"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 1504

Я имею честь работать в организации, которая пытается контролировать инвейдеев. Хотя «контроль» — не самое подходящее слово. Скорее подойдет «наблюдение».

Вернемся к злосчастной «Заре». Бедный помещик Андрей Васнецов был убит в Заре. Или даже раньше. Нет-нет! Вы обещали мне терпение! Лично я уверен, что в пансионат привезли мертвое тело. Но Васнецов воскрес, а значит вы — инвейдей. Я знал об этом еще с нашей первой встречи в Дворянском клубе. Мне даже не понадобилась зеленая лампочка. Вы уж извините, не знаю, как вас зовут на самом деле, или звали, но Андрей Владимирович был слабым и глупым молодым человеком, плохо приспособленным к жизни. У него не могло быть вашего взгляда.

Артем Давыдович сделал паузу, промочил горло квасом из кружки. Я воспользовался моментом, чтобы вклиниться в его монолог.

— И этому гипотетическому пришельцу, каким вы меня представляете, не стоит вас бояться?

— Да помилуйте, — вскинулся Михельсон, — вам ли меня бояться? Мы это проходили много раз. Какую бы силу я ни привлек для вашего устранения или задержания, кончится тем, что вы убьете меня, потом весь спецназ, и даже снайперов на крышах, а потом растворитесь, будто вас и не было. Не лучше ли сохранить ниточку, протянутую к Андрею Васнецову?

— И зачем вам эта ниточка?

— Это важный вопрос. Как я уже сказал, есть два вида пришельцев. Пользуясь вашей же терминологией, да, я в курсе, есть «охотники», ими становятся бывшие люди, и «хищники» — твари, которые никогда людьми не были.

Единственная надежда нашего несчастного мира в том, что охотники смогут контролировать хищников, раз уж мы не в состоянии.

— Чего же вы хотите от меня?

— Прежде всего я хочу задать вопрос, кто вы, Андрей, охотник или хищник?

— Интересно, сегодня меня уже спрашивали, что я за монстр. Ну а как вы сами думаете, кто я?

— Если бы вы были хищником, я был бы уже мертв. А вы бы не зачистили «Зарю». Я хочу вам помочь, принести пользу. Она не велика, но я могу уладить любые ваши проблемы с властью, что уже сделал только что. И я могу делиться информацией, мы все-таки наблюдатели. Например, дать вам знать, когда хищник как-нибудь проявит себя. Могу помочь с логистикой, даже с деньгами, хотя почему-то охотники никогда не берут у нас деньги.

— Может быть, охотники не хотят превратиться в наемников?

— Я это уважаю. И вот маленький подарок в знак нашей грядущей дружбы.

Михельсон протянул мне листок, на котором было написаны какие-то буквы и цифры.

— Что это?

— Адрес двери, за которой скрывается база данных Сыскного управления, канцелярии особо важных дел. Просто мониторя эти самые особые дела, вы можете вычислить тварь. Ими часто оказываются маньяки и серийные убийцы.

«Дверями» здесь называют сайты, страницы в сети, напомнил я себе.

Ну что же, вербовка информацией — не самый плохой метод, тем более с тем, кто не подвержен приступам алчности и кого трудно запугать. Еще вопрос, кто кого в итоге завербует, но пока надо свыкнуться с мыслью, что о моем статусе охотника знает больше народу, чем хотелось бы, хотя я бы ограничился одной Соней.

Напоследок я дал Михельсону адрес электронной почты. А он мне вручил визитную карточку, напомнив, что его «коллеги» по организации, которая пафосно называлась «Орден наблюдателей», стараются быть в курсе об инвейдеях всех мастей, и как правило с наблюдением они справляются хорошо. Так что Артем Давыдович может организовывать встречи между пришельцами. А мы любим прятаться в самые темные щели так, что зачастую не в состоянии найти друг друга.

На обратном пути я опять заскочил к адвокату. Мне нужно было подготовиться к встрече с Вержицким, которую запланировал на следующий день. В идеале, барон не должен был узнать, что я уже получил паспорт, хотелось бы обрушиться ему на голову даже не как снег, а как кирпич на стройке. К этому моменту я хотел иметь на руках пакет документов о капитуляции. Не моей, естественно, а бароновой. Добродецкий за меня волновался, но я обещал, что постараюсь быть убедительным. И для переговоров мне нужна была информация о его имуществе, а также о его шестерках, состряпавших иски. Информацию уже подобрало сыскное агентство.

