Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 1309

Видя замешательство офицера, к нему подошла продавщица:

— Вам помочь?

— Да, пожалуй. Хочу женщине подарок на день рождения выбрать, и не могу.

— Ну, это поправимо. Купите ей куклу!

Бекетов удивился:

— Куклу?

— Да! Это вернет женщину в детство, станет неожиданным сюрпризом. Наверняка другие станут дарить стандартные вещи: духи, туалетную воду, набор косметики, а вы — куклу! Или игрушку мягкую, которые так любят маленькие девочки.

Капитан хмыкнул:

— Хм! Забавное предположение. А у вас есть говорящие игрушки?

— Да! Вот, например, этот удивительный милый пингвин. Стоит тронуть его за крыло, и он произносит: «Я очень, очень люблю вас!» Поверьте, это трогательно!

— А не будет игрушки мало для подарка?

— Нет. Считаю, что-либо добавлять, — лишь обесценивать подарок. Кроме, естественно, цветов. Но цветы в городке не продаются.

— С цветами что-нибудь решим. Давайте вашего пингвина.

Продавщица уложила игрушку в коробку, обвязала ее шелковой лентой, вручила покупку Юрию:

— С вас триста пятьдесят рублей.

Капитан рассчитался с девушкой, поблагодарил ее и вышел на улицу, уложив коробку в целлофановый пакет, купленный на выходе, в кассе магазина. Так, с подарком вопрос вроде решен, теперь дело за цветами. Ехать в станицу не на чем, да и поздно. Цветами на рынке торговали с утра и до обеда. Сейчас цветочников на месте уже наверняка не было. Но был другой вариант. Вариант с Раей, женой Кирилла Крабова. Она слыла большой любительницей и ценительницей цветов, выращивая в самодельной теплице всевозможные декоративные растения. Бекету Рая не откажет.

Капитан направился к дому друга.

И увидел Раю во дворе. И вновь развешивающей белье.

Бекетов остановился у калитки, облокотился о забор.

— Раиса! Бог в помощь!

Женщина повернулась:

— Юра? Привет! А чего ты сегодня вырядился в костюм? А?! Понимаю, у Кристины ведь день рождения. К ней собрался?

— К ней, Рая. Но есть проблема.

Раиса отошла от белья:

— Какая же?

— Цветы.

— Разве это проблема? Проходи в цветник, выбирай, что понравится. А я пока закончу с делами. Потом сооружу тебе букет.

Бекетов, оставив на скамейке пакет, прошел в тепличку. Среди множества растений выбрал розы, срезал пять штук. С ними вышел во двор.

Раиса, вынеся очередную партию мокрого белья, поставила таз на приступок, вытерла руки о фартук.

— Розы! Хороший выбор. Ты уверен, что Кристина любит розы?

— Ни в чем я не уверен! Но… на другое у меня фантазии не хватило. Вот упаковать бы их как-нибудь.

— Перекури. Сейчас соорудим букет.

Женщина прошла в цветник, вышла оттуда с голубыми и желтыми цветами, ветвью папоротника. На скамейке сложила букет. Принесла из дому серебряную фольгу и алый бант. Быстро соорудила солидный и красивый букет.

Вручила его Бекетову:

— Ну, вот! Думаю, Кристя останется довольна.

— Да? Не уверен?! И не из-за цветов, Рая!

— А вот в этом будешь виноват только ты! Вместо того чтобы найти момент и объясниться с женщиной, ты выбрал самый легкий для себя вариант, обиделся и ушел в запой. Хорошо еще, что пил недолго, если, конечно, сегодня не продолжишь!

— Не продолжу! Мне мужа твоего менять. Надо форму набрать. Неспокойно на границе стало.

— Да… Кирилл тоже об этом говорил. Но вроде скоро пограничники вместо блокпоста заставу поставят?

— Должны, но что-то не торопятся. Ну, ладно, Рая, спасибо тебе огромное и за цветы, и за поддержку, пошел я к Кристине.

— Волнуешься?

— Да.

— Удачи тебе, Юра!

— Спасибо. Она действительно сейчас лишней не стала бы!

Капитан направился к казарме взвода связи.

Но не один Бекетов готовился сегодня поздравить Кристину Родимцеву с днем рождения. Не считая командования и сослуживцев, были и еще люди, которые на этот день возлагали свои особые надежды. Следуя инструкции и приказу Жарова, первой еще в 8 утра в номер Кристины постучала Валентина Губочкина.

