"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 1509

— Ты осмелел, потому что с тварями связался? Ты же не сам на них вышел, Гвоздь? Кто тебя с цепи спустил? Колись, мразота, иначе я тебя научу, как обращаться с гвоздями, а фантазия у меня больная, но богатая!

И Гвоздь раскололся. Натравил его на славный город Нарышкин мой добрый друг Вержицкий. Дом княгини Дятловой нужен был барону позарез, зачем, Гвоздю, конечно, никто не сообщил, но что это связано с тварями, он и так догадался. Гвоздь хотел пришить Треплова на стрелке, но Вержицкий велел его похитить, и да, это была засада на меня любимого. Не на ничтожного дворянчика Васнецова, разумеется, а на охотника Петрова, о котором ходят слухи по всей губернии.

Спецназ, который мы с Соней доблестно разнесли по кочкам, также предоставил Вержицкий. Я еще удивлялся, что крутовато они выглядят для обычных бандюганов. Да что толку, ничего не умеют, дурни.

По ходу беседы Соня вдруг подскочила с места и началась рыться в ящиках стола и выудила оттуда визитку Красного Гостя.

— Как ты догадалась? — восхитился я.

— Дежавю — такое дежавю, — ехидно ухмыльнулась напарница. — Что я могу поделать, если все свинтусы в этом мире мыслят одинаково.

— Не оскорбляй их словом «мыслить». Кстати, ключа от сейфа там не видно?

— Чего нет, того нет, — не слишком убедительно расстроилась Соня.

— Сейф нам Гвоздь, конечно, вскроет, — встрепенулся Цитрамон, — но что вы там найдете? Несколько тысяч на текущие расходы, да пистолет с одним патроном. Ладно, шучу, с двумя.

Похоже, нас друг Овсов пришел в себя от пережитого.

— Настоящий склад у него в подвале, — продолжил авторитет.

— Мы там ничего интересного не видели.

— Думаете, у такого солидного господина всего один подвал? Есть еще потайной погребок, о котором никто не должен знать. Только вот я знаю, — Цитрамон злорадно ухмыльнулся. — У меня разведка хорошо работает. Разрешите, я с ним побеседую?

— Охотно, но сперва пусть расскажет, как он свел знакомство с самим Красным Гостем.

Вскоре мы выяснили, что визитку ему дал все тот же Вержицкий, звонить по указанному на карточке номеру, конечно же, строго воспрещалось, но следовало предъявлять ее как знак принадлежности к определенным кругам. Например, такую же ему показал покойный Коробков, когда ему потребовалось развернуть компанию «Красные овечки» в Гречине и окрестностях.

Далее к беседе подключился Цитрамон, мы открыли сейф, в котором и впрямь ничего интересного не нашлось. Овсов сводил нас в закрома, действительно очень хорошо замаскированные, а там уже хранились ценности в масштабах Скруджа Макдака в рублях, валюте и драгоценностях.

Треплов на этом не успокоился, начал расспрашивать Овсова про банковские счета и прочее скучное. Соня откровенно раззевалась, да и я устал слушать этот бред. Ликвор требовал покоя, чтобы устаканиться и привести в порядок истерзанное тело. В душе же горела ненависть, побуждая крошить и убивать. Я не истратил ее на допрос Гвоздя, потому что мы его почти и не пытали, отвесили пару затрещин, чтобы придать мыслям нужное направление, он и так был полностью деморализован.

Вопрос стоял ребром, что с делать с гадом. Соня порывалась его пристрелить, Овсов ныл, что он все рассказал, осознал, и сделал выводы, и будет вести себя хорошо. Треплов молча рассматривал Овсова оценивающим взглядом, от которого Гвоздя передергивало. Прошлый «Я» точно бы выбрал вербовку ценного агента в криминальной среде, но меня нынешнего заполняла ненависть. Я вспоминал гнутые гвозди в пыточной, и страстно хотел свернуть ублюдку шею.

Дискуссия кончилась тем, что Треплов и Соня уставились на меня, ожидая моего решения. Я велел всем прекратить заниматься ерундой и идти собирать трофеи. Сотня бароновского спецназа была очень неплохо экипирована, сам я использовать их броню и оружие не собирался, но Маузеру сгодится. Гора денег также сама себя по багажникам автомобилей не распихает.

Треплов, саботажник и симулянт, не отказывался от участия в общих хлопотах, но кряхтел, охал и всячески демонстрировал, как ему, страдальцу, тяжко. Нас с Соней его муки не трогали, а Овсова никто не спрашивал.

