"Фантастика 2025-58". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Букреева Евгения - Страница 1126

Да вы — то понятно, не виноваты. Но как быть с тем, что «пока одни в плену отсиживали, другие карьеру делали»…

А, вы про речь в ресторации подвыпившего мичмана с «Пересвета», которого только заступничество Клапье де Колонга спасло от десятка вызовов? Есть такая проблема, Алексей Николаевич, есть. Предложил месяц назад Эссену принять командование «Цесаревичем», так отказался Николай Оттович, болячками отговорился! Хотя к нему какие могут быть претензии? Блестящий офицер, не отдал в руки врага «Севастополь», не то, что иные — прочие!

Может быть, потому и отказался, переживает. Все прочие броненосцы и крейсера Артурской эскадры вернулись под Андреевский флаг, а «Севастополь» не поднять…

Гм. Неожиданная версия. Но что-то в ней есть.

А давайте, Николай Иванович хоть на пару часов отвлечёмся от забот. Приглашаю вас в ресторан, там и поговорим и заодно своим присутствием немножко приструним гуляк. Ведь совершенно распоясались после окончания войны. Дисциплина ни к чёрту.

Едемте. Только понемножку, не увлекаясь, главное самим не перебрать. А то насмотрится офицерская молодёжь на загулявших высокопревосходительств…

Глава 2

Неужели всё было зря, ваше высокопревосходительство и новенькие «бородинцы» через пару лет превратятся в устарелые калоши? Начальник штаба Тихоокеанского флота контр-адмирал Клапье де Колонг отложил бумаги.

Так полагают в Петербурге, Константин Константинович. Но, сдаётся мне, рано начали паниковать и под шпицем и в Царском Селе.

В мае 1906 года до Владивостока «дошёл» замечательный документ, в котором только — только созданный Морской генеральный штаб требовал от штабов флотов высказать своё мнение о строящемся на верфи Портсмута «Дредноуте». Англичане, крайне уязвлённые выпадами Небогатова, яро пропагандирующего подводные лодки, отметившиеся успешными атаками японских броненосцев, публично заявили, их «Дредноут» получит усиленную противоминную защиту и благодаря высокой скорости и десяти двенадцатидюймовым орудиям едва ли не в одиночку сможет громить вражеские эскадры.

Даже экскурсию на уже спущенный на воду линкор провели, собрав военно — морских атташе и журналистов наиболее известных газет и информационных агентств. Как шутил адмирал: «Собрали разведчиков и газетчиков». Однако невероятно быстрые темпы постройки огромного корабля впечатляли. Государь — император всероссийский соизволил самолично подсчитать, с какой же скоростью заносчивые англосаксы начнут «выплёвывать» с верфей эскадры «дредноутов» и запаниковал…

Первый начальник Генмора контр-адмирал Брусилов удостоился двухчасовой аудиенции у «хозяина земли Русской» после чего спешно запросил соображения командующих флотами по дальнейшему развитию Российского императорского флота, сообразуясь с новыми вызовами британских кораблестроителей.

Мнение Небогатова победителя японцев и великого специалиста в развитии подводных сил флота (а как же ведь под его мудрым командованием подводные лодки выходили на вражеские броненосцы и результативно атаковали) особенно интересовало императора и морского министра, великого князя Александра Михайловича.

Дорвавшись до министерского кресла двоюродный дядя императора начал безудержно расхваливать адмирала Небогатова, памятуя о том, что именно «пошедший на принцип» адмирал воюющего флота «свалил» казалось вечного и незыблемого генерал-адмирала, великого князя Алексея Александровича. А тут ещё патриотическая общественность демонстрации устраивает с портретами Небогатова. Волей — неволей приходится демонстрировать расположение к победителю Того и Камимуры…

Александр Михайлович свои мысли по строительству кораблей схожих по характеристикам с чудищем, рождённым в Портсмуте, переслал во Владивосток даже раньше чем Брусилов. Не удивительно великий князь еще в 1899 «ваял» проекты броненосца вооружённого шестнадцатью восьмидюймовыми орудиями в восьми башнях. Нисколько не лукавя и не подстраиваясь под начальство, Небогатов, опираясь на опыт сражений минувшей войны, дал довольно высокую оценку такому броненосцу, если бы он был в составе его эскадр. «Хотя, всё — таки это больше истребитель броненосных крейсеров, эдакий „линейный супер — крейсер“. Он должен обладать очень высокой скоростью и достаточным бронированием, чтобы после уничтожения неприятельских больших крейсеров уйти от вражеских броненосцев. К сожалению, российская промышленность не может похвастаться судами с высокими скоростными характеристиками, оснащёнными надёжными машинами» так ответил адмирал великому князю.

