"-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Мусин Ринат - Страница 1285

Военные специалисты, прибывшие на места, столкнулись с неразрешимой проблемой — образованных среди эфиопских солдат практически нет, обучать их эксплуатации техники и оружия очень тяжело, а времени мало.

Но Верховный Совет не разрешил прислать в Эфиопию подразделений РККА, поэтому осталось уповать лишь на то, что паритет по оружию и боеприпасам сыграет свою роль…

«А не будут ли вспоминать мне потом, что с моей подачи мир наводнён советским оружием?» — подумал Аркадий. — «Мосинки сейчас везде — их даже в США распробовали и покупают…»

В кабинет без стука вошёл Сталин. Он молча прошёл к окну, открыл форточку, после чего сел в кресло, поставленное у окна специально для него, и закурил.

— Как ты думаешь, товарищ Немиров… — заговорил он, пыхнув дымом. — Не это ли начало большой войны?

Итальянцы начали вторжение в Эфиопию без какого-либо объявления войны, с двух направлений — из Эритреи и Сомали, то есть с севера и юга, соответственно.

Из Эритреи в Эфиопию вошёл генерал Эмилио Де Боно, командующий девятью дивизиями, разделёнными на три корпуса. А из Сомали в Эфиопию вошёл генерал Родольфо Грациани, командующий четырьмя дивизиями.

Основной удар наносит Де Боно, а Грациани, судя по всему, отвлекает силы эфиопов.

План нехитрый, но уже поступают сведения, что итальянцы столкнулись со знаменитым эфиопским бездорожьем, поэтому сразу же начали строить коммуникации, чтобы хоть как-то снабжать наступающие войска.

Всё началось двое суток назад, но итальянцы уже взяли Адиграт и осаждают город Адуа. Первый эфиопы сдали почти без боя, но за второй вгрызлись зубами в почву.

Итальянцы массированно применяют авиацию — в небе летают импортные бомбардировщики К-23, в количестве 47 штук. Три бомбардировщика уже безвозвратно потеряны, благодаря крупнокалиберным зенитным ДК, поставленным Эфиопии из СССР.

— Нет, это ещё ерунда… — покачал головой Аркадий. — Для Эфиопии — конечно же, это большая война. Но для нас — это ни на что не влияющая ерунда. Нам важно, чтобы Муссолини споткнулся об Эфиопию и завяз там надолго.

— Когда у фашистов не получается — это всегда выгодно для нас, — усмехнулся Иосиф Виссарионович. — Но что будет, если Муссолини выиграет в Эфиопии?

— Его политический вес, несомненно, здорово вырастет, — пожал плечами Аркадий. — Ну и уверенность в собственной безнаказанности у него точно окрепнет — возможно, он захочет захватить что-то ещё.

— Тогда нужно устроить дополнительное заседание Президиума — мы не должны позволить Эфиопии пасть, — решил Сталин. — Возможно, придётся оказать давление на Калинина…

— Нардепы считают деньги, — покачал головой Аркадий. — Испания обходится нам слишком дорого, поэтому мне кажется, что ещё одну полноценную войну нам не позволят. Да и не нужно там наше вооружённое участие — итальянцы теряют очень много солдат в каждом наступлении. Эфиопия — это сложный регион.

— Тем не менее, мы должны думать на несколько шагов вперёд, — не согласился Иосиф Сталин. — Насколько, по твоему мнению, затянется итало-эфиопская война, при условии, что мы будем продолжать посылать императору оружие и боеприпасы в нынешнем объёме?

— Сейчас это невозможно предсказать, — пожал плечами Немиров. — Всё зависит от того, как будет управлять своими войсками Хайле Селассие. Если он продолжит сдавать города без боя, то много времени эта война не займёт.

— Говорят, что там имело место предательство одного из расов… (1) — произнёс Сталин.

— Это непроверенные данные, но если они подтвердятся, то дела у нашего негуса негеста (2) ещё хуже, чем мы думали, — вздохнул Аркадий. — Но я думаю, что ещё слишком рано искать злой умысел там, где есть простор для обычного раздолбайства. Адиграт сдался только вчера, подробности неизвестны, а на слухи мы полагаться не будем. Посмотрим, как себя покажет Селассие — скоро выяснится, достоин ли он своего трона…

— В конце концов, от него придётся избавляться, — произнёс Сталин.

