Серия "Афган. Чечня. Локальные войны-3". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Щербаков Сергей Анатольевич - Страница 1270

Бережной с Согриным повели Сергея от здания к центру двора, где собрался весь отряд.

Сзади раздался выстрел. Антонов вздрогнул, обернулся. По стене сползал Чингиз.

– Будь проклята эта война, – проговорил Сергей.

Согрин и Бережной промолчали.

Через несколько минут раздался характерный рокот вертолетов. «Ми-8» в сопровождении машины огневой поддержки зашел на посадку. Не выключая двигателя, он принял на борт отряд спецназа, Бережного и Согрина. Набрал высоту и взял курс на север. Унося Сергея, теперь уже навсегда из этой, второй по счету и последней для него, войны. Домой. Туда, где так ждала встречи с ним его Марина.

А Бережной обратился к командиру отряда «Шквал»:

– Товарищ подполковник, вопрос разрешите?

Согрин отчего-то улыбнулся:

– Разрешаю, капитан!

– У вас связь с нашим батальоном есть?

– И не только с ним. Даже с Москвой есть, куда я только что доложил о завершении операции по освобождению твоего друга. А что? Связаться с кем-нибудь желаешь, капитан?

– Так точно!

– Жена?

Володя на секунду замялся:

– Да!

– Держи аппарат, набирай прямой номер!

Вера ответила сразу:

– Алло!

– Вера!

В ответ вздох облегчения.

– Володя…

– Вера, у меня нет времени, извини, скажу одно, Антона из плена вытащили, лежит на носилках, привет тебе передает. Мы на пути домой! До скорой встречи, любимая!

– Я жду тебя, Володя!

Она хотела еще что-то сказать, но Бережной отключил связь. Теперь у них будет много времени обо всем поговорить.

Подполковник спросил:

– Ну что дома? Порядок?

– Полный, товарищ подполковник!

– Это самое главное, капитан! Да, тебя друг твой зовет, иди!

Володя подошел к носилкам Сергея, присел рядом:

– Что, Антон?

– Слушай, Вова! Ты вот что, склады, откуда мы оружие получали, не забыл?

– Это откуда за тобой Бекмураз гонялся?

– Да.

– Конечно, не забыл, а что?

– Ты это, как в часть прибудешь, выбери момент, съезди туда, а?

– Зачем?

– Найди там Марину. Командир части, Воробьев, тебе подскажет, как ее найти. И расскажи ей все, хорошо? Только, это… про состояние мое особо не надо, скажи, ранен, в госпитале, поправится и приедет. Обязательно за ней приедет!

– Сделаю, Серега, но не тешь себя надеждой, что она будет ждать твоего возвращения из госпиталя.

– Это почему? – помрачнел Сергей.

– Женщин ты не знаешь? Она же сразу рванет к тебе! Так что готовься к скорой встрече.

– Не хотелось, чтобы таким вот увидела, меня жалела.

– От тебя это, брат, никак не зависит, ты поспи лучше, не напрягай извилины, все разрешится само собой, а для тебя сон сейчас – лучшее лекарство!

Сергей повернул голову в сторону открытой двери бокового пулемета и стал смотреть, как вертолет обходил хребет.

И вместе с тем, как «вертушка» уходила все дальше от места его, капитана Антонова, заточения, удалялся и слабел припев, сопровождавший его все время пребывания в плену:

Александр Тамоников

Горный блокпост

ПРОЛОГ

Молодой человек в джинсах и черной майке остановил белую «девятку» возле кафе на выезде из населенного пункта. В здание заходить не стал, устроился на улице, на площадке под навесом, за небольшим круглым столиком. Бросил перед собой пачку сигарет, зажигалку, закурил. К нему подошел парень-официант:

— Доброе утро, уважаемый! Что будете заказывать?

Молодой человек взглянул на часы: 11–02. Действительно, еще утро. Хотя… но это неважно.

— Чашку настоящего кофе.

— Еще что?

— Пока все. И пригласи ко мне хозяина кафе, надеюсь, он на месте?

— На месте. Недавно приехал.

— Иди.

Парень, поклонившись, отошел от столика и скрылся за стеклянными дверями кафе.

Вскоре к молодому человеку вышел мужчина лет сорока:

— Салам, Оман!

