"Фантастика 2025-58". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Букреева Евгения - Страница 1173

Да у вас далеко идущие планы, господин полковник. И насколько детально они проработаны? Тем более невязки и противоречия я вижу сразу же. Если в Софии утвердится Романов, с какой стати Болгария станет передавать Сербии македонские земли? В чём ваш интерес?

Напрасно иронизируете, господин адмирал. Дружественная Болгария это сосед, в скором будущем, плечом к плечу отражающий удары венских немцев. Сербии есть куда расти, на север! Кто — то в Белграде грезит о Великой Сербии, я же выступаю за Югославию, конфедерацию балканских славян.

Под эгидой Белграда?

Как получится, Дмитриевич пожал могучими плечами, штатский костюм едва не треснул по швам, ещё я прошу вас организовать встречу с князем Небогатовым — Босфорским.

Категорическое нет. Вы же цареубийца, полковник. Не смотрите взглядом невинного младенца. Обреновичей убрали при вашем активном участии. И хотя Карагеоргиевичи развернули Сербию к России, всё — таки полковник, лучше вам не появляться рядом с генерал-адмиралом. Это скомпрометирует Николая Ивановича, у которого и без того хватает могущественных недоброжелателей. Но я обязательно доложу наместнику о нашем разговоре. Полагаю, сотрудничество в определённых областях будет взаимовыгодным. Да, именно так и сформулируем: в «определённых» областях.

Благодарю, господин адмирал. Но всё же если предложить болгарский трон князю Небогатову? У меня много друзей в Софии, поверьте, это вовсе не беспочвенные фантазии. Князь невероятно популярен на Балканах и в свете последних событий, усиления Греции, Болгарии, Сербии, уполовинивания Турции, мнением великих держав при избрании царя, Болгария может запросто пренебречь.

Чёрт побери, господин Дмитриевич, вы словно Мефистофель, словно змий библейский, искушаете, искушаете.

Евгений Владимирович, Апис впервые в разговоре назвал собеседника по имени — отчеству, знаю, вы доверенное лицо Небогатова. Прошу, расскажите генерал-адмиралу всё. В мельчайших подробностях.

Обещаю.

И ещё. Наши люди служат в австро — венгерском флоте и могут устроить диверсию, вплоть до взрыва артиллерийских погребов на одном из броненосцев.

Каком?

Простите, господин адмирал.

Понимаю. Но это лишнее, сейчас Европа застыла «у последней черты». Хорошо, что австрийская эскадра ушла в Фиуме. Случись нечаянный выстрел, сдай нервы у комендора и вот она европейская, а то и мировая война. А сегодня воевать для России и для Сербии кстати, тоже, крайне невыгодно. Надо закрепиться на завоёванных территориях, вон у нас в наместничестве сотни тысяч враждебного населения. Не хотят ведь переселяться поближе к владыке правоверных, помогать отбивать у греков Измир.

Дмитриевич согласно закивал. Недолгое пребывание Абдул Хамида в Анкаре завершилось, едва были казнены двести (по другим данным почти триста) офицеров и чиновников, подозреваемых в симпатиях к младотуркам. После резни, поименованной как «великое очищение» Абдул Хамид двинулся к Измиру — Смирне, призвав отбить город у неверных. А Константинополь утерян из — за гнева аллаха и предательства негодяев, притворившихся реформаторами. Что сделано, то сделано и с Россией заключено перемирие и скоро будет заключён полноценный мирный договор. А вот коварных греков, встрявших в спор двух держав, подло ударивших в спину, непременно надо выбить из Измира!

Как ни удивительно, но такая риторика султана имела определённый успех. Драка с большой и страшной Россией без наличия союзников грозила окончательным уничтожением Османской империи. А так, хоть и серьёзно урезанная, вышвырнутая из Европы, но страна сохранена. Мало того, все смутьяны уничтожены болгарской и сербской армиями и главными калибрами российского флота. Что ж, пора правоверным устремиться в Азию. Есть Багдад, есть, в конце концов, стратегически важный Измир.

