"Фантастика 2025-37". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Харитонов Дмитрий - Страница 1010

— Хотелось бы узнать цель вашего прибытия на нашу планету.

Она остановилась, словно натолкнулась на невидимую преграду, и подняла на него глаза:

— Это интересует вас, правитель, или Посвященных Клана Истины?

Йяццу несколько опешил. Он не ожидал, что встречный вопрос будет настолько прямым.

— Всех. Но в первую очередь, конечно, Посвященных.

— Хорошо. Я отвечу вам на этот вопрос и на все остальные. Если не ошибаюсь, вы только поэтому предложили мне свою помощь? Вам хотелось расспросить меня, не так ли?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мужчина почувствовал обиду. Она ошибалась, если думала, что он настолько расчетлив и меркантилен. Но промолчал. Он не желал признаваться в истинной причине своего поступка не только ей, но и себе самому. Комда заметила, что Ло нахмурился, и поспешила проговорить:

— Ваша планета уникальна. Столь быстрое развитие цивилизации удивляет и сбивает с толку. Нам бы хотелось выяснить причины такого стремительного развития.

Она заглянула ему в глаза и спросила:

— Могу я тоже расспросить вас об интересующих меня вещах?

— Конечно. Ведь именно поэтому вы согласились пойти со мной!

Женщина весело рассмеялась. Дальше беседа продолжалась легко. Они старались спрашивать и отвечать искренне. Конечно, в той мере, в какой могли себе позволить.

— Сколько кланов существует на вашей планете?

— Три. Истины, Терпения и Доброты.

— И люди, принадлежащие к ним, носят одежду разных цветов?

— Да. Клана Истины — белую, Терпения — синюю, Доброты — розовую.

— Интересно. Я предполагала нечто подобное…

— Теперь моя очередь. Что вы скрываете?

— О! Слишком многое. Нельзя ли задать вопрос конкретнее?

— Эти мужчины, с которыми вы прибыли в нашу деревню, ваши защитники?

— Можно сказать и так.

— Тогда рискну еще раз задать тот же вопрос, кто вы такая?

— Это уже совсем другой вопрос. Но я отвечу. Я капитан космического корабля, а эти мужчины офицеры на моем судне. Озгуш — мой заместитель. Мстив — разведчик. Раст — десантник. А Тресс… — она на мгновение замолчала, а потом быстро добавила: — Тресс не член нашей команды. Он сам по себе.

Йяццу замолчал, обдумывая сказанное Комдой.

— Интересно. Я предполагал нечто подобное…

— Правитель, вы смеетесь надо мной или передразниваете?

Мужчина понял, что она начитает сердиться, и поспешил сменить тему:

— Мы уже почти пришли, но нужно взять чуть левее. Оттуда лучше видно.

Они свернули немного в сторону и поднялись выше. На склоне холма лежал большой валун с плоской и гладкой вершиной. Йяццу чуть разбежался, легко оттолкнулся от земли и запрыгнул на камень. Затем он встал на колени и опустил руку вниз.

— Держитесь за меня и забирайтесь сюда.

Комда сделала то же, что и он: разбежалась, оттолкнулась и, ухватившись за протянутую руку, забралась на камень. Встала в полный рост и посмотрела на мужчину. Он указал рукой вперед. Ло с удовольствием отметил, как её глаза широко распахнулись. В них были удивление и восторг. Он встал у неё за спиной, чтобы не мешать разглядывать рисунок и принялся рассказывать.

— Вот то, что вы хотели увидеть. Выложенное из камней изображение птицы.

— У нас был дракон…

— Что вы сказали?

— Ничего. Просто мысли вслух. И что оно означает?

— Птица Фау олицетворяет стихию огня. По преданию, она сгорает, принося тепло людям. Сгорает, но не умирает. Каждую весну она возрождается из одного-единственного уголька, бережно сохраняемого Посвященными. Именно благодаря жертве, которую приносит священная птица Фау, у нас никогда не бывает холодно. Даже зимой. Я знаю, читал в летописях, что раньше на нашей планете были долгие зимы со снегом. Сейчас даже старики не помнят этого. Птица охраняет нашу деревню с востока. С той стороны, откуда раньше прилетали холодные и разрушительные ветра.

