Эйрин и Залкос, бог Хаоса (СИ) - Аттонита Эмпирика - Страница 19

— Я всего лишь хотел немного развлечься, а сам привязался к ней, как мальчишка.

Эральдо тоже помолчал, потом задумчиво молвил:

— Я тоже чувствую, что между всеми нами есть что-то особенное. И я не хочу это терять.

— Хотел сделать её постельной игрушкой, — продолжил Эридан, — а теперь она сама играет мной, как куклой, так что я готов на всё ради того, чтобы удовлетворить её желания.

Эйрин, слушая их слова, испытывала противоречивые чувства: с одной стороны, она была ошеломлена их откровениями о том, что они были намерены просто использовать её, но с другой, её сердце забилось быстрее от осознания того, что теперь их связывало нечто большее, чем просто физическое влечение.

Она открыла глаза и, приподнявшись на локтях, поглядела на рыцарей, сидящих у костра.

— Я всё слышала, — произнесла она тихо.

Мужчины, не ожидавшие её пробуждения, обернулись к ней с удивлением, их лица выражали смесь шока и смущения.

Эйрин села на лежанке и с укором посмотрела прямо в глаза Эридану, а потом Эральдо, и оба молча опустили взгляды.

— Вы думали обо мне, как о постельной игрушке, — холодно молвила она.

Эридан, всё ещё не поднимая взора, покачал головой:

— Мы не хотели, чтобы ты узнала. Это было… это было просто…

— Просто что? — горячо перебила его Эйрин. — Просто развлечение? Или просто способ хорошо провести время? Вы оба думали, что сможете управлять мной, но сами попались на эту удочку!

Рыцари обменялись взглядами, а потом наконец посмотрели на неё, и в их глазах читалось сожаление, смешанное с нежностью.

— Эйрин, послушай, — начал Эридан, — я не могу отрицать, что вначале хотел просто поиграть с тобой, но теперь я действительно к тебе привязался. И я хочу большего. Хочу тебя всю.

Эральдо добавил:

— Я тоже. Мы оба оказались в ловушке собственных желаний, и я готов признать, что ты стала для меня чем-то большим, нежели просто очередная женщина.

Эйрин, всё ещё ощущая тень обиды, в то же время чувствовала, как её сердце наполняется теплом и надеждой.

— Я готова простить вас, — твёрдо сказала она, — если вы пообещаете, что впредь будете честны со мной.

И в этот момент её собственная совесть шепнула ей укоризненно: «А разве ты всегда была честна с ними?»

Она встряхнула головой, словно надеялась избавиться от этой мысли, но воспоминания о Залкосе вновь всколыхнулись в её сознании.

Рыцари, переглянувшись, решительно закивали.

— Прости нас, — сказал Эридан, заглядывая ей в лицо виноватыми глазами.

— Обещаем, мы будем вести себя хорошо, — с лёгкой игривостью добавил Эральдо.

Её сердце забилось быстрее, когда Эридан подошёл к ней, осторожно уложил на мягкую лежанку и поднял её руки над головой, создавая особое напряжение.

Эральдо, сев рядом, начал нежно гладить её бёдра, и Эйрин закрыла глаза, позволяя своим чувствам захватить её целиком. Каждое прикосновение вызывало в ней волны нежности и желания.

— Мы будем любить тебя искренне, — пообещал Эридан, склонившись к ней и почти касаясь её лица.

— Мы будем дарить тебе только радость и наслаждение, — произнёс Эральдо со страстным придыханием.

Эйрин почувствовала, как к теплу костра, согревающему её кожу, примешивается распаляющийся внутренний жар. Она открыла глаза и встретила взгляд Эридана, в котором читались желание и забота. Эральдо, забравшись под подол платья, продолжал гладить её ноги, медленно поднимаясь всё выше и больше распаляя её пламя.

— Мы хотим, чтобы с нами ты чувствовала себя комфортно, — мягко сказал Эридан, одарив её нежным взором. — Если что-то не так, просто скажи.

Эйрин кивнула с улыбкой.

— Мы сделаем всё, что ты захочешь, — прошептал Эральдо, его рука застыла на её бедре, словно в ожидании разрешения двигаться дальше.

С её губ сорвался тихий вздох:

— Я… хочу вас.

Эти слова стали для них командой к действию.

