"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 950

— Если все сбегут, то кто будет удерживать фронт? — спросил Николай Николаевич. — Нам нужны солдаты, мы не должны позволять им разбегаться!

— Товарищ Ленин со дня на день сделает заявление о начале первого этапа демобилизации, — произнёс Сталин. — И первыми домой уйдёт призыв 1899 года. (1)

— Что можете сказать, товарищ Сталин, о моём рапорте в Петроградский Совет? — поинтересовался генерал. — Одобрят ли мою кандидатуру на должность Верховного главнокомандующего?

— Уже, — улыбнулся Иосиф Виссарионович. — Совет решил, что вы единственный, кто понимает, как правильно вести войну. Но он также решил, что вас одного будет недостаточно, поэтому вам в помощь собирается назначить товарища Немирова — главным советником.

— Что это значит? Что за главный советник? — не понял Алексеев.

— Пришлют пояснительную записку, — махнул трубкой Сталин. — Важнее то, что вы будете делать — Владимиру Ильичу хочется верить, что вы двое не подведёте нашу Советскую республику и сможете скорейшим образом приступить к формированию Красной Армии. А мы, с нашей стороны, окажем полнейшую поддержку ваших начинаний.

— Сразу хочу сказать, что есть потребность в пулемётах системы Мадсена, — произнёс Аркадий. — Непонятно, что происходит на Ковровском заводе, но производство там разворачивали ещё при царе. Ни одного пулемёта мы оттуда до сих пор не получили.

— Мы можем отправить туда кого-нибудь надёжного от партии, — предложил Сталин. — Но не ждите быстрых результатов — человеку придётся вникнуть в суть проблем.

— Предлагаю отправить туда специалистов, — ответил на это Немиров. — Генерал-майор Фёдоров с Дегтярёвым, его учеником, как я полагаю, смогут разобраться, в чём проблема.

— Это же датский завод… — произнёс Сталин.

— Нужно выкупить его, — заявил Аркадий. — Дайте датчанам денег, и они заткнутся. Нам остро нужны ручные пулемёты — они нужны будут во всех войнах будущего.

— А пулемёты типа Максим? — сразу же заинтересовался Сталин.

Немиров давно уже заметил за ним особый интерес к концептуальным вопросам военного дела. Например, теперь Ленин посвящён в подробности вопроса бронетехники и даже обещал побеседовать с Аркадием на тему производства броневиков.

— Они тоже нужны, но лишь до тех пор, пока мы не разработаем нечто, чему я ещё не придумал названия, — ответил Аркадий. — Это будет универсальный пулемёт, который можно будет использовать в пехоте, в авиации, на броневиках, на море, а также со станка. Эта концепция открылась мне, когда я воочию увидел пулемёты системы Максима, установленные на броневик Остин-Путиловец. Мне показалось интересным обдумать, а что будет, если броневик будет выведен из строя? И тогда я подумал, что пулемёт извлекут из броневика и вновь поставят на тяжёлый станок. А зачем, если можно создать нечто универсальное?

— И вправду… — с задумчивым видом произнёс генерал от инфантерии Алексеев. — А зачем?

До концепции единого пулемёта первыми дойдут немцы — примут на вооружение свой знаменитый MG-34, работающий на принципе отдачи ствола с коротким ходом. Это, к слову, тот самый принцип, который просто обожает Владимир Григорьевич Фёдоров.

— Я хочу обратиться к генерал-майору Фёдорову с особым заданием, — продолжил Аркадий. — Он должен будет разработать две модели универсального пулемёта. Масса изделия не должна превышать десяти килограмм. Скорострельность — не менее шестисот, но не более тысячи двухсот выстрелов в минуту. Боепитание ленточное, но, если не получится, то магазинное. Главное требование — пригодность для применения во всех указанных родах войск.

— Почему две модели? — поинтересовался Сталин.

— Владимир Григорьевич набил руку на принципе отдачи ствола с коротким ходом, — ответил Аркадий. — Но я считаю более перспективным принцип отвода пороховых газов.

— Всё это относится к… — не понял Сталин.

