Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 1276

Взяв костюм, Юрий прошел в бытовку, где стояли гладильные доски. Разложил брюки.

Заглянула Паршина:

— Как всегда, на дискотеку прихорашиваешься?

— Угадала, Нинуль, хоть одна радость в жизни — потолкаться под бешеный ритм музыки.

— Разве больше нет радостей?

— Например?

— Семья, например! Собственная, уютная квартира, любящая жена, дети!

Юрий добавил:

— Которые в любое мгновение могут остаться сиротами!

— Ну почему сразу так — сиротами?

— А потому, что сегодня мы здесь, на равнине, стоим, а завтра спокойно можем в горах оказаться. Служба у нас, Нинуль такая! Как-то не располагает к семейной жизни.

— Но ведь в вашем батальоне много женатых офицеров!

— Много, а было еще больше! В 2002 году бросили часть блокировать ущелье в Дагестане. Задача, казалось бы, пустяковая, а пятеро женщин остались вдовами, у трех по младенцу на руках!

Паршина стояла на своем:

— И все же очень важно, когда тебя ждут!

— Важно, но вот ты пошла бы за меня замуж?

— Я замужем! И мой супруг тоже по горам частенько мотается.

— А ты представь, что незамужняя, решилась бы связать жизнь со мной?

— Мне, Юра, представлять незачем. А вот тебе надо менять отношение к жизни.

— В смысле?

— Пьешь ты часто!

— Вот оно что? Так водка, Нина, и продается для того, чтобы ее пили. Иначе в бюджете государства большая, невосполнимая дыра образуется. И бюджетникам, всем нам, в том числе, платить будет не из чего!

Дежурная махнула рукой:

— Да ну тебя! Как стена! Тебе что говори, что ни говори, толку никакого!

Подняв отглаженные за время разговора брюки и оценив качество работы, Бекетов проговорил:

— Вот это точно! Меня перевоспитать — легче верблюда научить летать. Но за участие спасибо. Таких, как ты, побольше бы в гарнизон. Глядишь, мужики и одумались бы. Хотя… вряд ли. Так с брюками порядок, теперь рубашка. А ты, Нина, шла бы к себе, а то супруг нагрянет. Увидит нас вдвоем и устроит скандал. Мне-то он по барабану, а вот для тебя неприятность.

— Мой не такой, Юра! Он скандалить не будет, потому что верит мне. Но я действительно пойду, не буду мешать.

Капитан пожелал дежурной по общежитию:

— Счастливо тебе наряд отстоять и к супругу в уютную квартиру вернуться!

— Спасибо! И тебе удачи! Мужик ты хороший, жаль будет, если сопьешься или по пьянке под пулю попадешь.

Бекетов напомнил:

— Нина! Мы уже простились!

— Ухожу!

Женщина оставила капитана.

Юрий догладил костюм и вернулся в номер. Оделся. Подушился слегка дорогим французским одеколоном. Но идти в клуб было рано.

Открыл холодильник. Увидел две запечатанные бутылки водки, пластмассовую емкость с минеральной водой и две банки с паштетом. Выпить или нет? Блин, как у Шекспира получается. Там Гамлет мучился вопросом, быть или не быть… Бекетов потер лоб, решая сложную для себя проблему. Наконец воскликнул:

— А хрен с ним! Хуже не будет!

И достал бутылку «Особой» вместе с банкой паштета и минералкой. Сорвал пробку с бутылки, налил в стакан сто пятьдесят граммов, ножом поддел кусок паштета. Выпил. Закусил, прикурил сигарету. Настроение улучшилось. Выпить еще? Нет, пожалуй, хватит. Если что, то он догнаться и в баре сможет. В дверь постучали.

Вошел Крабов, командир четвертого взвода. Бекетов облегченно вздохнул, одновременно удивившись:

— Кирилл? Ты чего по общагам шарахаешься? Или Раиса на дежурстве?

Товарищ Бекетова укоризненно взглянул на содержимое стола:

— Пьешь?

— Кто?

— Ну, не я же?

Юрий поднял бутылку, показал:

— Рюмку после дежурства ты называешь пьянкой?

— Сейчас рюмку, через час вторую, потом третью…

Бекетов подошел к Крабову:

— Кирилл, если ты пришел мозги мне сношать, то напрасно. Я не маленький и знаю, что делаю.

Крабов возразил:

— Если бы знал, не пил! Чувствую, погубит тебя водка, Юрик! Добра от нее не жди!

— Ладно, закрой тему. Я действительно принял сто пятьдесят с устатку. И больше сегодня ни-ни! Если все пройдет удачно!