— Но это будет потом, — усмехнулся Немиров. — А сейчас он наш союзник. Муссолини гораздо хуже, чем Селассие. Во всяком случае, негус негест открыт к сотрудничеству и на всё согласен. И он реально начинает реформы — уже начал освобождать рабов, выгнал западные посольства…

— Это пока мы присылаем ему оружие, — вздохнул Сталин. — Как только война закончится, он вернёт всё на круги своя.

— Многие прогрессивные реформы он отменить не сможет, — не согласился Аркадий. — И никто не мешает нам расширять наше участие в жизни эфиопского общества, пока идёт война…

Генералы Тимошенко, Малиновский и Будённый уже там, при генштабе Хайле Селассие в Гондэре. Они выступают в качестве военных советников — негус негест дал им возможность участвовать в планировании операций, поэтому Аркадий ожидал, что качество планирования резко возрастёт.

Да, солдаты у эфиопов не соответствуют стандартам РККА, но Немиров рассчитывал, что даже с такими солдатами удастся переиграть итальянцев стратегически. Время покажет.

*13 января 1936 года*

— … и этот великий день мы будем вспоминать тысячи лет — германский народ стал единым! — завершил речь распалившийся Адольф. — Записал?

— Да, мой фюрер, — кивнул секретарь.

— Превосходно, — улыбнулся Адольф. — На этом можно заканчивать — перепечатай и мне на стол.

Завтра у него важное выступление — он сообщит населению о том, что Австрия официально присоединилась к Германскому рейху. А послезавтра он поедет в Вену, чтобы выступить перед австрийским народом.

Все эти приготовления, начавшиеся задолго до 11 января, не понадобились — Вермахт был подготовлен для вооружённого вторжения в Австрию, на случай, если окажется, что федеральный канцлер Курт Шушниг нашёл у себя в штанах решимость оказать сопротивление объединению.

Чтобы такого точно не произошло, по приказу Адольфа, федеральный президент Вильгельм Миклас снял канцлера Шушнига и назначил лояльного Германии Артура Зейсс-Инкварта. Миклас поддался, после чего ввод войск стал формальностью…

Одиннадцатого января германские войска вошли в Австрию и их встречали как освободителей.

Можно было действовать не так в лоб, поиграть с Шушнигом и Микласом в международную дипломатию, но Адольф потерял терпение — после того, что Лига наций спустила Муссолини, он понял, что надо действовать смелее.

«Правда, Бенито, судя по всему, вызвал духов, которых теперь не может изгнать», (3) — подумал Адольф с усмешкой.

Теперь, после успешного аншлюса Австрии, у Муссолини больше не получится придерживаться идеи пресловутого «баланса фашизма». Ему придётся принять главенство Адольфа, особенно ввиду того, как он провалился в Эфиопии…

«Эфиопия…» — подумал Адольф со смешанными чувствами.

С одной стороны, это хорошо, что Муссолини будет вынужден поумерить пыл из-за провала наступления, но с другой, это плохо, что жидобольшевики лезут в их дела — они везут своё оружие, которое теперь повсюду, из-за которого у итальянских войск очень большие проблемы.

После успеха в самом начале вторжения, эфиопы опомнились и собрались силами — они начали Рождественское наступление, в ходе которого отбили утраченные не так давно Аксум и Шире, а также потерянные в самом начале войны города Адиграт и Адуа.

Итальянцы умылись кровью, а войска султана Мухаммада Яйо, переметнувшегося к итальянцам, перестали существовать.

Замечено, что из обихода эфиопских солдат полностью исчезли луки и копья, с которыми они встретили войну, а взамен они получили жидобольшевистские винтовки и пулемёты.

Сначала Адольф хотел поддержать Эфиопию оружием, но наследнички главного международного торговца оружием, Владимира Ленина, справились и без германского участия — они везут своё оружие из Владивостока, через Тихий и Индийский океаны…

Теперь это Муссолини нужно поддерживать оружием и боеприпасами, а не эфиопов.

У эфиопов чуть ли не вчетверо больше войск и их щедро снабжают оружием эти жиды — говорят, что это делается бесплатно, но Адольф этому не сильно верил.