Я не умею прощать (СИ) - Стова Нийа - Страница 99

Я прикрыла риввил ладонью:

— Моя большая глупость. Прости, Нит, но приглашение в гости, кажется, отменяется.

— Зачем он, вообще, вас сюда потащил?! Так и знал, что всё это плохо кончится! — упёрся мой «нянь» кулаками в пустоту.

— Не переживай, — я продолжала с интересом рассматривать парня, добротный кожаный доспех и притороченное к поясу оружие. — Я сама во многом виновата. Как хорошо, что ты меня нашёл! Знаешь, я скучала и очень рада тебя видеть.

Нит зарделся.

— Как ты оказался в Сшамате?

— Город собирает союзников. Видимо, грядёт серьёзная заварушка. Себо, когда узнал, что Сшамату требуется помощь, сколотил отряд из добровольцев и отправился сюда. Сами понимаете, я не мог остаться в Ишттах шаи, зная, что вам грозит опасность. И не ошибся! Госпожа, но как же так?! — лицо парня исказилось мукой. — Вы с вашим даром! А вас! В ошейник?! Но Мрай? Как допустил? Он гхик’ард. Правая рука Владыки!

— Прошу тебя, Нит, не будем об этом, — я старалась говорить уверенно и спокойно, будто полностью контролирую свою жизнь. Ни к чему Ниту мои проблемы. — Нам всем досталось. А это, — по привычке повела шеей, — всё очень-очень сложно, но необходимо. Просто, поверь. Лучше скажи, как Мрай встретил Себо? После всего…

— О-о-о! — янтарные глаза шкодливо блеснули. — Я думал, Мрай его закопает! Он даже извинений не стал слушать. Если б не заступничество Владыки, деревне понадобился бы новый глава. Короче говоря, их вовремя растащили. А сейчас они заперлись и пьянствуют. И, судя по количеству алкоголя, к закату близнецов ни один не выживет.

Я закусила изнутри щёку, чтобы не расхохотаться. Похоже, во всех мирах мужчины мирятся одинаково!

— Но почему вы спрашиваете, госпожа? Вы ведь даже не видитесь, да?

Я опустила глаза. Ответить было нечего.

— Послушай, Нит, тебе пора. Наверняка тайком ко мне пробрался. Если тебя кто-то здесь застанет, боюсь, хвалить не будет. — Вдалеке, в тёмном конце коридора послышался невнятный шум. — Сюда идут. Прошу, тебя, беги!

Нит колебался, но по встревоженному взгляду я поняла, что он не хочет быть пойманным.

— Госпожа, если я хоть чем-то могу помочь… Только скажите.

— Я знаю, — так захотелось обнять мальчишку! — Ты всегда был моим самым преданным защитником. Иди, пожалуйста, и береги себя!

— Мы ведь ещё увидимся?

— Обязательно. Обещаю!

Стоило моему «няню» исчезнуть в недрах неширокого прохода, я скользнула за дверь, прикрыла её, оставив щёлку, и прислушалась.

Судя по звукам, шаги приближались. Странные. Будто кого-то волокли насильно. Или раненый брёл, спотыкаясь, и опирался на стены.

Шум затих совсем недалеко от меня. Сгорая от любопытства, приоткрыла дверь шире, ещё шире. А потом и вышла, отбросив всякую осторожность. Ведь двоим, что сейчас стояли в коридоре, до меня не было никакого дела.

Мрай, всклокоченный и растрёпанный, будто только вылез из постели, прислонился спиной к стене и уткнулся лбом в плечо своего татуированного «друга». Дзиймах мягко его поддерживал и, нежно массируя затылок, что-то шептал на ухо. А затем расписанная рунами рука сгребла короткие платиновые волосы, потянула, заставляя откинуть голову. И мужские губы встретились в поцелуе.

Глава 11

Поцелуй длился и длился. Тягучий и томный. Дурной и неправильный. Ресницы Мрая дрожали, когда чужие руки ласкали его скулы и шею, спускались вниз, нетерпеливо комкая одежду. Кто-то тихо застонал, когда разрисованные пятерни облапили мужские ягодицы.

— Трахнешь его здесь? Или в постели удобнее? — видят боги, только магический барьер мешал мне вцепиться в аккуратную белую косу.

Дзиймах нехотя оторвался от увлекательного занятия. Не вздрогнул, не удивился чьему-то присутствию, будто точно знал, что играет на публику. Повернулся ко мне, смерил чёрными в полумраке глазами, провёл языком по нижней губе, скривив уголок рта в подобии улыбки.

