"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Майерс Александр - Страница 1990

Забросив нанизанного на крючок мыша поперек слабенького течения в заводи, Бочкин уверенно выполнил донную проводку. Он, в отличие от некоторых опытных рыбаков никогда не использовал спиннинг, предпочитая «дедовский» метод, заключающийся в использовании одних лишь рук, стараясь, чтобы движения приманки напоминали максимально схожее поведение с живой движущейся тварью, случайно упавшей в воду и старающейся вернуться обратно на берег.

У хищника после такого должны были включиться инстинкты охотника, а рыбака охватывал настоящий азарт — ведь это просто непередаваемые чувства, когда по леске к рукам поступает невероятная вибрация от поклевки. Но происходящее действие должно быть максимально достоверным — так и проводка должна быть такой, чтобы она максимально напоминала движение добычи. Ну, а дальше, ждать, когда хитрая тварь поведется на «угощение» и накинется на наживку.

Первая и вторая проводки ничего не дали. Тогда Бочкин вытащил из рюкзака специально подготовленный квок. Возможно, удастся заинтересовать звуком эту чертову наглую рыбину, никак не желающую заглатывать наживку.

— Квок! Квок! Квок! — Понеслось в стоячем утреннем воздухе над заливчиком, когда Кирьян замолотил колотушкой по воде. Сделав небольшую паузу, после первых трех ударов квоком, Бочкин повторил эту несложную процедуру. — Квок! Квок! Квок! — Именно так и советовали квочить сома опытные рыболовы-профессионалы. Кирьян в этом деле тоже не был новичком, поэтому определенный опыт у него имелся.

Первая проводка с квоком тоже оказалась безрезультатной. А вот на втором «круге» водитель грузовичка ощутил явный рывок. Толстая леска, натянувшись, задрожала в его руках. Похоже, что удача, наконец-то обратила свое внимание на Бочкина, повернувшись к нему нужным местом. Кирьян бросил квок на дно лодки и схватился за толстую рыболовную бечеву обеими руками. Да, так и есть — неуловимая прежде рыбина реально заглотила наживку. Теперь самое главное, чтобы добыча не сорвалась с крючка.

При значительных размерах рыбины манипуляция вываживания требовала немалой сноровки. Сом — рыба очень сильная, но не резкая — он оказывает сопротивление главным образом массою и, как рыба донная, сильно упирается внизу, залегая или задевая за подводные предметы. Поэтому не следовало слишком форсировано его тащить, так как иногда большой сом, даже проглотивший насадку, не только обрывал бечевку-леску, но и крючок выскакивал из его нутра с куском желудка.

Все это Кирюха умудрился испытать в прошлый раз, поэтому действовал неторопливо и аккуратно, стараясь утомить подцепленную на крючок гигантскую рыбину. Пока ему это успешно удавалось — сом напористо тянул то вниз, то вбок, но сильно не дергался. И это устраивало рыбака, уже представлявшего в своем воображении, как он будет хвалиться перед приятелями, такими же заядлыми рыболовами, своей фантастической добычей.

Однако сом, упорно не желающий сдаваться, неожиданно проявил повышенную активность — резко дернув приманку. От такого рывка Бочкин чуть было не выпустил бечевку из рук, едва удержавшись в лодке. Но проклятая тварь и не думала успокаиваться, потянув вперед с такой силищей, что потащила за собой и лодку с упершимся ногами в резиновый борт рыбаком, не обращая внимания на опущенный якорь.

Очередной рывок Кирюха успешно пережил, но леска настолько сильно впилась ему кожу, что побелели пальцы. Ему пришлось немного отпустить бечеву, чтобы ослабить давление, чем и воспользовалась матерая рыбина, уйдя куда-то в глубину. Но Кирюха не отчаялся, за это время он успел нацепить на руки специально приготовленные для этого перчатки и вынуть из рюкзака колотушку. Такого красавца однозначно придется глушить, чтобы затащить его тушу в утлую резиновую лодку. Но лучше, конечно, дотянуть сома до самого берега, а уж потом…

Рыбина, по всей видимости, решила нырнуть еще глубже и дернула так, что лодка на мгновение встала боком, едва не зачерпнув воды.

— Сука! — Бочкин, не выпуская из рук натянутую до звона бечеву, поспешно откинулся спиной на дно лодки, пытаясь выправить её положение.

