"Фантастика 2025-58". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Букреева Евгения - Страница 1369

Наместник, следуя указаниям из Петербурга, шёл навстречу пожеланиям учёного и не прогадал. Пороха и взрывчатые вещества, потребные для армейских нужд к началу 1862 года производились на двух специально отстроенных фабриках в количествах достаточных не только для российских частей в Северной Америке, но и союзникам, конфедератам, отчаянно выпрашивающим оружие и боеприпасы в долг, возможно стало помочь.

— Налегай на английский, атаман, — Образцов указал собеседнику на кресло, — путь тебе лежит далёкий. Поездом по новопроложенной железной дороге до Нового Орлеана.

— Зачем, — искренне удивился Кустов, — война идёт, я за губернию в ответе. Какой поезд? Куда ехать?

— В Петербург, — граф вытащил из папки «именной» лист отменно отбеленной бумаги, — его величество Константин Николаевич ждёт с наиподробнейшим докладом начальствующего в губернии Русский Вашингтон полковника Кустова Ефима Фомича. Сразу говорю, готовь парадную форму, а генеральский мундир в столице закажешь. По факту считать если, ты уже произведён, но оглашение произойдёт на приёме у государя, в торжественной обстановке.

— Зачем мне это, — тоскливо поморщился Ефим, — казаком был, им и остаюсь, хоть и пребываю полковником. Ну какой из меня генерал, Сергей Вениаминович? И губернатор — смех один.

— Губернатор отменный, не спорь, мне лучше знать. Его величество ясно дал понять — в Русской Америке чиновниками должны становиться местные уроженцы. Только в исключительных случаях командированные из метрополии будут руководить «русоамериканцами»! Цени, как нас выделяет Константин Николаевич. Ты как сам то, как супруга, дети, внуки?

— Слава Богу, все здоровы, — Кустов исподлобья посмотрел на начальника, — про Серафима ведь всё одно не скажешь, где он, что с ним, а, Сергей Вениаминович?

Второй сын большого семейства Кустовых, полиглот и умник Серафим с юных лет «взятый на карандаш» разведчиком Образцовым, ныне обретался в Чикаго, поставляя наидостовернейшие сведения о перемещении воинских грузов северян по Среднему Западу, о работе канала Мичиган-Иллинойс и функционировании всей транспортной системы от Чикаго до атлантического побережья по Великим Озёрам. Рейд кавалерии генерала Стюарта потому и вызвал панику среди генералитета САСШ, что там решили — южане настроены уничтожить всю инфраструктуру, позволяющую штатам Среднего Запада быть единым целым с Нью-Йорком, Пенсильванией и Массачусетсом. А тут ещё янки железные дороги потянули на Запад, как не запаниковать, узнав о прорыве кавалерии южан? Но рассказывать обеспокоенному отцу о подвигах сына, значит увеличить шансы разведчика на провал. Мало ли — обмолвится Ефим, дабы супругу успокоить, а вдруг кто подслушает, да ещё кому расскажет. И без того много желающих знать, какие разговоры ведёт глава пограничной губернии. Нет уж, меньше знает отец, больше шансов у сына не быть разоблачённым. А нравы здесь простые — пойманных шпионов вешают в тот же день, не утруждаясь обменом.

— Жив-здоров Серафим, — быстро ответил наместник, по старой памяти руководящий всей разведывательной сетью и в Северной и в Южной Америках, — с неделю как приходило донесение. Так и скажи домашним — всё в порядке. Да, а ты кого на хозяйстве то оставил? Вроде всех с собой в Новосибирск перевёз?

— Софья, старшая дочка с мужем за домом и хозяйством присматривают, — вздохнул полковник, — что Дмитрий, что Серафим — всё на службе. А младшие помогают отцу — нашли верстах в пяти от границы с Британской Колумбией выход железа. Геологи похвалили, рудник ставить будут.

— Замечательно, — обрадовался наместник, — они ж наверняка консомольцы?

— А как же. Один третьей ступени, двое второй, ну а Сёмка, самый малый, по первой ступени значок носит.

— Прекрасно! — Образцов пальцем указал на пол, — видел как юношество на первом этаже безумствует.

— Шумят, галдят, ну чисто галчата, или сорочата, — согласился полковник.