— Принципы работы автоматики, — пояснил Аркадий. — То есть, каким образом осуществляется зарядка следующего патрона после выстрела. В случае с коротким ходом ствола, при выстреле ствол и затвор, соединённые между собой, двигаются на несколько миллиметров назад. В ходе своего дальнейшего движения, затвор отсоединяется от ствола и захватывает стреляную гильзу, чтобы осуществить процесс её выброски. Возвратная пружина толкает затвор и он, в ходе обратного движения, захватывает новый патрон и помещает его в ствол. Новый выстрел и порядок действий повторяется. Теоретически, можно достичь скорострельности в 1500 выстрелов в минуту.

— А зачем такая скорострельность? — поинтересовался Иосиф.

— Зенитные варианты, — пожал плечами Немиров. — Да и никто не знает, как сложится в будущем характер боевых действий. Возможно, такая скорострельность потребуется и против пехоты — если пехота получит на руки автоматическое оружие наподобие Автоматов Фёдорова. В таком случае универсальный пулемёт должен иметь превосходство в скорострельности.

— А вот второй принцип — отвод пороховых газов? — спросил Сталин.

Генерал Алексеев всё это давно уже знает, но тоже слушает с интересом.

— Этот принцип объяснить проще, но устроить сложнее, — улыбнулся Аркадий. — В стволе, обычно где-то во второй его трети, делают отверстие, которое ведёт в газовую трубку, в которой находится газовый поршень. Пороховые газы, проникающие в это отверстие, толкают газовый поршень, который передаёт своё движение затвору, который делает то же самое, что и в предыдущем случае — извлекает стреляную гильзу и, на возвратном движении, досылает новый патрон. Отдача оружия в таком случае меньше, а сама система надёжнее. Ну и скорострельность можно достичь чуть меньшую, чем при отдаче ствола. Я только предполагаю, что предел, в самых идеальных условиях — около 1200 выстрелов в минуту. Но, возможно, что я ошибаюсь.

— И что лучше? — спросил Сталин.

— Нельзя сказать однозначно, что лучше или хуже, — пожал плечами Немиров. — У каждого принципа есть свои преимущества и недостатки. Принцип отдачи ствола реализовать легче, но принцип отвода пороховых газов видится мне более надёжным. Ну и в первом случае почти ничего не поделать с высокой отдачей, а во втором случае уже есть готовые решения.

— Хм… — задумался Сталин и начал заново набивать свою трубку.

— Поэтому я и хочу, чтобы было сделано две модели, — вздохнул Аркадий. — Что-то из двух точно получится. И особые надежды я возлагаю на Дегтярёва.

— С чем это связано? — спросил уже генерал Алексеев.

— С тем, что Дегтярёв уже разработал и довёл до войсковых испытаний автоматическую винтовку, — ответил Аркадий. — Почему её так и не приняли на вооружение — это для меня загадка. И эта винтовка работает на принципе отвода пороховых газов. Я думаю, что Дегтярёв в компетенции по этой до сих пор не самой популярной системе опередил большую часть отечественных оружейников. И разрабатывать новый пулемёт должен именно он.

— Допустим, я добьюсь выкупа ковровского завода и уговорю руководство отправить в Ковров Фёдорова и Дегтярёва, — произнёс Сталин. — Как быстро они смогут разработать пулемёты?

— Сложный вопрос, — ответил на это Аркадий. — Слишком много «если». Но нам, пока что, за глаза хватит и Мадсенов. Важно, чтобы немцы не поняли того, что поняли мы и не стали в ответ наращивать концентрацию ручных пулемётов во взводах.

Риск, что немцы что-то поймут, был всегда, но и Немиров не придумал ничего принципиально нового. Идея с ручными пулемётами всем давно уже известна, но у немцев всегда своё видение. Один пулемёт на отделение, один автомат у командира отделения, а остальные солдаты с Кар98к — такой формат они посчитают оптимальным.

Аркадий же считает, что в отделении должно быть два ручных пулемёта, а у каждого стрелка должна быть самозарядная винтовка. В целом, к 40-м годам в РККА пришли к правильному видению. Только вот не успели перевооружить армию, поэтому до конца войны производились Мосинки, которые дешевле и проще.

В итоге, конечно, пришли к тому, что постарались обеспечить максимальную концентрацию пистолетов-пулемётов, так как увидели, что большая часть боёв происходит на дистанции до 150 метров.