадость плывет лишь по течению, так что в той части речки, которая впадает в озерцо, вода должна быть чистой.

Бобр с сомнением покачал головой.

– Те места нам не известны, но до нас доходили слухи – для бобров они не очень пригодны. Мой прапрапрадед побывал некогда в тех краях, и ему там не понравилось. Вот он и выбрал место для поселения здесь, а мы уже его обжили.

– Конечно, лучше для нас всех оставаться там, где мы уже привыкли жить, – согласилась Марианна. – Но надо быть ко всему готовыми. А пока давайте все вместе подумаем, что можно сделать, чтобы спасти речку.

– Обязательно подумаем, – пообещал Густав. – Спасибо тебе, что предупредила нас. Ты молодец, Марианна.

Попрощавшись с бобрами, Марианна не мешкая отправилась в обратный путь, чтобы успеть домой до наступления ночи.

Пафнутий тоже довольно быстро добрался до цели, ибо не был голоден, так что не пришлось отвлекаться по дороге в поисках пищи. Добрался медведь до знакомого луга и остановился на опушке леса посмотреть, что там, на лугу.

А на лугу царило большое оживление. Ближе всех к лесу паслось большое стадо коров, за ними виднелось множество овец, а еще дальше луг казался белым от огромного количества гусей. И это еще не все. На самом краю луга, ближе к поселку, паслись кони. Это, конечно, хорошо, но вот Чака нигде не было видно. Правда, среди коров разгуливала какая-то собака, но это был не Чак, хоть собака чем-то на Чака смахивала.

Пафнутий был сбит с толку и не знал, как поступить. С чужой собакой общаться было опасно. Они не знакомы, и кто знает, удастся ли познакомиться. А вот с коровами он уже знакомился в прошлом году. И Пафнутий решился.

Вышел из кустов и не торопясь потопал к ближайшей корове. Та заметила медведя только тогда, когда тот с ней поздоровался.

– Добрый день, – вежливо сказал он. – Я Пафнутий, помнишь? Хотел бы тебя попросить…

Договорить Пафнутий не успел. Корова оказалась совсем глупой. Она успела забыть, что в прошлом году познакомилась с Пафнутием, и испугалась медведя просто безумно. Нет худа без добра. Из-за своей глупости она не бросилась бежать, а замычала ужасным мычанием. Правда, глупая корова уже в процессе мычания вспомнила, что они с Пафнутием знакомы и это смирный и добрый медведь. Корова замолчала, но было уже поздно. Чужая собака услышала испуганное мычанье подопечной коровы, кинулась к ним с оглушительным лаем, а все остальные коровы и овцы перестали пастись и уставились в сторону медведя.