— Ты имеешь в виду Родимцеву?

— А хотя бы и ее?

— Ничего. Но ты же знаешь, как Кристина относится к пьяным.

— А я пьяный?

— Пока нет.

— Вот именно, что нет. Ты по делу зашел или просто так?

Крабов присел на кровать Бекетова:

— Считай, просто так. Раиса уговорила на дискотеку сходить, развлечься немного, а сама чего-то в санчасти забыла. Так она в медпункт, а я к тебе. Ты же танцульки не пропустишь?

— Конечно, нет.

— Так пойдем в клуб вместе.

— Пойдем. Но вроде рановато.

— В часть зайдем, посмотрим, чем личный состав занимается.

— Там же дежурный!

— Ну и что?

Юрий пожал плечами:

— Да ничего. В роту, так в роту. Раю тоже с собой прихватим?

— Нет, она возле клуба с подругами останется. Так что убирай со стола остатки пиршества, и начинаем выдвижение. Раиса минуты через три к общаге подойдет.

— Нашел тоже пиршество! Какое-то у тебя, Кирилл, извращенное понятие о том, что касается спиртного. Если сам после ранения почти не пьешь, то и остальным нельзя?

— Можно, Юра. Да только тем, кто знает меру и по утрам не похмеляется. Ты же… впрочем, чего, на самом деле, я перед тобой распинаюсь?

— Вот именно!

Бекетов убрал водку с паштетом в холодильник. Офицеры покинули номер, а затем и гостиницу. Вышли на улицу. Заметно стемнело. У детской площадки соседнего с общежитием дома офицерского состава уже прогуливалась супруга Крабова, Раиса.

Подойдя к ней, Юрий поздоровался:

— Привет, Рай!

— Здравствуй, Юра! Выглядишь ты как всегда безупречно.

Бекетов толкнул друга:

— Слышишь, что жена говорит?

И повернувшись к супруге Крабова, поблагодарил:

— Спасибо за комплимент, Рай. Вообще-то комплименты должны делать дамам кавалеры, а не наоборот. Посему докладываю, ты просто неотразима! Вот только Крабов в полной мере оценить этого не может.

Кирилл недовольно взглянул на товарища:

— Это еще почему?

Юрий ответил:

— Да потому, капитан, что таких женщин, как твоя Раиса, на руках носить надо, а ты лишний раз до санчасти не проводишь.

Крабов сказал:

— Завязывай, Юр, а?

Раиса взяла офицеров под руки:

— Мальчики, прекратили! Сегодня у нас вечер отдыха. Так что расслабьтесь!

И женщина повела друзей-капитанов по аллее, ведущей к офицерскому клубу небольшого гарнизона.

Подошли они к зданию, откуда раздавалась ритмичная музыка ровно в восемь. Но пришедшие на дискотеку люди заходить в фойе клуба не торопились, приличной толпой расположившись на улице. Мужчины курили, женщины разговаривали между собой. Все, как обычно. Временно. Через полчаса обстановка изменится, и веселье заполнит клуб, а на улице останутся единицы, да и то те, кто выйдет отдышаться или перекурить. Но это будет через полчаса. Пока же толпа находилась на свежем воздухе. Крабов что-то шепнул жене, и она направилась к подругам из полкового медицинского пункта, таким же, как и она, медсестрам. Крабов потащил Юрия на территорию части, благо начиналась она сразу за забором. В роте офицеры не задержались. Личный состав, говоря сухим языком армейского рапорта, занимался строго по распорядку дня, а другими словами бездельничал, в полной мере используя свободное время. Ответственный по роте находился на месте и муштровал заступивший на службу внутренний наряд. Взводным, по сути, в части делать было нечего. Да и зашли они в батальон с одной-единственной целью — убить время. Поговорив с сержантами, офицеры направились обратно к клубу. Народ, как предполагалось, перекочевал в фойе, дискотека начала набирать обороты. Купив билеты и пройдя в холл, капитаны разделились. Крабов, лавируя между танцующими, отправился к компании супруги, Юрий попытался отыскать взглядом Кристину. Но это ему не удалось, хотя он осмотрел весь зал. В голове мелькнула мысль: может, она на дежурстве у себя в роте и не смогла прийти? Или не захотела, что тоже вполне могло иметь место. Черт, надо было не по батальону шарахаться, а роту связи проверить. Не отыскав взглядом Родимцеву, Бекетов обошел фойе, подошел к месту диджея Станислава, лейтенанта полка внутренних войск, с которым нередко навещал забегаловки Разгульной.