Касаемо же балтийских броненосцев «Император Павел 1» и «Андрей Первозванный» и черноморских «Евстафий» и «Иоанн Златоуст», тут Небогатов считал недопустимым затягивание их строительства и спешной переделки. «Довести эту четвёрку до кондиций „Дредноута“ всё равно не представляется возможным, а внесение изменений и поправок в ходе работ породит хаос и сумятицу, приведёт к нарастанию ошибок. Полагаю, для флота меньшим злом станет скорейшее окончание работ на четырёх переходных броненосцах и подготовка стапелей к строительству кораблей с учётом опыта войны и постройки „Портсмутского монстра“. Небогатов».

Как ни странно, император и «Сандро» благожелательно отреагировали на записку адмирала, хотя до этого ходили разговоры о разборке корпусов и начале строительства абсолютно новых кораблей с не пойми какими параметрами. Однако доводы о нежелательности сбоя в работе верфей убедили Романовых не спешить и выдать «ответ англичанке» чуть позже, но более весомый. А вот кайзер после нарочитой демонстрации возможностей британского судостроения закатил истерику на страницах германских газет, обвинил Великобританию в развязывании гонки морских вооружений, и даже пригрозил окружить некий «остров» сотнями грозных подводных кораблей…

Россия по праву считалась лидером в боевом применении подлодок утопление «Сикисимы», подрыв «Фудзи» и «Микасы» во многом определили исход противостояния Тихоокеанского и Соединённого флотов. Переброшенный на Балтику герой атаки на «Фудзи» князь Трубецкой командовал «Особым отрядом судов Балтийского флота» тренируя будущих покорителей глубин. Вильгельм попросил кузена и немецкие моряки пошли на выучку к «русским Посейдонам». Царю сие поэтическое сравнение весьма польстило и протесты Небогатова из Владивостока о недопустимости раскрывать перед потенциальным противником «подводную кухню» во внимание приняты не были.

Витте, возглавивший «Ответственное Правительство» высоко оценил позицию адмирала о недопустимости спешки и немедленного пересмотра бюджета Морского ведомства в сторону увеличения.

Ведь до появления эскадр «дредноутов» пройдёт лет пять и вряд ли тогда англичане, даже став противниками Российской империи поведут драгоценные и глубокосидящие корабли в балтийские шхеры, подставляя их под удар подводных лодок и отчаянных миноносников. Нет, лучшие линейные суда останутся в Канале, охраняя непосредственно метрополию. А единственная европейская держава, способная вступить в состязание с Англией и в короткий срок «наклепать» эскадру бронированных чудовищ Германия, вряд ли спрячет свои лучшие «кили» на Балтике, непременно выставит их против англичан. Так что нет основания для паники, не стоит стране ввязываться в разорительную дредноутную гонку экономику России и без того подкосила полуторагодовая война и беспорядки.

Хорошо бы для начала «артурских возвращенцев» довести до мест постоянной дислокации.

Семь выкупленных у Японии кораблей являли собой настолько жалкое зрелище, что Небогатов своей волей распорядился переход осуществлять фактически безоружными. Только к 75—миллимитровкам был взят двойной комплект, а грозные орудия главного и среднего калибра служили декоративным украшением. Впрочем, что эскадра пойдёт без боекомплекта командиры и артиллерийские офицеры узнали за трое суток до выхода, когда всякое сношение с берегом было запрещено и штыки батальона морской пехоты надёжно «развели» моряков и провожающих. Эскадру возглавил контр-адмирал Беклемишев, вытребованный обратно на Балтику великим князем Александром Михайловичем. Младшим флагманом на переходе был новоиспечённый контр-адмирал Бэр.