"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Еслер Андрей - Страница 1748

Маша огляделась, отыскала кресло, опустилась в него. То же сделали мы с Чонгом. Китаец развалился в кресле, заметил:

– А здесь уютненько. Девочек только не хватает.

– Девочек хватает, – захихикал Игорек, сально поглядывая на Машу. – Были бы денежки.

Похотливое выражение его морды мне категорически не понравилось. Маша же ничего, рубила фишку. Очаровательно улыбнулась, демонстративно закинула ногу на ногу:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Игорек, я уже говорила, мы представляем детективное бюро. Нас наняли родственники Юлии Викторовны – выяснить, что с ней произошло.

– А что произошло? – вытаращился мужик. – Чокнулась она. Сдурела. Крышей поехала. Как еще сказать?

– А как вы думаете, по какой причине?

– Да по какой, – фыркнул Игорек. – Добухалась до белочки. Вы знаете, откуда я Юльку вытащил, когда у нее это началось?

Маша сделала заинтересованное лицо:

– Откуда?

Молодец, подумалось мне. «Клиент» поплыл, разговорился, она не мешает, не показывает свою осведомленность. Грамотно.

– Из борделя! – взвизгнул Игорек. – Представляете? Бордель с мальчишками!

– Неужели? – Маша изобразила изумление. – Какой ужас!

– Да уж. Ей как сороковник стукнул, она помешалась на молодости. Без конца пластические операции, косметологи, подтяжки-утяжки… и молодые пацаны. Столько бабла на них ухнула! Молодое тело очень уж ценила.

– Вы, наверное, очень страдали?

Игорек осклабился:

– Да не очень. Нужна она мне… блядь старая. Мы с ней давно уж и не спали даже.

– А почему не развелись? – ввернул я.

– Ну ты даешь, мужик! – Антонов хлопнул себя по тощей ляжке. – Она ж всему хозяйка! Бабки у нее! А меня она, сука, в черном теле держала…

Интересно, почему дама-то его не вышвырнула, такой балласт? Жалела, скорее всего. Типа, общее прошлое, возможно, дети… Теперь у нее уж не спросишь, увы.

– Ничего, теперь мое время настало! – разливался Игорек. – Сейчас признаю ее невменяемой, получу опекунство – и гуляй, рванина! Кстати, Машенька, телефончик не оставите? Может, визиточку, а? Сходим куда-нибудь, развеемся. Кабак, клуб – на ваш выбор. Или прокатимся куда-нибудь в теплые края?

Мне все больше хотелось дать ему в морду. До чего ж гнусная тварь. Маша продолжала мило улыбаться:

– Возможно чуть позже. Сначала ответьте еще на пару вопросов и сделайте мне маленькое одолжение.

– Все что угодно! Такой девушке… – завозился в кресле Игорек.

– Скажите пожалуйста, ваша жена в последнее время не пропадала? Может быть, ее похищали? Или она исчезала надолго?

– Да кому она нужна! – воскликнул любящий супруг. – Я, может, и рад был бы, да вот нет. Кроме пластических клиник и стриптиз-клубов, никуда она не ездила.

Маша собралась задать еще вопрос, но тут в комнату, щебеча и пересмеиваясь, вошли две хорошенькие китаянки-близняшки в костюмчиках «мечта педофила» – короткие клетчатые юбчонки, бантики и все такое.

– О, куколки! – обрадовался Игорек. – Ну-ка, приберите тут немножко, да принесите что-нибудь. Давайте выпьем за знакомство, Машенька? Ну, и вы тоже… – последнее относилось к нам с Чонгом.

Девицы не обратили на нас с Машей никакого внимания, а вот присутствие Чонга их немного смутило. Тем более что китаец с осуждением покачивал головой. Не знаю уж, что ему не понравилось – вроде упыри, как дети дьявола, должны приветствовать всяческие проявления греховности.

Тем не менее, девушки быстро унесли грязные тарелки, поменяли стаканы, водрузили на стол бутылку «Джек Дэниелс» и уселись по обе стороны от Игорька. Тот щедрыми порциями разлил виски, подтолкнул ко всем стаканы:

– За знакомство.

– Так вот, просьба, – продолжила Маша. – Мы хотели бы увидеться с Юлией Викторовной, а еще побеседовать с сотрудниками в ее фирме.

