Серия "Афган. Чечня, Локальные войны-2". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Пиков Николай Ильич - Страница 1458

Вьюжин ответил строго:

— Нет, Сайед, ты не прав. Ни в чем. И на будущее — вопросы задаем мы, ты на них отвечаешь! Веди в дом!

— Хоп! Как скажете! Прошу, калитка открыта.

«Хаммер» Джонсона быстро достиг гряды. Тут же над ним, на малой высоте прошел разведывательный вертолет. Пилот вызвал командира группы спецназа:

— Джон! Я — Скальп-03! Как слышишь меня?

— Скальп, я — Джон, слышу хорошо! Преследую джип со снайпером. Он оторвался на приличное расстояние. Надо догнать его и заставить остановиться!

— Джип, говоришь? Подожди немного, Джон! Уточню обстановку!

«Апач», взмыв вверх, заложив крутой вираж, начал быстро удаляться.

Заместитель Джонсона в операции «Оранжевое облако», в которой Кристофер задействовал половину своего боевого подразделения, лейтенант Дэмп проговорил вслед уменьшающемуся в размерах вертолету огневой поддержки, осуществляющему в данной ситуации разведывательный полет:

— Напрасно летуны одну машину в воздух подняли.

Крис спросил:

— Почему?

— А если у снайпера в джипе наш «Стингер» или русская «Игла» окажутся? Тогда «Апач» вряд ли вернется на базу, а моджахед уйдет!

— Считаешь, у снайпера могут быть переносные зенитно-ракетные комплексы?

— Почему нет?

Джонсон согласился:

— Ты прав! Видимо, здесь наши ястребы чувствуют себя слишком уверенно. Наверное, не сталкивались с серьезным сопротивлением. Да это и объяснимо. 136-я бригада базируется в районе, где ничего особенного с военной точки зрения произойти не может.

— Так какого черта командование бросило ее здесь?

— Возможно, как оперативный резерв!

— Ну, разве что резерв, несущий патрульную службу.

— И не так уж тут безопасно, Эдди!

Лейтенант взглянул на майора:

— Вы о патруле Дайро?

— Да!

— Это частный случай! Диверсия. А террористические акты Аль-Каида умудряется проводить не только в пустынных районах Афганистана и Ирака, но и в США, и в Европе, и даже в России!

— Почему даже?

— Потому что Россия в последнее время ведет невнятную политику на Ближнем Востоке. Хотя имеет приличную занозу от тех же наемников, чьи отряды комплектуются здесь, у себя на Кавказе!

Майор сказал:

— Тем не менее их группа помогает нам?! И за помощью обратились наши власти к русским, а не русские к нам!

Лейтенант ответил дипломатично:

— Это тоже частный случай! Хотя мне их ребята, признаться, нравятся. Чувствуется, что не первый раз в серьезных переделках. Работают не суетясь, держатся достойно. Решения принимают сразу, без волокиты! Профи, одним словом! Я бы не хотел в их лице иметь врагов! Лучше если не друзей, так союзников!

Джонсон улыбнулся:

— Так мы и есть союзники! Возможно, станем и друзьями!

— Надолго ли? На время операции?

— Это неважно!

— А что важно, майор?

Подумав, Крис серьезно ответил:

— Важно, Эдди, то, что после операции нас никто не заставит стрелять друг в друга!

Лейтенант так же задумчиво произнес:

— В этом ты прав, майор! Но заставят, если надо, стрелять в других. И они будут стрелять, Крис!

Джонсон хотел было ответить лейтенанту, но его вызвал пилот вертолета:

— Джон! Я — Скальп-03! Вижу крупный караван, вставший на длительную, судя по шатрам, стоянку, а вот далее уходящий к «зеленке», до которой километров пять, джип. В нем один водитель.

— Я — Джон! Ты не знаешь, Скальп, что нужно делать? Дай предупредительную очередь из пулемета.

Пилот ответил:

— За кого ты меня принимаешь? Я охочусь за азиатами еще с «Бури»! Афганец не среагировал на предупредительный огонь!

— Черт! Придется уничтожать!

— Придется. Иначе в «зеленке» его уже не достать. Так каково твое решение?

— Открыть огонь на поражение!

— Понял.

Пилот отключил связь, но ненадолго. Буквально через минуту доложил:

— Джон! Сделал я духа! Если захочешь, найдешь обломки джипа и останки трупа в шести километрах от стоянки каравана!

