Эйрин и Залкос, бог Хаоса (СИ) - Аттонита Эмпирика - Страница 27

Эйрин беспомощно прижалась к Залкосу, когда они оглядывали это злополучное место. Её сердце сжималось от страха и горечи, но всё же в нем теплилась призрачная искорка надежды на чудо.

— Где они? — прошептала она дрожащим голосом. — Где Эридан и Эральдо?

Залкос, словно чувствуя её тревогу, сжал её плечо, рыская чёрными глазами по пустому полю.

— Я не знаю, — произнёс он упавшим голосом.

Эйрин закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, вспомнить, как они сражались вместе, как Эридан и Эральдо защищали её, рискуя своими жизнями. Она ощущала, как слёзы подступают к глазам, и Залкос, видя это, крепче её обнял.

— Они живы, — решительно сказал он. — Я чувствую энергию, оставшуюся от битвы. Теперь, когда у меня есть магия, я могу попробовать отследить их души.

Лицо Эйрин просияло, и она несмело улыбнулась.

Залкос поднял руки и закрыл глаза, и вокруг него закружились тёмные искры, словно звёзды, упавшие с небес.

— Я вижу их, — уверенно произнёс он через несколько минут сосредоточенного молчания. — Но они не здесь. Их души… они находятся в другом месте.

Эйрин почувствовала, как её сердце вздрогнуло и забилось быстрее.

— Где? Где они?

— В месте, где пересекаются тьма и свет, жизнь и смерть, — ответил Залкос. — Мы должны спешить, пока они не ушли за грань.

Он взял её за руку и, используя свою магию, снова переместил их в другое место, оставив поле битвы, полное горечи воспоминаний.

И каково же было её удивление, когда они оказались перед дворцом из голубого хрусталя, окружённые растерянными стражами в серебряных доспехах, которые, стоило им их увидеть, выхватили свои мечи и направили на них!

Эйрин в испуге подняла руки.

— Мы… пришли с миром, — пролепетала она, глядя на Залкоса в поисках его поддержки.

Он вмиг посуровел, его глаза запылали знакомым огнём ненависти, а губы изогнулись в насмешливой ухмылке. Скрестив руки, он хмыкнул и обвёл стражей долгим тяжёлым взглядом с презрительным прищуром.

— Это Анархос! — воскликнул один из воинов, и остальные, перешёптываясь, дружно закивали.

— Теперь ты не уйдёшь!

— Смерть ему! — послышались крики.

— Смерть? — усмехнулся он. — Я — Залкос, бог Хаоса, и я могу раздавить вас одним мизинцем.

Эйрин, охваченная паникой, почувствовала, как её заколотило крупной дрожью. Дрожащим голосом она тихо молвила:

— Залкос, не надо… Хватит смертей.

Он стиснул зубы и продолжил давить противников яростным взором, не глядя на неё. Обнадёженная тем, что он не кинулся тут же рвать их на части, она сказала уже громче:

— Мы пришли с миром. Я — Эйрин, жрица Спироса, и я ищу своих друзей: рыцарей Эридана и Эральдо.

Стражи переглянулись, и один из них, высокий и светловолосый, сжимая меч, шагнул к ней.

— Друзей? — холодно усмехнулся он. — Тогда почему ты с ним?

Залкос яростно зарычал: было очевидно, что он держится из последних сил. Держится ради неё. И она была за это ему безгранично благодарна.

— Он — тоже друг, — выпрямив спину, Эйрин посмотрела стражу прямо в глаза. — Он изменился.

Среди воинов раздались ехидные смешки, которые скоро перешли в откровенный хохот. И тут Залкос, раздувая ноздри, наконец воздел руку, готовясь к смертоносному заклинанию, и Эйрин, зная, что за этим последуют, бросилась на него и вцепилась ему в предплечье.

— Умоляю, нет! — закричала она в отчаянии.

Он небрежно стряхнул её, как букашку, но она не собиралась сдаваться.

— Залкос, умоляю, посмотри на меня! — вновь схватив его за руку, воскликнула Эйрин. — Прошу, ты ведь хотел измениться!

Словно под заклятьем, он медленно повернул голову и опустил на неё пристальный взгляд, в его глазах полыхала безумная тьма.

— Залкос… — прошептала она, одновременно напуганная и зачарованная этим зрелищем, его гипнотическим притяжением. — Залкос… ты прекрасен. Не дай ненависти тебя поглотить.