– Да пожалуйста! – воскликнул Игорек. – Валяйте! Вот, я вам даже визиточку заведения дам, где она содержится. Только не забудь, малышка, за это ты мне обещала встречу. А насчет Юльки – вы быстро поймете, что она сама спилась, вот и стала зеленых чертей видеть…

Он опустошил свой стакан залпом, словно водку пил, выдохнул, оглядел присутствующих, остановился взглядом на Чонге. На лице Игорька по очереди отразилась целая гамма чувств: недоверие, страх, ужас…

Наконец мужик громко заорал:

– Чур! Чур меня!.. – и попытался вскочить, да ноги не послушались.

– Что с вами? – удивилась Маша.

Я тоже не мог понять причин такого внезапного сумасшествия. Неужели от опохмела так быстро белая горячка случилась?

– Вы что, не видите? – Игорек тыкал пальцем в Чонга: – Изыди!

Упырь выпрямился в кресле, сложил руки на груди и одарил Антонова горделивой улыбкой. В тот же момент китаянки поднялись с дивана, призывно покачивая бедрами, направились к Чонгу и встали по обе стороны кресла, словно пажи у трона.

– Сатана… – потрясенно прошептал Игорек.

Чонг милостиво кивнул, подал каждой девчонке руку. Те благоговейно облобызали упыриные длани, потом уселись на подлокотники, всем видом демонстрируя киан-ши преданность и обожание. Антонов стек на пол, пополз на четвереньках к Чонгу:

– Ваше величество… то есть, ваша светлость, тьфу, ваша темность… помилуйте…

– Вижу-вижу, ты лоялен к темному властелину, – инфернальным басом произнес упырь. – Это хорошо. И квартирный вопрос тебя не испортил… чего ему тебя портить, вон хата какая.

– Не губите, – завывал Игорек.

– Ладно уж, – согласился Чонг. – Сейчас вопрос задам, только отвечай правдиво, иначе проснешься в геенне огненной. Заказывал жену?

– Никак нет, ваша милость, – рыдал мужик. – Мечтал только, но боялся. Она сама…

– Что знаешь про ее сумасшествие?

– Ничего не знаю! – истерил Игорек. – Как на духу… ой… то есть, как маме родной… отец вы наш… а почему вы зеленый-то?

Бедняга совсем запутался.

– Потому что черт, – Чонг встал. – Тьфу ты, пакость какая. Ладно, пошел я отсюда. Он правду говорит, гарантирую. Через часок оклемается. А вы, шалавы, следуйте за мной.

Он зашагал к двери, за ним послушно потрусили китаянки.

– Зачем они тебе? – спросил я, когда все разместились в паджерике.

– К мастеру Чжану завезем, ему миловидные девки в неофиты требовались. Для последующего обращения.

– И что, других не нашлось?

– Надо же обязательно грешных, чтоб соблазн был для перерождения. А в Китае сейчас неплохо налажена работа с молодежью. Пойди еще найди хорошеньких, молоденьких, и чтоб искушенные – все как идиотки работают, учатся, выполняют заветы партии. А эти подойдут, грешные по самое не могу.

– Так, стоп. Ты охренел вообще? Мне, чистильщику, сообщаешь, что намерен обратить девок в упырей?

– Ну ты подумай только! Чего им ловить в человеческом виде? Всяким Игорькам за копейки минет делать? А мы их к делу пристроим, торговые точки дадим, там, глядишь, денежку заработают, и ресторанчик откроют или там клубешник опять же…

– Иван, а может, правда?.. – спросила Маша, с сочувствием глядя на проституток. – Ну что им, бедным, делать…

– Это называется соблазн! – твердо ответил я. – Искушение от лукавого. Ему не надо поддаваться.

Вышел из машины, открыл заднюю дверцу, выволок китаянок:

– Идите отсюда, и больше на глаза не попадайтесь!

Девчонки постояли, похлопали глазами и вошли обратно в подъезд. Видимо, решили вернуться к Игорьку.

Я вывел машину со двора.

– Отказ от проституции соблазн, а две шлюхи в детских юбочках – это, значит, не соблазн, – пробормотал Чонг. – Это, видимо, благодать божья…

– Ладно, уймись, софист несчастный. – Честно говоря, меня самого смущала эта логическая нестыковка. – Ты лучше вот что скажи: Игорька загипнотизировал?

– Типа того, – небрежно бросил Чонг. – Магнетизм киан-ши.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Так может, нам и следствие незачем проводить? Давай ты всех замагнетизируешь, и инфу узнаешь.

– Ванюська, – обиделся китаец. – Тебе же лучше других должно быть известно: далеко не каждый поддается вампирскому магнетизму. Чем сильнее человек, тем меньше он подвержен внушению. Вот, например, Александру Катынину я обработать не смог, как ни старался. А уж показать какую-нибудь картинку можно только самым слабым.