"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 1625

Во дворе собралась изрядная толпа вооруженных мексиканцев разного роста и уровня жадности. Они навели на меня стволы своих крутых, а как же иначе, пушек, но меня их пукалки почему-то не испугали.

Я вышел на середину двора и барским жестом поманил к себе их предводителя.

— Сеньор Альвар, будьте любезны, подойдите на пару слов!

— Ты что, бессмертный? — с ужасом в голосе спросил здоровяк, открывший мне дверь.

— Уж побессмертнее того чудака, что должен был вас от меня охранять, — ответил я громко, чтобы услышали все собравшиеся. — Если интересно, сходи его проведай, он там на травке отдыхает. Парень, кстати, поговорил со мной две минуты и принял правильное решение: дал деру как испуганная девчонка. Жаль, передумал.

Речь моя достигла ушей собравшихся. Смуглые южные парни заметно побледнели. Я заметил краем глаза, что многие тайком крестятся. Лишь бы не начали все одновременно стрелять с перепугу. Попадут по большей части в своих же соседей, я для того и встал посреди двора. Но даже если бы они выстроились в шеренгу, я бы не особо волновался. Сейчас мое предчувствие опасности было выкручено на полную катушку, я бы среагировал раньше, чем они приступили к делу.

Дон Пабло не торопился приблизиться ко мне, но по крайней мере встал. Это большой шаг для человечества, я имею в виду, для наших переговоров.

— Сеньор Альвар! Повторю то, что уже сказал клоуну, что вышел меня встречать, а сейчас лежит мертвый в цветочках за воротами. Хотя мне абсолютно не нравится то, что вы делаете, вы мне не интересны. Отдайте мне беглого русского преступника, которого вы зачем-то укрываете. Я заберу сеньора Коробкова и удалюсь. А вы творите дальше свои мерзости, разбирайтесь с властями, кто кому сколько денег должен, ваши дела меня не касаются.

Я говорил так же громко, чтобы все осознали, что им придется умереть ради какого-то жалкого замухрышки.

— Он показал свою полезность, — подал наконец голос большой босс. — А ты посмел вломиться в мой дом и мне приказывать? Что будет с моей репутацией, если я пойду тебе на встречу?

— Дважды! — поправил я дона Пабло.

— Что «дважды»? — не понял большой босс.

— Дважды вломился в твой дом, — терпеливо пояснил я. — Или разгром твоей фабрики не считается?

— Он издевается над нами, — воскликнул дон Пабло. — Уберите это существо с моей лужайки.

Он хотел степенно и гордо удалиться в дом, но первый выстрел я направил ему в колено. Разумеется, после этого во дворе разверзся сущий ад, но, как я предсказывал, попадали отчаянные вояки исключительно друг в друга. Я переместился за их спины, и принялся бегать вокруг быстро тающей толпы, расстреливая всех подряд.

Ближняя часть команды поддерживала меня огнем от ворот. Вильям пробирался по дальней части двора, там, где сгрудились огромные грубые внедорожники. Так он, пригибаясь и прячась от не особо обращавших на него внимание бандитов, добрался до крыльца, с которого пытался отползти в помещение дон Пабло. Остановил его агент грубо и безжалостно — просто наступив ему на копчик. К тому времени битва, по сути, уже закончилась. Последние точки в перестрелке поставили дамы со снайперскими винтовками, успевшие подобраться ближе, пока я препирался с большим боссом.

Мы всей командой поднялись на крыльцо, чтобы послушать начавшийся диалог. На мой взгляд, беседа не задалась.

— Помните меня, сеньор Альвар? — поинтересовался Вильям ехидно. — Я нашу встречу никогда не забуду.

— Да будь ты проклят вместе со всеми своими гринго, — плюнул в него дон Пабло.

Вильям пожал плечами и выстрелил дону Пабло в голову.

— У кого-нибудь найдется смартфон? — спросил он. — Я должен приложить к отчету фотографию.

— У меня найдется! — вышла вперед Элен.

Мы оставили этих двоих разбираться со своими шпионскими играми, а сами прошли в дом искать Коробкова. У кого-то другого это заняло бы много времени, особняк впечатлял размерами и был наполнен испуганной прислугой и домочадцами, чью роль в жизни покойного наркоторговца я с трудом представлял. Наверное, к нему, как и к любому очень богатому человеку, нахлебники слетались как мухи на варенье. Последнее слово я выбрал из вежливости.