— Салам, Шота! Как у тебя, все спокойно?

— Было спокойно. Если только ты не притащил за собой «хвост» особистов из гарнизона.

— Не волнуйся, я чист, как стеклышко.

— В части искать не будут?

Молодой человек взглянул на хозяина кафе:

— Шота! Ты, конечно, старше, и я уважаю твой возраст, но не кажется ли тебе, что ты задаешь вопросы, ответы на которые тебя совершенно не касаются?

— Молчу. Расул ждет тебя в моем кабинете! Лучше, если зайдешь с черного хода, от туалета.

— Я так и сделаю.

Хозяин кафе удалился, подошел официант.

Выпив чашку кофе, Оман Мансуров, сержант-контрактник батальона специального назначения, дислоцирующегося на территории небольшого гарнизона в 10 километрах от станицы, встал, направился к туалету, оттуда прошел к зданию, вошел в кафе через тыловую дверь. Очутился в коридоре. И сразу же вошел в кабинет, который находился справа по ходу из зала в первой комнате. Там, устроившись в кресле за журнальным столиком, сидел мужчина неопределенного возраста, чьи годы скрывала окладистая, с проседью, аккуратная бородка. Увидев гостя, мужчина произнес:

— Ты опаздываешь, Оман. Нехорошо заставлять старших ждать.

Сержант ответил:

— Я прибыл вовремя, пил кофе, отслеживая обстановку, или Шота не доложил тебе об этом?

— Доложил, но в перестраховке нет никакой необходимости. Мои люди контролируют ситуацию.

— Это хорошо.

— Да, это хорошо. Что имеешь сказать?

— Наш взвод уходит к Катавану послезавтра, в понедельник утром.

— Так. Значит, следующую неделю на блокпосту будешь ты с Жаровым?

— Точно.

— Тогда караван пойдет в ночь со среды на четверг. В полночь он дойдет к утесу. Проводник будет ждать сигнала на три часа. В общем, все, как всегда.

— Хорошо, Расул. Караван пройдет через пост.

Расул усмехнулся:

— Не сомневаюсь. Как ведет себя старший лейтенант?

— Нормально. А как он еще может себя вести?

— Не нервничает? Иногда, знаешь, люди, связанные с нашим бизнесом, начинают нервничать. С Жаровым не происходит подобного?

Мансуров отрицательно покачал головой:

— Нет, лейтенант в порядке. Ему придает уверенность то, что он не один, и особенно, что вместе с ним работает и замполит части! Да и деньги, что он получает, сглаживают настроение. Так что старлей весел, за бабами ударяет. Вот только жаден, но этого уже не исправить.

Расул махнул рукой:

— Жадность не самое худшее качество офицера. Было бы хуже, если б он сорил деньгами, вызывая вполне обоснованный вопрос, а откуда у взводного такие «бабки».

— Жаров спросит, сколько за пропуск этого каравана ты отвалишь «зеленых».

— Передай, пятьдесят тысяч. Сразу после возвращения взвода с блокпоста. А значит, в следующий понедельник здесь же, в кафе.

— Наркота пойдет?

— Да. Ты можешь об этом знать, Жаров с Индюковым — нет!

— Они и не узнают. У тебя все?

— Все. Да, чуть не забыл, Мулат решил выставить пост наблюдения за вашим объектом. Наблюдатель начал работу вчера. Так что, если какие проблемы, сразу весточку мне.

— Где Мулат посадил наблюдателя?

— В пещере, рядом с трещиной, на противоположном от блокпоста склоне Катаванского ущелья.

— Зачем?

— А вот это, Оман, не твое, да и не мое дело. Мулат сам определяет, что и зачем делать.

— Ладно. Пошел я.

— Давай, брат. Удачи тебе.

— Спасибо.

Мансуров вышел, сел в «девятку», проехал до канала. У моста остановился. Искупался. После чего направил автомобиль через станицу в сторону военного городка. Проехав контрольно-пропускной пункт, встал возле офицерского общежития. Посигналил и, выйдя из салона, направился в беседку, что стояла у волейбольной площадки, и сейчас была пуста. Вскоре к нему присоединился командир первого взвода первой роты спецназа, двадцатитрехлетний старший лейтенант Игорь Жаров.