"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Еслер Андрей - Страница 1483

Вдруг тело Гольдштейна осветилось ярким оранжевым сиянием, будто солнце на прощание подарило ему частичку своего тепла, и поднялось в воздух, постепенно бледнея и растворяясь в нем.

– Оранжевый ушел от нас, но остался его наследник, - раздался над головой Макса торжественный скорбный голос.

Возникнув ниоткуда, возле исчезающего тела Гольдштейна стоял Белый Бессмертный, держа на раскрытой ладони его кольцо с оранжевым камнем. Вдруг Макса пронзила мысль: почему с телом мамы ничего не происходит? Ведь оно тоже должно было исчезнуть! В душе проснулась надежда, он, затаив дыхание, смотрел на маму, боясь, что она сейчас уйдет, вслед за Гольдштейном. Но секунды проходили, складываясь в минуты, а мама оставалась с ним.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Она жива, - сказал Белый, - Просто, не выдержав страданий, ее душа вышла из тела. Но она здесь, рядом с тобой.

– Так верните ее, - прохрипел Макс.

– Это должен сделать ты. Призови на помощь свой дар.

Макс поднял лицо к небу и посмотрел на солнце. Он постарался забыть свое горе, не думать о потерях, очистить свое сознание и почувствовал, как в него вливается живительная энергия солнечных лучей. Его тело наполнилось силой. Он взял мамины холодные руки в свои ладони, передавая ей исцеляющую энергию. Мама вздохнула и открыла глаза. Она увидела Макса, порывисто села и крепко обняла его. Макс, задыхаясь от счастья, прижался щекой к маминым волосам и, как когда-то в детстве, сладко, не стесняясь своих слез, расплакался. Мама была рядом, живая, теплая, любящая, но он не мог забыть о тех, кого больше никогда не будет с ним. Гольдштейн, Эдик, граф, Савка, Роки… При мысли о Роки, принявшем страшную смерть, горло сдавил обруч боли.

– Тише, тише, мой родной, - шептала мама, гладя его волосы, - Все пройдет, все будет хорошо.

Эти простые слова утешали Макса, убаюкивая боль в сердце. Он глубоко, судорожно вздохнул, успокаиваясь, и услышал громкий, протяжный вой. Макс поднялся на ноги и протянул маме руку, помогая встать. Вокруг стояли люди - жители города, пришедшие на помощь раненым, воины, дравшиеся с ним плечом к плечу. Все они обнажили головы, отдавая последние почести павшим в этом бою. Чуть поодаль от людей колыхались туманные призраки тех, кого тысячу лет назад превратили в мортусов. Суровой стеной стояло призрачное войско короля Айдина. Земля под ногами была покрыта полчищами крыс, которые, не страшась людей, замерли, будто разделяя всеобщее горе. А вокруг сидели волки и, подняв острые морды к небу, пели свою прощальную песню. Скорбные, надрывающие душу звуки возносились к небу и таяли в его безоблачной вышине, как последняя поминальная молитва. Волки оплакивали погибших, отдавая последнюю дань своим серым братьям, людям, зверям - всем воинам Света, чья жизнь оборвалась в битве со злом. Казалось, вместе с волками плачет сама природа, провожая в последний путь своих детей. Наконец, волчья песня закончилась, оборвавшись на высокой ноте, и звери медленно пошли прочь.

Крысы тоже зашевелились, покидая городские улицы. От серой массы отделился пушистый комок и с радостным писком принялся карабкаться по ноге Макса. Тот узнал Михалыча и, ласково взяв его в руки, посадил на свое плечо. Крыс тут же уткнул колючую мордочку в его шею.

– Ты жив, бродяга! - сказал Макс, поглаживая зверька.

"Я должен идти, прощай", - пришел ему мысленный посыл.

– Понятно. Что ж, иди. Спасибо тебе за все, - грустно ответил Макс, которому жаль было расставаться с Михалычем.

"Зови, если что. Я приду", - на прощанье просигналил крыс, и ловко пополз по кольчуге вниз. Он спустился на землю и вскоре исчез среди своих собратьев, уходивших из города.

Перед Максом возник призрак короля Айдина.

– Я уничтожил вашего убийцу, - сказал ему Макс.

– Проклятие Лесного народа сбылось, - проговорил король, - Мы уходим, отмщенные.