В свете грядущих сложных переговоров меня интересовал главный вопрос:

— Аристарх Вениаминович, актуальна ли война родов с Вержицким на данный момент? Что я могу себе позволить? К чему меня обязывает перемирие?

— Не расслабляйтесь, Андрей! Перемирие не зафиксировано юридически, барон просто озвучил прекращение огня со своей стороны.

— А как я обязан реагировать на перемирие? Я имею право наносить ему удары? А стрелять в его людей или даже в него самого?

— Андрюшенька, дорогой мой, взгляните на ситуацию трезво! У Вержицкого гвардия, это, по сути, маленькая частная армия с прекрасным вооружением. У него есть союзники, и у них тоже есть гвардия! Как вы в одиночку собрались с этой армадой воевать?

— Аристарх Вениаминович, наши беседы попадают под действие адвокатской тайны?

— Безусловно!

— Тогда давайте предположим на миг, что я обладаю скрытым боевым потенциалом.

— Какого рода?

— Скажем так, сильный союзник, на которого я полностью могу рассчитывать.

— Если вы говорите про свою подругу Софью Павловну, она производит впечатление решительной женщины, но боюсь, что этого категорически недостаточно.

— Не стоит недооценивать Соню, но я имею в виду не только ее. Доверьтесь, у меня есть туз в рукаве, но имею ли я право его использовать?

— Для разбирательства в САБ хорошо бы раздобыть доказательства агрессии барона в данный конкретный момент. И такое доказательство раздобыть можно уже через час. Но я все равно волнуюсь…

— Доверьтесь моему тузу. Он существует не только в моем воображении. Предлагаю сосредоточиться на юридических аспектах.

Добродецкий изложил мне свой план, который мне очень понравился. Для его осуществления нужен был особый человек, с которым поспешил связаться адвокат, я же тем временем созвонился с Соней, ее помощь мне тоже была нужна для страховки.

Когда человек, приглашенный Добродецким, прибыл, мы отправились в имение Васнецовых, которое мне бы уже давно следовало навестить. Усадьба расположилась между Нарышкиным и Гречиным, недалеко от нашей дачи, так что у Сони была фора, но и мы доехали за сорок минут. Охотница заняла позицию на холме, рассматривая имение в оптический прицел Схимника, не зря же мы его купили.

За нами ехала машина охраны, которую любезно предоставило дружественное Добродецкому сыскное агентство. Мне их помощь была не нужна, но адвокату так было спокойнее.

Когда мы лихо подрулили к воротам имения, я выскочил из машины, а когда увидел, что скрывается за забором, с трудом сдержал трехэтажный мат.

— Нет, серьезно? Третье пепелище за неделю!

И в самом деле за забором, который, кстати, был возведен на скорую руку и больше подходил стройке, нежели обиталищу аристократа, виднелся обугленный остов внушительного когда-то дома. Этажа три, судя по руинам.

На пепелище копошились какие-то люди в комбинезонах, похожих на средства химзащиты. Под импровизированным навесом курили и резались в карты охранники. При виде нас они встрепенулись и двинулись в нашу сторону.

Из машины вышли Добродецкий и его таинственный знакомый, который молчал всю дорогу, не реагируя на мои попытки его разговорить.

Адвокат заранее попросил меня ни во что не вмешиваться, предоставив ему вести любые переговоры на месте. Охранники подошли к нам, поигрывая автоматами, в которых я опознал уже знакомые PM-6.

— Что вам здесь надо? — спросил с нажимом главный из них. — Это частная территория.

— Я знаю. Меня зовут Добродецкий Аристарх Вениаминович. Я представляю хозяина этой земли Андрея Владимировича Васнецова. Вот копия документов на право владения.

Добродецкий протянул главарю заранее приготовленную папку. Тот с раздражением взял ее в руки, явно не очень понимая, что с ней делать.

— Так что это я вас спрашиваю: что вам надо на чужой земле? — продолжил юрист.