Майор приказал:

— Можешь возвращаться на базу, Скальп! Спасибо! Конец связи!

Джонсон, переключив станцию, вызвал своего заместителя:

— Впереди перед нами на стоянке караван. Джип прошел чуть ли не через это стойбище. Следуем к каравану, Дэмп!

Джип с бойцами Джонсона пошел на север.

Глава 7

Вьюжин осмотрел двор Сайеда, фасад дома, поделенного на две половины, мужскую и женскую. Сказал:

— Неплохо ты устроился в Халате, Сайед. На что, если не секрет, живешь?

Афганец вздохнул:

— Какой может быть секрет? У меня большая отара овец, верблюды. Женщины ткут ковры, они пользуются спросом у американцев, все же ручная работа. Торгуем понемногу. В Кандагаре родственник общее дело ведет. Есть и виноградники. Слава Аллаху, живем не хуже других, а главное, спокойно. Война нас не касается… точнее, не касалась до того момента, как бандиты обстреляли патруль батальона. Но они пришельцы, чужаки, появились, сделали свое страшное дело и скрылись. Еще пригрозили, чтобы молчали, если американцы о них спросят! Как будто в селении их никто не видел!

— А что, видели?

— Конечно, соседи! И еще кто-то, кто сообщил об этом американцам!

— Значит, ты к моджахедам никакого отношения не имеешь?

Сайед сложил руки на груди:

— Клянусь, господин майор, не имею! Глаза бы мои их больше не видели!

Вьюжин взглянул на хозяина усадьбы:

— Клянешься? Прогневить Аллаха не боишься? Ислам не поощряет ложь, впрочем, так же, как и насилие.

— Вы в чем-то сомневаетесь, господин?

Майор кивнул афганцу на высокий дувал:

— Отойдем?

— Зачем?

— Поговорим, чтобы нас никто не слышал!

— Как скажете!

Командир группы российского спецназа и хозяин дома отошли к высокому глиняному забору. Вьюжин спросил строго:

— Так, выходит, ты безобидный и совершенно мирный житель скромного селения, не имеющий ничего общего с бандитами Абделя Аль Яни?

Душман, как показалось Вьюжину, слегка вздрогнул, но ответил без задержки:

— Вы правы, господин майор. Конечно, об Абделе Аль Яни я слышал, но кто не слышал о нем? И не только на Востоке? Однако никаких дел с бандитами не имел и иметь не желаю. У меня большая семья, и лишние проблемы мне не нужны!

— А вот Абдул, которого ты послал следить за расположением американской войсковой части, придерживался иного мнения!

На этот раз афганец вздрогнул всем телом, побледнел:

— Абдул? Какой Абдул? Я…

За душмана продолжил Вьюжин:

— Никого, естественно, в брошенный кишлак не посылал?

— Клянусь, нет!

— Не гневи Аллаха, Сайед! Ты принял меры, чтобы Абдул нам ничего не сказал, и снайпер, которого ты выслал убить наблюдателя, сделал свое дело. Но умер Абдул не сразу, и мы успели с ним поговорить! Поговорим и со снайпером. Его с минуты на минуту возьмут спецы другой группы. А также побеседуем с проводниками, засланными тобой в войсковую часть, Мохаммедом и Шакером. Затем допросим повара Арефа. Не уверен, что после всего этого ты вернешься к своей семье. Американцы не прощают убийц своих солдат. Думаю, делу не придадут широкой огласки. После допроса с пристрастием вас всех расстреляют к чертовой матери в том же брошенном кишлаке, где Мохаммед похоронил Абдула!

Сайед не ожидал подобного поворота разговора, заметно занервничал. Он знал, что янки действительно не станут особо миндальничать с дикарями, как они называли афганцев, и после того, как вытянут все жилы страшными пытками, безо всякого суда пристрелят всех, кого посчитают виновными в гибели своих солдат. Уж на что, а на скорую расправу с арестантами американцы мастера.

Размышления афганца прервал Вьюжин:

— О чем задумался, Сайед?

— Я… я — не знаю, что мне делать!

— Рассказать о своем участии в делах Абделя! Рассказать правду! Только я могу отвести от тебя смерть!

— Но я ни в чем не виноват! Клянусь!

— Что ж! Не хочешь беседовать мирно, будешь давать показания в бетонной камере, под плетью потного негра, вися на цепях. Пошел на выход! Едем в батальон!