Пусть и с трудом, но ему это удалось. А вот дальше начались проблемы — при попытке подтянуть к себе добычу, Кирьян почувствовал, что она значительно потяжелела. Разбухнуть до такого состояния за короткий промежуток времени рыбина бы не смогла, значит, леска зацепилась за что-то на дне. Скорее всего, за какую-нибудь притопленную корягу, либо бревно.

— Что же так не везет-то, тля! — горестно воскликнул Бочкин, но бечевку из рук не выпустил, продолжая потихоньку подтягивать её к себе.

Его радости не было предела, когда он понял, что его потяжелевшая добыча все-таки помаленьку приближается. Выходило так, что подводный предмет, за который зацепилась леска — не намертво врос в придонный ил, а является вполне себе «плавучим». Еще и биение бечевы в руках практически прекратилось — скорее всего оно гасилось инерцией топляка. Однако Кирьян чувствовал, что рыбина все еще находится на крючке.

Слегка потравливая леску, на всякий случай закрепленную к одной из весельных проушин, незадачливый рыбак попытался выгребать к берегу, работая одной рукой. Основательно помучавшись, ему это удалось. Когда в мутноватой воде показалось дно, он без раздумий сиганул в прохладную воду, не обращая внимания, что её уровень превышал высокие рыбацкие сапоги.

Засунув за пояс колотушку, Кирьян осторожно принялся вытягивать добычу, с прицепившейся к ней топляком, поближе к берегу. Он уже отлично видел, как бурлит вода, вспененная хвостом крупного сома, беснующегося за кокой-то продолговатой хренью, похожей на бревно, отчего-то обмотанное тряпками.

— Давай, красавец! Давай, родной! — «уговаривал» Бочкин сома, размеры которого превышали все его даже самые смелые мечты. — Только не сорвись! Иди к папочке…

Как только Кирюха понял, что уже сможет дотянутся до бьющейся на снасти рыбины, он выдернул колотушку из-за пояса и отважно бросился «в атаку». Отпихнув сторону «бревно», отчего-то показавшееся рыбаку странно мягким, он ловко ухватил рыбину одной рукой за жабры, а второй принялся молотить его со всей дури колотушкой по голове. Удача сегодня была явно на стороне Кирьяна, ибо после нескольких точных ударов громадная рыбина «потухла» и практически перестала биться.

Отбросив в сторону колотушку, Бочкин ухватил добычу обеими руками и, поскальзываясь на скользком иле, спешно потащил её на берег, пока не очнулась. Зацепившееся за леску бревно, тоже продолжало волочиться следом, замедляя продвижение. Выбравшись на пожухлую прибрежную траву, Кирьян рванул из ножен на поясе охотничий нож и одним движением отрезал бичеву, освобождая сома от прицепившегося груза. С трудом оторвав гигантскую (размером едва ли не самого Бочкина), скользкую рыбину от земли, он с трудом перевалил её через борт в кузов грузовичка. А после, забравшись следом, с хрустом пробил сому черепушку ножом.

Затем, тяжело дыша, Кирьян упал рядом со своей реализовавшейся мечтой со счастливой улыбкой. Да, сегодня именно его день! И ничто в мире не сумеет его испортить!

Слегка отлежавшись и налюбовавшись на огромную тушу, Бочкин решил собрать манатки и двинуть до дома — нужно было еще успеть похвастать перед друзьями-приятелями таким шикарным уловом. То, что в ближайшие десятилетия никто из рыбаков в Нахаловке, да и во всем районе, не сможет его переплюнуть, Кирьян ничуть не сомневался. О его добыче будут слагать легенды — даже полностью разведенные сторону руки не помогут оценить размер его добычи!

Рыбак выбрался из кузова и побрел к реке — нужно было вытащить из воды лодку, которая брошенной болталась неподалеку от берега. Зайдя в воду, Бочкин вновь наткнулся на странное «бревно», застрявшее на отмели, при помощи которого ему удалось-таки вытащить из заводи непокорную рыбину. Этот топляк ему что-то напоминал, вот Кирьян не мог понять что именно. Бочкин заинтересованно толкнул ногой бревнину, на которую был напялен какой-то размохраченный мешок, и застыл в немом ужасе — из прорехи, оставленной беснующимся сомом, выпала синюшная человеческая рука.