Они быстро избавили её и себя от одежды, и Эральдо, раздвинув её ноги, пристроил между ними свою голову, а Эридан припал к её губам в жарком поцелуе.

Она застонала ему в губы, когда язык Эральдо принялся ласкать её самое чувствительное место, пока руки Эридана играли с её сосочками.

Оторвавшись от неё, светловолосый рыцарь склонился к её уху и прошептал:

— Если хочешь, можешь тоже меня поласкать…

Её щёки вспыхнули от смущения, а губы растянулись в счастливой улыбке, и, когда она кивнула, он приставил к ним свой орган, который она мгновенно приняла в себя.

Тихие стоны звучали в ночной тишине, смешиваясь с треском костра и шёпотом трав, создавая музыку страсти, которая распалялась с каждым мигом их близости.

— Хочешь так, как ты любишь больше всего? — заботливо осведомился Эридан, гладя её по голове, и она согласно промычала в ответ.

Он усадил её на себя, а Эральдо, приподняв её бёдра, вошёл сзади, и она чувствовала, как её переполняет счастье — счастье от того, что они вместе. Рыцари начали двигаться слаженно и ритмично, шепча ей слова любви и нежности, и когда она почувствовала, как волны наслаждения накатывают на неё всё сильнее, Эридан, притянув её ближе к себе, простонал ей на ухо:

— Милая, любимая Эйрин!

Эральдо, задыхаясь от ритма их страсти, выпалил:

— О да, красавица, я тоже тебя люблю.

Эйрин почувствовала, как теряет себя в этом блаженстве, когда мощная пульсация прокатилась по её телу, она забилась в судороге экстаза, крепко сжимая мышцы, и с её губ сорвалось признание:

— И я люблю вас… очень, очень люблю!

Глава 21

Когда Эйрин лежала, закатив глаза, переживая момент наивысшего счастья, её сознание вдруг пронзила чёрная вспышка: перед ней возник прекрасный образ Залкоса с глазами, полными полыхающей безумием тьмы, напомнившей ей о том, как она, забыв о долге жрицы Звёздного храма, была соблазнена им и изгнана из своего священного места.

Сердце Эйрин сжалось от боли, когда она вспомнила, как Залкос смеялся над её чувствами, презирая её любовь. Его шёпоты, полные нежности и одновременно насмешки, заполнили её разум. Она слышала его голос, который то ласкал, то издевался над ней, и это внутреннее противоречие разрывало её изнутри.

— Ты никогда не сможешь быть счастливой без меня, — шептал он, его голос звучал как сладкий яд. — Ты всегда будешь стремиться к тому, что недоступно, и это только подчёркивает твою слабость.

Распахнув глаза, Эйрин вздрогнула и судорожно вздохнула, напрягшись всем телом, пытаясь избавиться от его образа, но он не исчез, и в этот момент Эридан и Эральдо, заметив её состояние, нависли над ней, словно пытаясь разглядеть причины беспокойства на её лице.

— Эйрин? — с тревогой и заботой в голосе спросил Эридан. — Всё в порядке?

Она не могла ответить: в её сердце бушевала буря, и она была разорвана между настоящими чувствами к двум рыцарям и тёмным прошлым, которое никак не отпускало её.

— Эйрин, смотри на нас, — настойчиво сказал Эральдо. — Мы здесь, с тобой. Ты не одна.

Она попыталась сосредоточиться на их словах, но даже их присутствие не могло полностью вытеснить образ Залкоса, и на её глаза навернулись слёзы.

— Я… я не могу, — всхлипнула она. — Он не даёт мне покоя.

Образ Залкоса заполнил её сознание, и его голос звучал в её голове сладким шёпотом, манившим её к себе, напоминая о страсти, которую они когда-то разделили.

— Ты всегда будешь искать меня, даже когда рядом два рыцаря, готовых отдать тебе всё, — шептал он соблазнительно, но его губы кривились в жестокой насмешке. — Посмотри на себя. Ты стала всего лишь их постельной игрушкой, но ты всегда останешься моей.

Эйрин чувствовала, как её душа разрывается от боли. Она была словно парализованная, не в силах вырваться из этого внутреннего ада, в то время как Эридан и Эральдо погружали её в свои нежные объятия. Их руки, которые должны были приносить ей утешение, лишь усиливали её страдания, ведь она знала, что её сердце принадлежит другому.