"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 1733

— Век воли не видать, легавый, — произнёс он. — Соколовский…

Арбузов захлебнулся кровью, широко раскрыл рот, выгнулся дугой.

— Брось пистолет! — потребовал Вовка. — Обернись!

Я заметил, что на светофоре снова загорелся жёлтый огонёк. Машины позади и справа от меня взревели моторами, будто за секунду до старта на гонках. У меня над головой истошно завопили чайки.

Серый опустил поясницу на асфальт, нашёл меня взглядом.

— Добей, легавый, — прошипел он. — Больно…

По его губам хлынула кровь. Арбузов затрясся от кашля, поскрёб скрюченными пальцами по асфальту. Машины справа от меня пришли в движение за секунду до того, как на светофоре зажёгся красный свет.

Я всё ещё удерживал пистолет стволом вверх. Увидел, как рванули к улице Щорса автомобили. Белый «Москвич» и такси объехали стоявшие на дороге мотоциклы и рванули наутёк, будто в порыве паники.

Я медленно развернулся, зажмурился от яркого солнечного света. Увидел пристально смотревшую на меня сквозь лобовое стекло Надю (живую). Перевёл взгляд на лицо своего младшего брата.

Вовка стоял у капота своей «шестёрки» с пистолетом наизготовку. Стволом ПМ он указывал на мою грудь. Я заметил на лбу у Владимира те самые складки морщин, которые так не нравились мне в будущем.

Я улыбнулся и сказал:

— Привет, Вовчик. Опусти пистолет. Пока не испортил мне спортивный костюм.

— Димка⁈

Мне показалось, что Владимир отшатнулся. Его руки дёрнулись — ствол ПМ сместился в сторону (теперь он смотрел на моё правое плечо). Я чуть склонил голову, чтобы брат лучше рассмотрел моё лицо.

— Убери оружие, — сказал я.

Вовка опустил руки — чёрный глаз-дуло его пистолета будто бы осмотрел меня с головы до ног. Он уставился в землю около носов моих кроссовок. Владимир хмурился. Не спускал с меня глаз.

Я тоже опустил пистолет. Заметил, что автомобили аккуратно объезжали нас, будто бы огибали место аварии. Водители и пассажиры машин с любопытством посматривали на нас через приоткрытые окна.

— Димка, что происходит? — спросил мой младший брат.

У меня за спиной вновь зашёлся в булькающем кашле Сергей Арбузов. Я оглянулся — в тот самый миг, когда Серый вновь выгнулся и засучил по земле ногами. Я повёл пистолетом, выстрелил Серому в сердце.

Арбузов снова вздрогнул и тут же обмяк.

Я повернулся к брату, поднял руку и направил ствол пистолета на Вовкино лицо.

Мой младший брат вскинул брови.

— Брось пистолет, Вовчик, — сказал я.

Владимир чуть дёрнулся, заглянул мне в глаза — я прочёл в его взгляде удивление и обиду.

Мой младший брат покачал головой.

— У тебя закончились патроны, Димка, — сказал он. — Это был восьмой выстрел.

— Знаю, — ответил я. — Но этого не знают свидетели. Те, кто на нас с тобой сейчас смотрит.

Ствол моего пистолета пришёл в движение, нарисовал перед лицом Вовки воображаемую окружность. Владимир взглянул мне за спину на объезжавшую нас бежевую «Волгу». Машины сигналили, но не останавливались.

— Напишешь в рапорте, что твой пистолет заклинило, — сказал я. — Поэтому ты в меня не выстрелил. А после я взял тебя на мушку и разоружил. Понимаешь? Брось пистолет, Вовка, не глупи.

Мой младший брат разжал пальцы. ПМ вывалился у него из руки и звякнул о дорожное покрытие около переднего колеса «шестёрки». Я шагнул вперёд и отбросил Вовкин пистолет под машину.

— Ты меня не видел, Вовчик, — заявил я. — Скажешь, что мотоциклисты устроили перестрелку. Лицо хозяина «Явы» ты плохо рассмотрел. Придумаешь что-нибудь, брат. Не мне тебя учить.

Владимир повторил:

— Димка, что происходит?

Вовка скосил взгляд на «шестёрку»; жестам велел, чтобы его жена осталась в салоне. Он опёрся кулаком о капот машины, смотрел мне в лицо. Будто бы не замечал направленный на него пистолет. В небе над дорогой громко прокричали чайки, они словно возмутились бездействием капитана милиции Владимира Рыкова (или им не понравилось, что я направил на Вовку пистолет?). Машины сигналили нам. Но не останавливались. Я прислушивался к биению в моей груди сердца — оно отсчитывало секунды.

— Это было покушение на твою жену, брат, — сказал я. — На следователя прокуратуры Надежду Рыкову.