Родимцева, поднявшись рано, открыла дверь. Увидев Губочкину, удивленно воскликнула:

— Валентина! Ты?

— Удивлена?

— Да.

— А я вот зашла с днем рождения тебя поздравить. Нечасто в нашей жизни, одинокой бабьей, бывают светлые дни. Так, думаю, чего собачиться? Мы должны быть вместе, особенно здесь. Так позволишь войти?

Кристина пропустила Губочкину.

Та, войдя в комнату, протянула Кристине коробку косметического набора:

— Поздравляю, Кристина! Мой подарок скромен, но он от души, честное слово!

Родимцева приняла подарок, проговорив:

— Меня и угостить тебя нечем. Может, чай разогреть?

Валентина отказалась:

— Не надо. А вот поговорить, если ты, конечно, не против, так это с удовольствием.

Кристина пожала плечами:

— Что ж, поговорим! Только, извини, не вижу темы для нашего разговора.

Губочкина кивнула головой:

— Да! Еще неделю назад я тоже думала бы, что нам не о чем поговорить. Сейчас же многое изменилось.

— И что конкретно?

— Извини, Кристя, но я хотела поговорить о Юре Бекетове.

Увидев, как лицо Кристины изменилось, Губочкина поспешила добавить:

— Нет, нет, Кристя, не подумай ничего плохого. Просто сложилось так, что я люблю Бекетова, а он любит тебя. Вот такая история.

— Откуда тебе знать, что Бекетов меня любит?

Губочкина снисходительно посмотрела на Родимцеву:

— Эх, Кристя, Кристя. Раньше Бекетов ударял за мной. Потом, после очередной встречи, сказал, что не нужна я ему больше: мол, полюбил другую. Я, естественно, спросила, кого, если не секрет, он ответил: Родимцеву. Помню, возмутилась, как же так? Получается, пользовался мной и выбросил? Он извинился, сказал: сердцу не прикажешь!

Кристина побледнела:

— И как… как давно была эта ваша последняя встреча?

— Точно не помню. После одной из дискотек. Он тогда куда-то пропал из клуба, я ждала его возле общежития, и он пришел поздно. Но я дождалась. В комнату проникли, как всегда, через окно. Бекетов еще удивился тому, что ждала его. Может, другую хотел привести? Тогда получилось бы нехорошо. Но не получилось.

Родимцева вспомнила ночную прогулку к реке, и то, как Юрий предложил ей пройти к нему в номер. Неужели он тогда переспал с Губочкиной. Нет, этого не может быть. Хотя… зачем Валентине врать? Тем более, так грубо?

— Значит, в ту ночь он и сказал, что любит меня?

— Точнее, под утро!

Валентина взглянула на Кристину печальными глазами:

— Счастливая ты, Кристя?

— Да? Чем же? Уж не любовью ли Бекетова?

— Не думай о нем плохо, Кристя! Если разобраться, то человек он неплохой, но несчастный, неустроенный, не нашедший себя, оттого и злой иногда. Мне кажется, что, обхаживая женщин, Юра невольно задавается целью унизить их. Отомстить за все то, что ломает его жизнь. Хотя не женщины ломают его, а водка. Вот и сейчас он в запое! Почему? Ведь у него есть ты? Молодая, красивая! Он болен, это ясно, но любовь лечит все!

Кристина отрезала:

— Остановись, Валя! Я не желаю слушать о Бекетове ничего! Ни хорошее, ни плохое. Он как ворвался в мою жизнь, так и вылетит из нее! Я тоже имею собственное достоинство и личные принципы.

Губочкина сожалеюще произнесла:

— Ну вот, кажется, я испортила тебе настроение. А ведь не хотела.

— Тогда зачем завела этот разговор?

— Успокойся, Кристя. Раньше я смотрела на тебя, как на всех остальных женщин нашего бабского взвода, а вот сейчас…

— Что изменилось сейчас?

— Вернее не сейчас, а чуть ранее, находясь на блокпосту…

— Продолжай!

— Находясь на блокпосту, я впервые позавидовала тебе.

Кристина искренне удивилась:

— Позавидовала? Чему?

— Тому, что тебя любят как минимум два человека, а я вот стала не нужна никому! Данное обстоятельство заставило задуматься. И я поняла, что ты действительно заслужила счастья. Не раздала любовь по сторонам, как это, к сожалению, сделала я. И зависть, как ни странно, сменилась уважением. Да, Кристина, уважением! Немногие могли поставить себя в сложном армейском обществе так, как ты! Независимо, строго!