Серия "Афган. Чечня, Локальные войны-2". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Пиков Николай Ильич - Страница 1521

И они это видели, о чем немедленно было сообщено Амирхану. Амир не удивился решению русских. Нечто подобное он, бывший выпускник Академии имени Фрунзе, и ожидал. Что ж, пока русские действовали так, как и должны были действовать. Занятием господствующих высот они не только усиливали блокпост, но и готовили обеспечение безопасного продвижения частей дивизии, которое, по данным майора Трофимова, должно было начаться в середине следующего месяца. Что ж, все логично и, главное, просчитываемо. Амирхан по связи вызвал к себе двух командиров своих разведывательных групп, поставил задачу. Моджахеды поняли, что хочет их босс, и приступили к подготовке подразделений к ночному визиту в район блокпоста.

Незаметно стемнело. Бойцы взводов спецназа облачились в приборы ночного видения. Отделением специальной связи на высоте 12,7 была развернута система радиопеленгации. Немаловажно было перехватить переговоры возможной разведки душманов. С трех высот и блокпоста по близлежащей местности шарили лучи прожекторов.

Время перевалило за полночь.

Гудилов начал откровенно зевать. В окружении бойцов спецназа и близости двух рот он успокоился. Все прежние страхи ушли. И сейчас старший лейтенант, привыкший к режиму, хотел спать.

Калинин встряхнул заместителя командира роты:

— Леша! Не боишься челюсти свернуть?

— Чего? — не понял Гудилов.

— Зеваешь, говорю, рискованно. Так можно и пасть наизнанку вывернуть.

Гудилов признался:

— Спать хочу, Саша! Закурить, что ли, чтобы отогнать сон?

— Ты уж лучше костер разведи!

Гудилов понял, что сморозил глупость: в боевом выходе бойцам курить разрешалось лишь в очень редких случаях, а в засаде запрещалось категорически.

— Ладно, ладно, понял!

Калинин посоветовал ему:

— Ты лучше за противоположным берегом смотри. Особенно за пространством под обрывом, за береговой полосой!

— Чего туда смотреть? Духи не дураки, чтобы, узнав о выходе в район Аяда двух полноценных рот, соваться сюда сегодня, когда за всем квадратом будет установлено особо тщательное наблюдение.

Взглянув на заместителя командира роты, который по своей должности не принимал участия в боевых выходах, Калинин вздохнул. Вот и оставляй ему взвод! В первом же рейде таких дров наломает! Надо сейчас его дрючить, чтобы хоть немного прочувствовал обстановку и реально оценил ситуацию. Поэтому ответил:

— Да, ты прав, смотреть туда особого смысла нет. Так что бери с собой пару бойцов второго отделения и выходи к концу виноградника, к самому мосту. Но из «зеленки» носа не показывать, а то его сразу можно лишиться! Задача ясна?

Это распоряжение пришлось не по вкусу Гудилову. Он думал отсидеться рядом с Калининым, а тот вдруг решил отправить его чуть ли не на самый передний рубеж, и это при том, что по должности Александр был младше Гудилова. Поэтому тот спросил:

— А чего, Саша, ты раскомандовался? По-моему, заместитель командира роты выше, чем взводный, и скорее я должен руководить тобой?

— Да? В расположении ты начальник, здесь я. Так что, старший лейтенант, немедленно выполнять распоряжение. И предупреждаю: сидеть на позиции, как мышь в норе. Даже если дух пройдет в метре от тебя, ничего не предпринимать! Тебе все, Леша, понятно?

Гудилов отрезал:

— Никуда я отсюда не пойду!

— Это твое окончательное решение?

— Да!

— В таком случае я немедленно связываюсь с комбатом, и пусть он отзывает тебя в часть к чертовой матери! Поручик! Связь с комбатом!

Гудилов понял, что, узнай Глобчак о его поведении, подтвердит приказ Калинина. Идти на позицию придется по-любому, но только потом командир батальона отымеет его, а личный состав будет открыто насмехаться над ним. Что опять-таки пусть и теоретически, но может поставить под угрозу срыва его, Гудилова, перевод на штабную должность. Он остановил связиста:

— Отставить, рядовой!

