Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 1302

Бекетов спросил:

— Это оттуда гремит музыка?

— Да.

— Кто, кроме Тимура, сейчас в баре?

— Друг его. Но он скоро уйдет.

— Тогда, Рамзан, прикажи своему официанту быстренько накрыть стол. Нам надо подготовить плацдарм для развития наступления.

— Хорошо. Через считаные минуты все будет готово.

Крабов добавил:

— И не забудь сразу сказать Али, что пытался выгнать нас, но мы уперлись. Чтобы он был готов к встрече. Иначе… но что может быть иначе, тебе знать необязательно. Давай, поторопись.

Алоев напомнил:

— Вы уж о дочери моей не забудьте.

Бекетов заверил хозяина ресторана:

— Не забудем, никого и ничего не забудем.

Выпив бутылку водки и открыв вторую, офицеры начали имитировать громкий спор о том, какое оружие в горах лучше, автоматы или винтовки. Спор пустой, но не для обычного обывателя. В 21–50 Рамзан прошел к главной лестнице, спустился вниз на первый этаж, закрыл на засов двери центрального входа. А в 22–00 с черного хода появился все тот же абрек, что приходил в кабак ранее. Увидев офицеров, он что-то строго спросил у Рамзана. Алоев только развел руками. Появился Али! Крабов сидел спиной к стойке, поэтому Илимова оценил Бекетов, быстро передав впечатление о главе местной мафии, не забыв описать и сопровождающих его лиц. Крабов в это время продолжал громко и пьяно расхваливать достоинства снайперской винтовки СВД, одновременно слушая друга. Бекетов докладывал, как на совещании:

— Али, морда с блин приличный, сам на казан похож, жирный и слабый. Живот большой, ноги и руки тонкие. Лысый, с бородкой, на вид лет пятидесяти. С ним тот, кого ты уже видел, и еще двое. Парни молодые, на вид крепкие, но скорей качки, нежели спортсмены. У всех тесаки, возможно, есть и стрелковое оружие, внешне не проявляется. Кроме мужиков две размалеванные девицы. Русские. С виду проститутки, но какие-то зашуганные. Лет по семнадцати. Видимо, рабыни или наложницы. Смотрят на Али и охрану с нескрываемым страхом. Симпатичные. Так! Рамзан показал, что это вся толпа. Он закрыл дверь черного хода. Показывая Илимову на нас, что-то объясняет ему.

— Рамзан оправдывается, Али ругается. Так, Алоев двинулся к нам!

Юрий сменил тему, громко выкрикнув:

— Да дерьмо это твоя «СВД»! С ней хорошо в засаде сидеть! А попробуй в ближнем бою применить? Сразу башки лишишься. Другое дело, автомат с подствольником. Хочешь, очередью духа срежь, хочешь, гранатой на куски порви. А главное, «АК» удобен, не то что твоя дура винтовка!

К столику подошел Алоев. Громко, перекрикивая музыку, чтобы слышал Али, выкрикнул:

— Господа офицеры! Ресторан закрыт! Прошу рассчитаться и покинуть зал!

Крабов повернулся к Алоеву:

— Ты оборзел, Казбек? Мы с другом только во вкус вошли. Так дело не пойдет! Вон твои земляки, какого хрена посередине зала встали? Или ты для них зал освобождаешь? А? Они что, тузы козырные, а мы шестерки? Так, что ли? Давай еще водки и запомни: уйдем, как машину дождемся! Все, базар закончен! Проваливай!

Музыка смолкла, и офицера также слышал Али Илимов. Он жестом указал своим охранникам на офицеров:

— Вышвырните этих неверных на улицу!

Один из них проговорил:

— Но это военные, босс! Как бы неприятностей не нажить.

— Здесь наша земля, они чужаки, и потом, Мамед, с чего ты взял, что сидящие за столом нечестивцы офицеры? На них гражданская одежда, и они ведут себя по-хамски. Выполняйте приказ! Неприятностей не будет!

Охранники двинулись к столику спецназовцев.

Бекетов проговорил:

— Али выслал на нас охрану. Всех троих. Это хорошо. Начинаем игру, как только они заведут базар.

— Принял, Юра.

Троица подошла вплотную к офицерам.

Тот, кого завали Мамед, достал из-за спины дубинку. Это явилось открытием для спецназовцев, но не неожиданностью. Старший из охранников сказал:

— Вы, козлы, плохо поняли, что ресторан закрыт? Еще раз объяснить? Или все же по-хорошему уйдете, пока есть такая возможность?