Бог Хаоса смотрел на неё, не шевелясь, словно окаменевший, и чёрное пламя в его глазах начало утихать. Его взгляд стал более осмысленным, и в нем читалась отчаянная внутренняя борьба.

Эйрин, не отводя взора, шагнула ближе, её сердце колотилось в груди. Забыв обо всём, что их окружало, она протянула руку и погладила его по щеке, ощущая тепло его кожи.

— Ты можешь быть другим, — с надеждой прошептала она. — Я верю в тебя.

Залкос, будто околдованный, опустил руку, в которой уже начал собираться сгусток смертоносной тьмы, и произнёс сдавленным от эмоций голосом:

— Ты не понимаешь, что я могу сделать с ними…

— Я знаю, — перебила она, возвысив голос. — Но я не хочу, чтобы ты стал тем, кого я боюсь. Я хочу, чтобы ты был тем, кто может любить.

И в этот момент Залкос, побеждённый её любовью, наклонился и поцеловал её. Это был поцелуй, полный страсти и горячей нежности, который заставил её забыть о тех, кто стоял вокруг них с мечами в руках.

Когда они отстранились, Эйрин оглядела стражей: сбитые с толку, они недоумённо перешёптывались, очевидно, не в силах поверить, что бог Хаоса, олицетворение разрушения, мог испытывать такие чувства.

Не сдерживаясь, она снова притянула его к себе, обвив руками его шею, и нашла его губы, шепча между поцелуями:

— Не убивай их. Дай им шанс. Вместе мы сможем изменить всё.

Когда Залкос оторвался от её губ, его дыхание было тяжелым, а глаза полны смятения.

— Ты действительно веришь в это? — спросил он с сомнением в голосе.

— Да, — уверенно сказала она. — Я верю в тебя. Ты уже изменился, просто посмотри на себя.

Он обернулся к стражам и произнёс:

— Я не буду вас убивать. Я выбираю жизнь и любовь. Я… хочу мира, а не войны.

Воины замерли, не опуская мечей, в их глазах читалось недоверие. И в этот момент светловолосый страж воздел руку и произнёс заклинание: Эйрин и Залкоса окутало фиолетовое свечение, и в следующий миг она почувствовала, что её тело оплетено магическими путами.

— Взять их! — скомандовал страж.

Залкос зарычал, стараясь разорвать оковы, но его смертное тело было неспособно с этим справиться.

— Держись… держись, любимый… Всё будет хорошо, — Эйрин хотела успокоить его и себя, но её голос дрожал.

— В темницу их! — крикнул страж, творя новые чары, и она ощутила вокруг себя сладковато пахнущую сонную ауру.

— Нет… — прошептала она, теряя сознание, и в последний миг успела перехватить угасающий взгляд Залкоса, полыхающий неподдельным безумием.

Глава 31

Первое, что почувствовала Эйрин, — холод. Жуткий холод, пробирающий до костей. Открыв глаза, не сразу привыкшие к темноте, и оглядевшись, она увидела, что сидит в зарешёченном помещении на полу, привалившись спиной к высокой стене с грубой каменной кладкой. За железными прутьями виднелась узкая лестница, ведущая наверх, тускло освещённая отсветами далёких факелов.

Подняв дрожащие руки, она попыталась создать чары тепла и света, но в её ладонях не вспыхнула даже малейшая искра: у неё на запястьях мерцали фиолетовые магические оковы.

— Залкос! — прошептала она трясущимися от холода и страха губами. — Ты здесь?

Из темноты послышался глухой мрачный голос:

— Да, Эйрин.

Приглядевшись, она различила его силуэт: он тоже сидел на полу у дальней стены, на его руках мерцали магические браслеты, а лицо, спрятанное в тенях, озаряли глаза, казавшиеся непомерно огромными: два чёрных колодца, из которых струилась живая тьма — темнее, чем окружающий мрак.

От этого жуткого зрелища у неё перехватило дыхание: как же он, должно быть, зол!

— Залкос, прости… — робко выдавила она сквозь хватку ужаса, сжавшую горло. — Это всё из-за меня…

Её слова повисли в гнетущей тишине, и она сжалась всем телом, когда увидела, как он тяжело поднялся и шагнул в её сторону.

«Боги, мне конец», — пронеслась в голове паническая мысль, а на глазах выступили слёзы отчаяния, и она попятилась к решётке.

Уперевшись спиной в холодные прутья, она зажмурилась, не в силах смотреть, как он медленно, но неумолимо приближается, как дикий зверь, запертый в клетке со своей жертвой, имеющий над ней полную власть — и время, чтобы не торопиться.