Комда задумчиво смотрела на выложенное из красных, кирпичного оттенка камней изображение птицы с контуром из округлых булыжников. Очевидно, за ним тщательно ухаживали. Внутри вся трава была выполота, а земля засыпана мелкой красной крошкой того же цвета, что и камни. У птицы был острый клюв и длинный хвост. Она словно летела куда-то, распахнув крылья. Женщина тихо сказала вслух то, что подумала:

— Красиво. Очень.

Правитель почувствовал, что ему приятно слышать от неё такие слова.

— А что за изображение находится на западной части склона?

— Зачем я буду рассказывать, если это можно увидеть? Или вы торопитесь вернуться назад, в Пристанище странников, к своим друзьям?

— Нет. Я не спешу.

Мужчина удовлетворенно и, как ей показалось, радостно кивнул:

— Я сейчас спущусь и помогу вам.

Он присел на самом краю и, примерившись, спрыгнул. Затем встал, отошел чуть в сторону и поднял вверх руки.

— Прыгайте. Не бойтесь. Я поймаю вас.

Комда, не раздумывая, прыгнула в протянутые навстречу руки. Ему показалось, что с камня взлетела птица. Но если глаза и могли обмануть правителя, то руки нет. Они почувствовали тело женщины, поймали его и бережно прижали к груди. Он услышал, как она громко вздохнула и прошептала:

— Вы поймали меня, как и обещали. Но я все еще не на земле.

Йяццу понял, что держит женщину на руках. Он осторожно отпустил ее и, чтобы скрыть неловкость, слишком громко произнес:

— Пойдемте, я покажу вам второе изображение.

Они шли по высокой траве. Её темно-зеленый цвет местами уже превратился в бурый. Жесткие колоски стучали по ногам и цеплялись за одежду. Комда дотрагивались до головок высохших цветов, и те осыпались семенами.

— Послушайте, Йяццу, почему вы не стали Посвященным Клана Истины? Вы являетесь сторонником другого учения?

Мужчина, продолжая следить за её руками, обрывающими сухие цветы, ответил:

— Нет. Не в этом дело. Идеи Клана Истины мне ближе других. Просто я не чувствую, что полностью готов к тому, чтобы принять посвящение. Учитель говорит, что я похож на мокрое бревно, из которого хотят добыть огонь. Мое время еще не пришло.

— Вы постоянно упоминаете о каком-то Учителе. Это образ или живой человек?

— Человек. Такой же, как вы или я.

Йяццу немного помедлил и добавил:

— Когда я говорю такой же, то имею в виду внешний облик. Внутренняя сущность Учителя совершенна и не может сравниваться с нашей.

Комда кивнула, словно соглашаясь с его словами. Они прошли еще часть пути, когда он вновь нарушил молчание:

— Вы сказали, что прилетели для того, чтобы разобраться в нашей жизни, понять причины быстрого развития нашей цивилизации. Как вы собираетесь это делать? Будете изучать каждого из нас?

— Нет. Я собираюсь поговорить с вашим Учителем.

Правитель остановился. Комда сделала еще несколько шагов и тоже встала. Она повернулась и посмотрела на мужчину своими синими глазами. Она стояла лицом к солнцу, но не щурилась. В ее зрачках горело пламя, делая женщину еще прекраснее.

— Мой ответ не понравился вам, правитель? Но это правда. Я действительно собираюсь встретиться с вашим Учителем.

— Он живет очень далеко отсюда. Вам придется проделать большой путь.

— Мы готовы к этому.

Комда чувствовала, что настал момент, когда ей нужно попросить правителя помочь им. Проводить к Учителю. Но не могла решиться сделать это. Несмотря на то, что вчера так уверенно говорила об этом Тресс. Йяццу нравился ей. Своим мягким добрым юмором, спокойствием, заботливым вниманием и рассудительностью. Ей не хотелось приносить его в жертву своим целям и интересам. Еще раз всё обдумав, она решила промолчать и успокоилась. Вдруг словно издалека она услышала его голос:

— Я бы мог проводить вас к Учителю.

Комда поторопилась отклонить его предложение:

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

— Но Йяццу, это невозможно. У тебя есть обязанности перед жителями деревни. Ты же правитель!

— Выборный. Раз в год, после праздника Полнолуния, мы выбираем нового правителя.

Он видел, что Комда волнуется. Она даже не заметила, как стала обращаться к нему на «ты». Но при этом Ло не мог понять причины её беспокойства.