— С этого момента, Ефим Фомич, считай себя главной галкой, или там сорокой, как сам решишь. В Петербург поедешь не один, а сотню отличившихся консомольцев повезёшь. Своих галчат тоже вытребуй по телеграфу в Константинополь, пускай детвора мир посмотрит.

Поездки лучших консомольцев страны в Петербург и Москву, их встречи с государем, экскурсии по театрам, музеям, картинным галереям, кораблям Балтийского флота и фортам Кронштадта широко освещались в главной газете империи, названной предельно незамысловато: «Российская газета». А «русские американцы» после начала боевых действий оказались лишены радости океанского путешествия и поездок по огромной и далёкой России, где живёт Государь и откуда родом их родители. Может, самые старшие из консомольцев и были вывезены в Америку из «самой Руси», но мало кто помнил ту одиссею…

И вот, «наверху» решено рискнуть детьми. Хотя, какой риск, если грузиться в Новом Орлеане и наверняка крейсера эскадры Истомина сопроводят пароход до Балтики.

— Только детишек везти, — Кустов мотнул головой куда-то вправо, где примерно и располагался Монетный двор и Хранилище, — а может ещё и…

— Угадал, Фомич, угадал. Как же отпустить такую важную персону да без гостинцев.

— И, сколько?

— Две тысячи пудов. В слитках.

— Сколько???!!!

— Не кричи так. В сопровождение получишь Седьмой Калифорнийский полк. Тронетесь в путь четырьмя составами. Твой, «золотой» пойдёт то вторым, то третьим, на разъездах чередоваться будет. На сутки вперёд уйдут ещё три состава с солдатами, порохом и винтовками для союзников, они пути заодно проверят.

— Сергей Вениаминович, но чтоб столько золота враз и по «чугунке»! А мост подпилят вражины, или рельсы растащат?

— Потому и отправляем сразу всех. Одной, так сказать, кучей. Все добровольческие батальоны в Техасе рассредоточены вдоль железной дороги, мосты взяты под охрану. А мосты хорошие, из «железного сибирского дерева»!

Наместник нервно хохотнул, во время авральных работ на заключительных отрезках трансконтинентальной магистрали часть мостов строилась временными, дабы потом ставить капитальные из железа, на прочном каменном фундаменте. Прошёл слух, что ради такого дела, скорости ради, русские даже не пожалели знаменитую сибирскую лиственницу, на которой Венеция отстроена, везли её сразу и через Тихий и через Атлантический океаны на десятках пароходов.

Разумеется, лиственницу издалека тащить не пришлось, она и в Северной Америке прекрасно произрастала, но пристальное внимание великих держав к прокладываемому сверхбыстрыми темпами Великому Пути, «как обруч бочку континент стянувшим», настораживало. Если на российской территории всех чужаков забирали патрули и передавали полевым жандармам, то конфедераты на секретность и противодействие возможным диверсиям вовсе наплевали. Впрочем, охрана железнодорожного полотна русскими союзниками только приветствовалась армией КША и Кустов представил сколько тысяч человек задействовано в операции по переброске части золотого запаса из Константинополя-Тихоокеанского в Петербург.

— С Митрием хоть встретиться получится? — хмуро вопросил полковник.

— Конечно, он же в Атланте с семейством, насколько знаю. Подъедут, непременно подъедут в Новый Орлеан, ох и подёргают внуки деда за бороду.

— Скажи, Сергей Вениаминович, мы столько лет знакомы, прямо скажи, на кой России ввязываться было в драку южных и северных? Уже сейчас народу русского погибло кабы не больше чем в запрошлую войну, когда мы сразу против двух Америк воевали. Чугунку вот помогли до наших губерний протянуть, а ну как замирятся Ричмонд и Вашингтон и по той же дороге к нам солдат повезут?

— Сложный вопрос, Ефим Фомич, — посерьезнел Образцов, — с ходу и не ответить. Драка САСШ и КША, она ведь не из-за освобождения негров случилась. Тут иное — противоречие между капиталами! Есть хлопковые воротилы с южных штатов, есть промышленники и биржевые спекулянты в штатах северных. Каждый хочет больше прибыли себе, а значит надо ущемить соседа. Оттого пошли тарифные войны, вопросы по налогам. Да что далеко ходить — железные дороги возьмём для примера. На Юге колея как и у нас, в России, а у северян — английская. И при строительстве новых железных дорог неизбежно придётся делать выбор — какую колею принять за основную, кто будет эти дороги контролировать, кому пойдут огромные деньги?