— Что?

Вовка вновь вскинул брови.

— Надю хотели убить, — сказал я. — Понимаешь?

Владимир взглянул мимо меня — туда, где на дороге лежало тело Серого. Я отметил, что чайки всё ещё кружили над нами, словно падальщики заметившие на земле долгожданную добычу.

— Покушение? — сказал Вовка.

Он стрельнул взглядом сквозь лобовое стекло автомобиля — посмотрел на свою жену. Я на шаг отступил от него, но пистолетом всё ещё указывал на живот своего младшего брата.

Сообщил:

— Я сваливаю, Вовчик. Сейчас нет времени на болтовню. Скоро сюда явятся твои коллеги. Я позже тебе всё объясню. Не сегодня. Договорились? Загляну к тебе домой завтра вечером. Всё расскажу. Обещаю.

Следом за мной от Вовкиной машины попятилась и моя тень. Я взглянул на сидевшую в салоне Надю (побледневшую, но живую и даже не раненную), улыбнулся ей. Задел взглядом тело Сергея Арбузова, лежавшее на дороге в тёмно-красной луже крови. Обошёл «ИЖ Планета Спорт», добрался до Колиного мотоцикла. Щёлкнул флажком предохранителя, сунул пистолет за пояс. Одёрнул кофту, поправил перчатки. Заметил, что светофор поглядывал на меня с перекрёстка зелёным глазом — он пока не мигал.

Вовка не сошёл с места, следил за мной — хмурился, покусывал губы. Я отметил, что для моего младшего брата и для его жены будущее уже кардинально изменилось. Потому что никакого запаха крови в салоне Вовкиной «шестёрки» сейчас не было — там по-прежнему «мирно» попахивало выхлопными газами. Вовка сейчас не лежал без сознания, навечно запомнив так и прозвучавший сегодня последний Надин вопрос. Он хмуро смотрел на меня и напряжённо гадал, не сошёл ли его брат Димка с ума.

Мотор Колиного мотоцикла послушно взревел. Чайки-падальщицы возмущённо закричали, набрали высоту. На светофоре замигал зелёный огонёк — он будто бы меня поторапливал. Я убрал ногой подножку, пропустил мимо себя бежевый ВАЗ-2104. Отметил, что водитель «четвёрки» на меня не взглянул — он рассматривал лежавшее на дороге в кровавой луже тело Серого. По вискам под мотошлемом скользнули холодные капли пота. Я поддал газу, мотоцикл подо мной дёрнулся и покатился к перекрёстку.

Я проехал мимо красной «шестёрки», мимо чёрно-оранжевого «ИЖ Планета Спорт». Мой младший брат по-прежнему стоял около капота своего автомобиля. Я проехал и мимо него. Почувствовал на себе взгляды Вовки и его жены. Сердце в моей груди билось ровно и спокойно. Я заметил, как светофор просигналил мне золотисто-жёлтым взглядом. «Ява-350» ускорил ход, будто спешил прошмыгнуть мимо закрывавшейся двери. Я пристроился за голубым «Запорожцем», свернул вслед за ним на улицу Щорса.

В прошлый раз милиционеры частично выяснили маршрут, по которому скрылся расстрелявший меня и мою жену мотоциклист. Он проехал четыре квартала по улице Щорса, свернул в переулок Каштанов. Там он заехал во дворы, по ним добрался до улицы имени Клары Цеткин. От неё мотоциклист рванул в направлении посёлка Зареченский. Сейчас я двинулся в точности тем же путём, каким в прошлый раз покидал перекрёсток Сергей Арбузов — человек, в моей прошлой жизни убивший мою жену Надю и Сашу Лебедеву.

В прошлый раз черно-оранжевый мотоцикл «ИЖ Планета Спорт» в посёлке никто не запомнил, будто расстрелявший мою машину мотоциклист свернул, не доехав до моста через реку. Но я заехал на мост. Убедился, что жара разогнала с берега рыбаков — лишь метрах в двухстах от моста в реке плескались люди (там был небольшой песчаный пляж, который посещали жители Зареченского). Я проехал по мосту до середины. Остановился, словно залюбовался вдруг похожими на рыбью чешую блестевшими на солнце волнами.

Огляделся — людей поблизости не увидел. Как не заметил и чаек. Подкатил мотоцикл к перилам, достал из-под кофты пистолет. Перила моста были гладкими и тёплыми. Я провёл по ним рукой, разжал пальцы. Колин ПМ полетел навстречу с рекой. Я проводил его взглядом. Под воду пистолет ушёл почти беззвучно. По речной поверхности побежали круги, словно там всплеснула некрупная рыба. Я расстегнул и снял кофту, повязал её себе вокруг поясницы. Мою прикрытую теперь лишь футболкой спину погладил тёплый ветерок.