В итоге ценности были погружены в два джипа, они были припаркованы тут же на территории. Цитрамону вручили пистолет, телефон и Овсова в полное распоряжение. Я напомнил Треплову, что он должен построить дом для Степаниды Дмитриевны. Он попытался что-то вякать про дележ добычи, на что я спросил:

— Ты правда считаешь, что это твоя добыча?

Удачно вышло, что мы стояли посреди двора, усеянного трупами спецназовцев и людей-пауков.

— Радуйся, Виктор Семенович, что я не претендую на деньги со счетов этого недоразумения, — я отвесил подзатыльник Овсову. — Уверен, что их хватит на домик пенсионерки с лихвой. И помни, Цитрамон, ты дважды обязан мне своей жизнью. И ты, Гвоздь, мне тоже задолжал.

Мы выехали с территории особняка Овсова. Когда ворота скрылись из виду, я притормозил, Соня, двигавшаяся за мной. Также остановилась, и мы вышли на воздух.

— Ну что, сразу на дачу, или сперва заскочим к Маузеру? Вообще-то мне надо свою машину забрать, — затараторила Соня.

Она видела, что я неспокоен, и явно боялась, что я выкину что-нибудь безумное.

— Я хочу заскочить домой.

— На дачу же?

— Какие-то уроды шарятся в имении Васнецова. Я поеду и вышвырну этих дебилов из своего дома.

От автора:

Дорогие читатели! Если вам понравилась книга, а мы с вами давно перевалили через экватор первого тома, пожалуйста, подпишитесь на меня! Мне это чрезвычайно важно, от этого зависит дальнейшая судьба цикла! Заранее благодарен!

Глава 19

— Ты — не Васнецов! — прошипела Соня, как казалось, разъяренно, но на самом деле скорее взволнованно. — А теперь тебе нужно отправиться домой и лечиться. И домой это не к Васнецову! А туда, где живут люди, которым ты дорог. Включая твою неожиданную дочурку. Думаешь, если ты сбросил ее на случайную старушку, этого достаточно?

— Я думаю, что завтра мне говорить с козлищем Вержицким. И я хочу размазать его по стенке.

— Ну и размажь. Одной пули достаточно, чтобы вышибить ему мозги.

— Да нет, — я поморщился. — Я его может даже и не убью.

— Как это «не убьешь»? — Соня искренне удивилась.

— Моя цель не обнаглевший барон, а проклятый Красный Гость. И Вержицкий знает о нем больше, чем кто-либо еще. В нашем поле зрения, конечно. А еще я хочу знать, что он ищет в доме Васнецова. И у Дятловой, кстати, тоже.

— И ты среди ночи на тачке, полной бабла и стволов поедешь на пепелище разбираться?

— Да!

— Как же ты меня бесишь! Поехали!

— Но…

— Ты ранен и не в себе! Я тебя одного не пущу! И это… облик смени.

— Я не могу.

— Что?

— Не получается. Я пытался, правда. Да и пусть к ним вломится сам Васнецов, это же логично и гармонично!

— Да твою ж мать! Хоть переоденься во что-нибудь! Светить комбез нельзя, он не из этого мира, и кто-нибудь его узнает.

Костюм, в котором я давал показания, оставался в багажнике машины Сони. Пришлось делать крюк, чтобы переодеться.

— А что это вы тут делаете? — спросил я спецов, которые, несмотря на глубокую ночь, уже близящуюся к рассвету, все еще возились с чем-то в глубинах моих фамильных развалин.

С помощью маленького «домашнего» экскаватора кто-то разрыл землю посреди сгоревшего дома, чтобы получить доступ к подземному этажу. А возможно, при пожаре подвал обрушился. Теперь на этом месте стоял некогда белый шатер. Я в него и зашел, размахивая пистолетом, взятым из сейфа Гвоздя. Я не хотел, чтобы баллистическая экспертиза связала Васнецова с Петровым, поэтому и заменил Тихоню, благо Скорпион Овсова оказался и тихим, и точным.

В центре шатра из земли торчал серебристый металлический цилиндр высотой немного больше метра и сантиметров тридцать в диаметре. Справа от него расположилась химическая лаборатория, сердцем которой служила большая емкость с кровью, возможно плазмой. Рядом грудились перегонные башни, приборы для титрования и прочее оборудование, которое я обычно находил в экспертных лабораториях. Вокруг суетилась пятерка субъектов не от мира сего в белых халатах. Точнее суетилась четверка мужчин, пятая же, миниатюрная брюнетка, уютно устроилась в кресле, наблюдая за рабочим процессом.