— Пожалуй, лишние зрители нам ни к чему, — прозвучал подозрительно спокойный голос.

Подозрительно. Спокойный.

Ни сбившего дыхания. Ни влажной похоти в глазах. Ни — скользнула взглядом по одежде — красноречивых реакций тела. И это после страстных лобызаний?

Мрай покачнулся и рухнул к «другу» в объятия.

Парочка медленно проковыляла к раскрытой двери, щедро обдав меня сивушными парами.

А, ну, ясно! Мир с Себо восстановлен!

Расписной «локомотив» уверенно прокладывал путь в недрах тёмной гостиной, пока «павший боец», уронив голову на плечо транспортного средства, титаническими усилиями удерживал вертикальное положение. Неловкий шаг — и только вовремя подставленные руки не дали жертве зелёного змия позорно распластаться на полу. Мрай уткнулся лбом в свою подпорку и, обхватив шею терпеливого носильщика, глухо застонал.

Твою же мать… да, он в дрова! Интересно, что за убойное пойло способно довести дроу до состояния полутрупа?

Кое-как добравшись до спальни, Дзиймах бережно уложил свою ношу в постель. Сел рядом и принялся ласково перебирать спутанные волосы Мрая, из-под ресниц оценивая мою реакцию.

— Балаган окончен или следует ждать продолжения? — встала рядом, скрестив на груди руки, чтобы скрыть, как дрожат пальцы.

«И мальчики кровавые в глазах»[66] — от злого отвращения тошнило.

Спокойно. Сначала нужно узнать причину этой «голубой» клоунады.

— Любишь посмотреть? А может, хочешь присоединиться? — издевательски мурлыкнул томный голос. Исчерченная рунами кисть пустилась в путешествие по пьяно сопящему телу.

— Только идиотка поверит в твою похабную пантомиму! Убрал от него руки!

— А то, что? — дроу медленно поднялся. — Что ты мне сделаешь? Беглая ноамат, м? Что ты можешь, нацепив рабский ошейник? — выпрямился во весь рост, с хрустом сжав кулачищи. — Я должен разложить его у тебя на глазах, чтобы твоя гнилая суть, наконец-то, открылась?!

Я глупо хлопнула ресницами. Ни черта не понимаю… Зашарила взглядом по перекошенному в злобе лицу с надеждой ухватить смысл сказанного.

— Ты ненормальный?

Дзиймах низко угрожающе зарычал, попёр на меня разъярённым быком, широко раздувая ноздри. Миг — и у моего виска остановился кулак. Стиснутые с силой пальцы разомкнулись и судорожно сжались, точно примерялись к горлу.

— Ну, давай, — зашипел разрисованный псих, — риввил не влияет на связь с харлутом!

— Харлут? — оторопело вытаращила глаза. Мысли пронеслись со скоростью вспышки.

Воин-миньон. Воин-вторая тень. Личный, непобедимый телохранитель. Жрицы первого круга умели устанавливать ментальную связь, на время подменяя сознание мужчины своим собственным. Подобным приёмом владели и те, кто получал особое благословение Темнейшей.

Харлутом становился всегда талантливый и очень сильный. В процессе изощрённых пыток или секса воина вводили в особый транс, сминали его волю и привязывали к хозяйке. После чего владелица-поводырь могла перехватывать контроль над телом своего миньона без его ведома, пользоваться его даром, сражаться его руками. Харлут подчинялся приказам поводыря, всегда и в любом состоянии. Невыносимая боль, увечья, смертельные раны не мешали следовать зову владелицы. Как зомби, он шёл напролом, пока его тело не разрушалось полностью.

Со временем харлут начинал испытывать сильнейшую тягу к поводырю, которая перерастала в полную зависимость. И воин-миньон превращался в безмолвную, послушную марионетку.

Сильный маг мог разрушить привязку к поводырю. С помощью пыток или во время секса.

Дроу жадно следил, как на моём лице эмоции сменяют одна другую.

— Решил, я сделала из него харлута? — в подобную дичь было сложно поверить. — Поэтому лезешь в его постель, чтобы я сочла твои ужимки попыткой отобрать миньона?

— Уверен! — рявкнул татуированный идиот, продолжая напирать с решимостью танка.

Я тихонько пятилась к стене. Абсурд! Но лучше выслушать все убойные аргументы.