Все эти людишки пищали по углам, начинали в панике бегать в самый неподходящий момент и страшно отвлекали. Какой-то недоросль даже пытался махать у меня под носом пистолетом, так я в третий раз в жизни увидел легендарного Красного Дракона и конечно же отобрал себе в коллекцию.

Я уже шел, точнее ехал по следу Коробкова, так что встать на него снова мне не составило труда. И я, конечно, чувствовал, где он находится сейчас. Спрятался наш беглец в подвале, где у прекрасного дона Пабло, как у всякого уважающего себя плантатора, располагался винный погреб.

По левую сторону от лестницы стояли стеллажи с бутылками, но овечий директор хоронился между бочками, конечно же, ряды которых и заполняли подземный этаж. Ирина с Натальей пару раз цокнули языком, читая таблички. Я спросил, разбираются ли они в вине, и заработал два испепеляющих взгляда. Тогда я предложил дамам взять мел и пометить лучшие десять бочек в этом хранилище.

— Я там текилу видел! — встрял Вронский.

— Возьмем и ее. В конце концов мы в Мексике.

Мы дошли до конца хранилища. Не хотелось устраивать тут винный потоп, поэтому я дал знак Ирине. Она гаркнула командным голосом:

— Вылезай, директор!

Противиться ее приказу беглец не смог. Выполз, нервно отряхивая с рубашки пыль и паутину. Пришла пора мне с ним побеседовать. Я сбросил личину и снял шлем.

— Добрый день, Виталий Сергеевич. Вы знаете, кто я?

Коробков всматривался пару минут в мое лицо. Я его понимаю, в хранилище было темно.

— Ирина, будь любезна! — попросил я Орлову.

Она поняла меня с полуслова и осветила мне лицо фонариком. Коробков испуганно попятился.

— Вижу, вы меня узнали, Виталий Сергеевич. Я все же напомню: по вашему приказу меня убили и отправили в пансионат «Заря», где милые люди в белых халатах должны были разобрать мое тело на запчасти. Они так же поступали с огромным количеством людей, а изъятые органы некая компания «Красные овечки» продавала на черном рынке.

Коробков начал бормотать что-то извинительно-протестующее. Сашка, не выдержав, ударил его по лицу.

— Кстати, — прокомментировал я, — капитана Вронского вы тоже должны знать. Его привезли в пансионат к милым хирургам. Зачем? Он слишком близко подобрался к вашим грязным секретикам? На вашу беду, я воскрес. А нет ничего опаснее, чем обиженный и мстительный мертвец. Я разгромил ваш офис, убил персонал, в такой компании не могут работать невиновные. Я разгромил ваши склады и практически уничтожил весь ваш бизнес. Вот только вы очень вовремя сбежали за границу. Но сами видите, я могу найти вас даже под землей. И, если понадобится, найду, не сомневайтесь.

Я обернулся к Сашке.

— Капитан, сделайте одолжение, проводите нашего гостя к автомобилю. Целостность его бесценной тушки меня не сильно волнует, но хотелось бы, чтобы он мог передвигаться на собственных ногах и не пугал прохожих помятым лицом.

Вронский уволок директора за шиворот, а я начал прибирать в «карман» бочки с крестиками, не забыв прихватить несколько бутылок со стеллажей, чтобы мы смогли отпраздновать успешное завершение операции в ближайшее время. Там нашлись и вино, и текила с мескалем, я в местных марках ничего не понимал, но дамы и здесь пришли мне на помощь.

Из погреба мы поднялись в кабинет директора, там я в очередной раз провернул фокус со вскрытием сейфа, удалось извлечь очередную гору наличных. Наш вояж обещал не просто окупиться, а принести всем участникам ощутимую прибыль. Но я считаю, что так и должны проходить операции агентства «Немезида». Я чувствовал себя виноватым, что наше путешествие в Житомир не принесло моим друзьям денег.

Мы вышли из дома и застали умилительную картину. Утомившийся агент Вильям уснул прямо на крыльце рядом с телом покойного сеньора Альвара. Они лежали, почти как Ромео и Джульетта.На ступеньках сидела мисс Баркли. Я подал ей руку, помогая встать.