И, повернувшись к Калинину, проговорил:

— Извини, Сань, ты прав, здесь командир ты, и тебе решать, кому и где быть. Просто не могу еще адаптироваться. Сам понимаешь, состояние немного тревожное, отсюда нервы. Конечно, я пойду к мосту! Один вопрос, как осуществлять связь с тобой?

Александр внимательно посмотрел на Гудилова, который открылся ему с неизвестной ранее и неожиданной стороны, ответил:

— Рядом с тобой будет первое отделение, у его командира радиостанция. Но не думаю, что тебе надо выходить на связь. Это сделает сержант. Ты лишь укажи жестом на то, на что следует обратить внимание.

— Все понял, выполняю!

Александр задумчиво посмотрел вслед исчезнувшей в темноте виноградника фигуре заместителя командира роты. Нет, надо поговорить с ротным, пусть уж лучше замкомвзвода старшина Гобура примет взвод на время отпуска Калинина, чем Гудилов. Опасно доверять людей тому, кто больше всего боится за собственную жизнь. Опасно и недопустимо. Хотя первое впечатление может оказаться обманчивым и уже завтра Гудилов обретет себя? Что ж, посмотрим. Время освоиться у заместителя командира роты еще есть.

Глава 6

Тишина продолжалась до четырех утра.

Калинин снял прибор ночного видения — заболели глаза. И тут же радиостанция пропищала сигналом вызова. Связист ответил:

— Олень слушает!.. Понял.

Он обратился к взводному:

— Сайгак на связи!

Александр ответил:

— Слушаю тебя, Семен!

— Мои из ущелья только что доложили, что появилась группа духов из пяти человек. Вооружение обычное, автоматы. Очень осторожно, прижимаясь к левому склону, идут на выход, к балкам.

— Больше нигде себя противник не обнаружил?

— Пока нет!

— Добро, Сайгак, до связи!

Вернув связисту наушник с микрофоном, Калинин вызвал первое отделение. Спросил у сержанта, где находится старший лейтенант Гудилов. Тот ответил, что рядом, во фланге отделения. Калинин предупредил командира отделения о возможном скором выходе небольшой группы противника к мосту и приказал быть предельно осторожным и внимательным.

Не успел он закончить сеанс связи, как его окликнул связист:

— Товарищ старший лейтенант, на противоположном берегу движение под обрывом.

Вновь применив прибор ночного видения, Калинин перевел взгляд в указанном связистом направлении. И действительно, скрытая густой тенью обрыва, по самому берегу русла передвигалась группа моджахедов. Шли они с опаской, держа между собой дистанцию метров в пятнадцать. Калинин подумал — боятся, суки, всем скопом под пулемет попасть. Идущий впереди душман остановился, присев на корточки, выставив перед собой автомат. То же самое сделали и те, что шли за ним.

Капитан взглянул на мост. Что это так встревожило командира бандитской группы? А когда вновь перевел взгляд на духа, увидел, что тот через бинокль внимательно осматривает виноградник, позицию, где залегло второе отделение взвода спецназа. Бинокль бандита мерцал пульсирующим светом бокового индикатора. Стало ясно, что и он применяет оптику, позволяющую рассматривать объекты в темноте. И высматривает этот дух бронированные разведывательно-дозорные машины. Их силуэты, если бы БРДМ были здесь, он заметил бы издалека. Но боевых машин в винограднике не было, и это, по-видимому, успокоило моджахеда. Он поднялся, опустив бинокль, подал рукой сигнал своей группе и продолжил движение. Спустя пятнадцать минут все боевики оказались под мостом. И было их, как и в ущелье, пять человек. Амирхан, как, впрочем, и предполагалось, прощупывал возможность стягивания банды к блокпосту мелкими группами. Духи под мостом устроили совещание. Их видел и командир первого отделения, но на связь, несмотря на инструкции Калинина, вышел старший лейтенант Гудилов. Голос его звучал браво:

— Олень-1, Саня! У противоположных моей позиции опор моста группа из пяти моджахедов. Больше никого нигде не наблюдается. Может, ударим по ним?

— Отставить! Ты, Леша, забыл, что мы, как и духи, проводим разведку?