"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Еслер Андрей - Страница 1711

Можно было бы попытать счастья самому, но мое появление с расспросами вызвало бы подозрения, а начальство велело не высовываться.

Я решил сосредоточиться на местах преступления: эксперты там уже поработали, все что положено – собрали, никому мое появление помешать не могло. Мне же нужны были несколько иные улики – упыриные следы, заметные только глазу чистильщика.

Первым делом поехал на Гоголя, туда, где произошло первое убийство. Долго крутился между домами, искал вход в подземелье.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Владивосток построен на сопках, поэтому здания во многих районах стоят одно над другим. Между ними – лестницы для удобства пешеходов. Весь город в них. Здесь даже байка есть такая: мол, местные девчонки такие стройные и ногастые, потому что вся их жизнь – сплошная тренировка. Может, это только шутка. Но тучных людей во Владивостоке действительно мало, не выдерживают они пробежек по лестницам при стопроцентной влажности. И девушки здесь вправду хороши.

Огибая сопки, серпантином вьются дороги, от них ответвляются подъезды к каждому дому. Окна нижних этажей выходят на заросшие травой склоны, из которых часто торчат люки, трансформаторные будки, какие-то другие хозяйственные постройки. Встречаются и бомбоубежища – старые совсем, полуразрушенные.

Одно такое, почти на самом верху сопки, стало местом гибели двух подростков. Я с трудом его нашел – три раза проехал мимо провала в земле, из которого торчал осколок бетонной плиты. Наконец догадался заглянуть, оказалось, за дыркой находится неплохо сохранившийся коридор.

В лицо пахнуло сыростью. Неудивительно: дождь лил не переставая уже месяц, и от полного затопления бункер спасала только плита, козырьком нависавшая над входом. Я вернулся к машине, взял фонарь, кольт, и уж тогда полез в подземелье.

Под ногами чавкала жидкая вонючая грязь. Сделав несколько шагов, я остановился. Вот здесь они лежали, судя по фотографиям с места происшествия.

Конечно, никаких видимых следов не осталось – ни пятен крови, ни меловых контуров. Даже если что было, все сожрали грязь и плесень. Я водил фонариком, внимательно осматривая стены и потолок. Ничего. Только интуиция, которая утверждала: здесь был упырь.

Двинулся вглубь. Узкий коридор забирал чуть вверх, оттого дальше было суше, шагов через двадцать грязь исчезла. Зато теперь появилось много следов людей, которые в начале подземелья испачкали обувь. Отыскать среди них отпечатки ног подростков было бы затруднительно.

Напади на них вампир, и он оставил бы следы самых обычных подошв. Но вурдалак – а я подозревал именно его – вряд ли был в ботинках или кроссовках. Обычно оголодавшие до потери человеческого обличья упыри избавляются от одежды и обуви.

Я несколько раз прошел по подземелью туда-обратно, подсвечивая себе фонарем и время от времени наклоняясь в попытке найти отпечатки звериных лап. Ничего. Потом осмотрел стены и потолок. Тоже безрезультатно.

В очередной раз добравшись до глухой стены в конце, я задумался. Тварь не могла не оставить следов. Забравшись в подземелье, она непременно вляпалась бы в грязь, да пошла печатать лапы на полу. Или на стенах и потолке – упыри умеют и по ним ходить.

Если же ничего нет… получалось, вурдалак не входил в бомбоубежище. Откуда же он тогда взялся? Материализовался из спертого воздуха? Такое только в сказках бывает.

Я снова принялся осматривать, ощупывать и простукивать стены, пытаясь найти лаз, потайной ход или хоть малую щелку. На эту работу ушло несколько часов. Так ничего и не обнаружив, но изрядно проголодавшись, направился прочь. Скорее всего, если вурдалак – киан-ши, то он влетел в тоннель. Хотя это и затруднительно, при их размахе крыльев.

До выхода оставалось несколько шагов. Вдруг пятно тусклого света пересекла быстрая тень. Снаружи кто-то был.

Я вынул кольт, медленно двинулся вдоль стены, стараясь ступать бесшумно. Правда, из-за хлюпающей грязи не очень хорошо получалось. Остановился у самого выхода, прислушался.

– Вылезай давай, – совсем рядом сказал низкий мужской голос.