Абдул Хамид рассчитал всё правильно. В Петербурге с радостью ухватились за предложение о перемирии, позволяющее избежать Большой войны. Прочие великие державы, хоть со скрипом, сквозь зубы, но согласны признать успех величайшей в истории авантюры адмирала Небогатова, позволившей русским морякам аки лихим конкистадорам взять на шпагу Царьград и Проливы. Воевать в 1908 году никто не готов, а Россия сейчас вовсе не похожа на ту, образца 1854 года, отсталую державу. Армия и флот закалены недавней войной с Японией, общество воодушевлено возвращением главной православной святыни храма Святой Софии и пойдёт на огромные жертвы. А класть на полях сражений миллионы солдат, тратить миллиарды золотом, воюя с бешеными русскими за мифические «ключи от алтаря», таких дураков в Европе нет. Сначала надо создать коалицию, найти тех, кто будет «таскать каштаны» для других. Только вот закавыка ранее таким общеевропейским дурачком — альтруистом выступал Петербург, а где найти ещё одного юродивого, готового пойти в первых рядах против Петербурга?

Однако Афины от перспектив скорого замирения России и Порты взвыли. Обращения в Лондон, Берлин, Вену, Париж, Белград, Софию, о посредничестве в урегулировании конфликта с турками ничего не дали. Болгары и сербы, прекрасно понимая, что лишённые даже того жалкого военного флота, что был, османы, им не опасны. А греки, ну что греки получили изрядное приращение территории, острова себе вернули, да и обнаглели сверх меры, думая, что Небогатов прикроет, решили откусить от азиатских владений Турции. Нет уж, пускай гордые эллины сами разбираются. Ну, или армян в союзники берут, те тоже устроили на Кавказе восстание, погнали султанских чиновников, а кое — где, в эйфории пребывая от падения Константинополя, подчистую вырезали ненавистных турок. А теперь опасаются мести и карательных экспедиций осман и курдов, ломятся на территорию Российской империи. Такие вот дела развесёлые.

Ну да кавказский узел пускай распутывает великий князь Николай Николаевич, подумал Свенторжецкий, а с полковником Дмитриевичем необходимо обговорить вопрос о создании сербского военного флота. Николай Иванович не сторонник передачи сербам миноносцев или крейсера толку то чуть в итоге. Куда больше пользы принесут сербские мониторы на Дунае. Вот в каком направлении и надо развиваться военно — морским силам дорогих союзников. СербскойДунайской флотилии Россия поможет, всенепременно

Глава 17

Лейтенант Михаил Савинов, артиллерийский офицер с эскадренного броненосца «Бородино» не знал, ругать или благодарить начальство, «законопатившее» перспективного молодого офицера в городишко Драч, так сие адриатическое захолустье, отвоёванное у турок, именовали сербы. Албанцы, которых отряды сербской армии выдавили южнее, к Тиране, называли городок Дуррес, а итальянцы Дураццо, что неимоверно веселило моряков эскадры Беклемишева. Впрочем, макаронникам было не до Адриатики, воспользовавшись случаем они вышибали османские гарнизоны из Ливии, уж коль так свезло и Россия походя, даже не утруждаясь заключить военный союз с Римом, обрушила Блистательную Порту, захватив столицу Османской империи и изгнав турок из Европы. Итальянский флот спокойнёхонько отстаивался в Бари, разве что пару раз на крейсерах к Беклемишеву наведывались с визитом адмиралы Королевских военно — морских сил Италии, заверявшие сподвижника великого Небогатова о дружественных настроениях и о симпатиях к великой России и заодно к Сербии, ставшей, наконец — то, морской державой.

Офицерская молодёжь на русской эскадре всерьёз сравнивала себя (ну, и начальство, Небогатова — Беклемишева, тоже) с античными героями, одолевшими турецкого исполина, помогающими братьям — славянам, а полтора десятка лучших в мире броненосцев, «как бы намекали» и врагам и союзникам.

Великобритания не стала перебрасывать в Средиземное море дополнительные силы и ушлые газетчики, в пику владычице морей, с месяц стали именовать Адриатическое и Эгейское море не иначе как «третьим и четвёртым Русскими морями», считая за первое Чёрное, а за второе Мраморное. Сентябрьское свидание царя с кайзером в балтийских шхерах, на яхте «Штандарт», пресса России и Германии расписала как величайшее дипломатическое достижение, позволившее мир сохранить в Европе. Однако бытовало мнение, что блок Центральных держав просто не готов начинать боевые действия под осень, а вот в 1909—ом Россию ждут тяжкие испытания, как бы не бодрился свежеиспечённый начальник Генерального Штаба генерал Сухомлинов, оказавшийся недурным журналистом.