Крабов повернулся к абреку:

— Ты кого, урод, козлами назвал? Вконец ноты попутал, вонючка?

Мамед побледнел.

Видя, что охранник на пределе, из-за стола поднялся Бекетов. К нему двинулись двое телохранителей, но капитан поднял руки вверх:

— Спокойно, ребята! Спокойно! Мы погорячились, вы погорячились. Друг пьян. Разойдемся без осложнений! Сейчас я расплачиваюсь, и мы уходим! И никакого ненужного базара!

Мамед похлопал дубинкой по ладони:

— Вот так-то лучше будет. Рассчитывайся и проваливайте! И чтобы вас здесь больше не было! Пошел!

Бекетов обратился к Крабову:

— Кирилл, дай деньги, я заплачу, и пойдем отсюда.

— Что, так и уйдем оплеванными?

— Успокойся! Нам нет никакого резона устраивать потасовку. Рядом ментовка, мы подшофе, кавказцы трезвые. На хер нам лишние проблемы? А если что, то с местными ребятишками мы и в другой раз поговорить сможем.

Мамед усмехнулся:

— Сможем, сможем… Заявитесь сюда, поговорим!

Бекетов воскликнул, глядя на друга:

— Вот видишь? Парни согласны. А сейчас свалим!

Крабов с трудом, но согласился:

— Ладно. Только рассчитываюсь я, а то этот петух за стойкой, пользуясь случаем, с нас втридорога возьмет за свою парашу.

— Давай.

Крабов поднялся, пошел, шатаясь, к Алоеву. За ним двинулся Мамед, двое остались возле Бекетова. Тимур скрылся в баре. Проститутки присели за столики, стоящие вдоль глухой стены.

Проходя мимо Али, который, широко расставив ноги, брезгливо смотрел на Крабова, Кирилл кашлянул. Это был сигнал к действию. Остальное произошло мгновенно. Профессионально владеющие приемами рукопашного боя, офицеры одновременно провели атаку. Бекетов ударом в горло моментально вырубил одного из охранников. Второму врезал в челюсть, кроша ее на части, так же лишая противника сознания. Крабов, одновременно с другом, первым нанес удар в нос Мамеду. Удар коварный, ломающий кости и при неправильном расчете силы способный убить противника. Мамед, не успев что-либо предпринять, рухнул на пол. Али сделал шаг назад, но Крабов резко ударил его ногой в промежность. Илимов, охнув, сел на корточки, выпучив черные, полные боли глаза. Проститутки вскрикнули. В дверях бара на непонятный шум появился Тимур. Но рядом с ним уже был Бекетов. Короткий удар в лоб, и племянник Али, валя столики и кресла, полетел к стойке. Юрий обернулся. Кирилл показал ему большой палец и крикнул:

— Вяжи охрану и племяша, я займусь Илимовым!

Бекетов вытащил в зал Тимура, собрал в кучу еще не пришедших в себя телохранителей. Официант бросил ему веревку. Юрий взглянул на проституток:

— Девочки! А ну быстро сюда!

Девицы подчинились.

— Помогите, красавицы, спеленать этих ублюдков так, чтобы они пальцем пошевелить не могли. И пасти им заткните. Можете скатерть порвать или тампоны использовать. Быстро!

Наложницы Али не без удовольствия связали тех, кто постоянно издевался над ними.

Троицу бандитов затолкали под стол, накрыв принесенным Рамзаном из бытовки большим покрывалом.

Крабов затащил Али в бар.

Илимов пришел в себя. Боль поутихла. Будучи по природе своей трусом, он, видя, что лишен привычной охраны, каким-то писклявым, так не идущим его жирной туше и физиономии голоском пропищал:

— Прекратите, пожалуйста! Признаю, я совершил ошибку и повел себя нагло. Но все можно изменить. Зачем было бить? Ведь всегда есть возможность договориться!

Крабов присел в кресло, ногой толкнув Али в грудь так, что тот уперся в стойку:

— Вот сейчас, ублюдок, и будем договариваться… если сможем, конечно.

— Ай, сможем! Почему не сможем?

Кирилл закурил:

— Мне жена сказала, что ты, мразь, захотел трахнуть ее? Приказал явиться в кабак и пригрозил, что если не придет, то получит в лицо кислоту?

Али попытался изобразить недоумение:

— Да что вы? Клянусь, ничего подобного не было! Может быть, ваша жена перепутала меня с другим? Я…

Удар в зубы разбил Илимову рот.