– Пока мы сами не спустились и тебе по башке не настучали, – подхватил веселый тенорок.

Осторожно выглянув, я увидел двух парней в камуфляже и кепках, на которых были укреплены фонарики. Диггеры. Они стояли всего в двух шагах от лаза. Увидев оружие, ребята напряглись.

– Спокойно, мужики, – я развернул сыщицкие корочки, показал им.

– Опять из полиции, что ли? – пробасил, нахмурившись, крепыш лет тридцати. – Мы уже все рассказали.

– Не, он частный детектив, – возразил второй, высокий и худощавый.

– Меня наняли родители потерпевших, – нахально соврал я, убирая кольт.

– Понятно, – кивнул крепыш, – полиция-то вряд ли что найдет.

– Угу, они на медведя валят, – невесело хохотнул худощавый. – Медведь, надо же…

– А вы в медведя, значит, не верите?

– А ты веришь? – худощавый кивнул в сторону подземелья. – Это вот что, на берлогу сильно похоже? А улица – на тайгу? Да и вообще…

Коренастый неодобрительно покосился на товарища, тот осекся.

– Если что-нибудь знаете или догадки какие есть, расскажите, – попросил я. – Сами понимаете, у людей горе… Это же вы нашли тела?

Крепыш немного помялся, но все же ответил:

– Мы. То есть, сначала-то подземелье нашли, неделю назад примерно. Спуск решили немного отложить, всем некогда было. Ну а позавчера пришли, и вот… подарочек.

– Полицейские из нас уже всю душу вытрясли, – добавил худощавый. – Мы им все рассказали, и не по разу.

Я проговорил с парнями около получаса, ничего нового не узнал. Одни смутные догадки. Подростки были «дикарями» – так диггеры из клуба называли любителей-одиночек.

– Лезут, понимаешь, куда ни попадя, – сердито говорил крепыш, который представился Денисом. – Ни опыта, ни подготовки, ни снаряжения. Фонари, и те лажовые!

– А мы их потом вытаскивай, – поддакивал худощавый, Андрей. – Хорошо если успеваем. Думаешь, это первые покойники?

– Ну, такие-то первые, – поправил Денис. – Обычно все без криминала: «дикарь» заблудится или бомж какой своей смертью помрет. Так что на трупы мы насмотрелись. Но чтоб такое…

– Нечисто с ними, – серьезно сказал Андрей.

– В каком смысле?

– Ну… не человек их убил. И не зверь.

– А кто? – я изобразил удивление.

Диггеры переглянулись, помолчали. Потом Денис протянул:

– Не знаю… Но понимаешь, под землей чего только не бывает. Диггерские байки тоже не на пустом месте появляются.

В общем, так я от них ничего конкретного и не услышал. Мне поведали легенды о Белом старике, о странных невидимых стенах, о блуждающих тоннелях. У парней не было ни фактов, ни аргументов – ничего, кроме интуиции. Как и у меня…

За время беседы я успел изрядно промокнуть под дождем, так что с удовольствием залез в уютное нутро джипа и покатил на место второго преступления.

На Молодежную прибыл уже около пяти. Нашел нужный дом, въехал во двор, припарковался, осмотрелся.

Дом как дом – пятиэтажный, кирпичный, советской постройки, с просторным двором, который окружен высокими дубами. Зеленые газончики, клумбы и скамейки возле подъездов, детская площадка с грибком и простенькими качелями. Чисто, спокойно, сразу видно, жильцы здесь постоянные, основательные. И наверняка все друг друга знают…

Я снова выбрался под дождь. Детворы на площадке не было, зато на лавочке под грибком сидели три пожилых мужика. На аккуратно разложенной газетке перед ними стояли бутылка водки, три пластиковых стакана, лежали огурцы и нарезанный крупными ломтями хлеб. Казалось, ливень им ничуть не мешает. Как раз когда я подошел, мужики выпили и с удовольствием принялись закусывать.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Приятного аппетита, – пожелал я.

– Садись с нами, – гостеприимно предложил толстенький дядька в белой кепке.

– Спасибо, я за рулем. А вы что ж в такую-то погоду?..

– Соседа поминаем, – словоохотливо ответил толстяк. – Убили вчера Петровича нашего. Не слыхал?

– Да вы что? – я изобразил крайнюю заинтересованность. – Наркоманы небось?