Он обернулся к своему войску и взмахнул рукой. Мертвые воины в благодарственном жесте подняли к небу оружие. На мгновение Максу показалось, что он видит впереди войска прозрачный силуэт Айрис, которая с улыбкой машет ему рукой. Спустя мгновение войско Лесного народа исчезло, а на его месте заклубился туман.

– Нам было обещано прощение, - раздались голоса потерявших тело.

Макс вопросительно посмотрел на Белого. Тот громко, перекрывая голоса духов, выкрикнул:

– Вы прощены и можете покинуть землю!

Издавая стоны облегчения, призраки устремились ввысь и исчезли в небесной синеве.

– Это они? - спросила Аня, указывая на стайку белых пушистых облаков, появившихся вокруг солнца.

– Не знаю, может быть, - задумчиво ответил Макс.

– Все кончено, - сказал Белый, окидывая взглядом пустырь перед домом и стоящих на нем людей.

– А как же Черная королева? Она умерла? - спросил Сергей Иванович.

– Черная королева бессмертна и всемогуща, она не может погибнуть.

В голосе Белого прозвучали нотки благоговения и грусти. Максу не понравились его интонации, и он задал вопрос:

– Если она такая всесильная, почему же не остановила нас?

– Королева носила под сердцем дитя смертного, и это очень ослабило ее. Но она жива.

– А вы-то куда исчезли? - возмущенно вмешалась Виктория, - Почему не помогли нам? Взгляните, сколько людей и животных погибли.

– Смертным не дано понять того, что движет богами, - ответил Белый, - Я не мог вмешаться.

– А может быть, после того, что нам пришлось пережить, у нас есть право знать, что же вами двигало? - настаивала Виктория.

– Ну что ж, если вам это нужно… Существуют правила игры, которые мы с Черной королевой договорились выполнять.

– Правила игры?… Игры?… - задохнулся Макс.

Это не укладывалось в его голове. Они прошли через страшные испытания, все время находясь на волоске от смерти, дрались, убивали, терпели боль, видели страдания, хоронили товарищей - и все это ради правил игры? Вымершие от чумы деревни, звери, на которых напал мор, дети, оставшиеся сиротами, матери, оплакивающие своих детей, - и те, что бездыханными сейчас лежат вокруг него, - это игра? Он посмотрел на маму, мысленно прося помощи. Она снова обняла его, и Макс понял, что у него нет сил отвечать Белому. Ему хотелось одного: оказаться как можно скорее дома, смыть кровь, коркой покрывающую его тело и лицо, и забыть, забыть, забыть все это.

– Я готов прямо сейчас перенести вас назад, в Первую грань, - торжественно произнес Белый.

Он взглянул на Сергея Ивановича.

– Ну, ладно, - засуетился профессор, пожимая руки своим друзьям, - Может, еще увидимся. Если будете в Екатеринбурге - милости прошу в гости! - он торопливо вынул из кармана и раздал всем визитные карточки со своей фамилией и телефонами.

Попрощавшись, Сергей Иванович подошел к Белому, тот положил руку ему на голову, над профессором сгустилась фиолетовая дымка, и он исчез. Следующей была Милана. Она долго прощалась со всеми, целуя, заливаясь слезами, снова целуя и приговаривая:

– Я всех вас так люблю! Вы такие милые!

Напоследок она сотворила иллюзорные блестки, которые после ее исчезновения еще долго продолжали сыпаться с неба.

– Теперь вы, - предложил Белый Виктории, которая стояла в обнимку с Гартом.

– Нет, - ответила девушка, - Я остаюсь.

– Виктория только что согласилась стать моей женой, - добавил Гарт.

– Что ж, я благословляю вас, - произнес Белый.

– А мы в ваших благословениях не нуждаемся, - дерзко вскинув голову, проговорила Виктория.

– Я понимаю и не сержусь, - Белый протянул руку, - Но камень рода Желтых вы должны отдать мне. Род не должен прерваться.

– Разве у Эдика есть дети? - удивилась Аня, - Он говорил, что никогда не был женат.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– Не был, но ребенок у него есть. Одиннадцать лет назад, совсем еще подростком, он встречался с девушкой. Через некоторое время Эдик бросил ее, а девушка поняла, что беременна. Она была очень гордой и не стала сообщать об этом любимому. Так что, в городе Сочи растет наследник рода Желтых. Ему десять лет.