"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович - Страница 1733

А вот щиты немного разнятся, но все больше тридцати тысяч.

Григорий и Льёрги активно обстреливали двергусов и Чад, все еще формирующихся и постепенно приходящих в движение. Я же снова просчитывал варианты, но это дело крайне неблагодарное – все постоянно меняется.

– Опять? – обреченно выпалил я, глядя, как чудища разбились на пары и снова объединялись.

Большое Чадо дварга.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Соответствует вашим 80% управления первородной энергией.

Статус: лишен (оружие).

И щиты у троицы в районе шестидесяти пяти тысяч, а рост так и вовсе метров под тридцать пять.

– Надеюсь, на этом все, – проговорил Григорий. – Если продолжат расти, стало быть, поблизости кто-то из королевской семьи дваргов. А так – только герцоги. Ну или герцог.

Глава 16. Альфы против тысяч

К счастью, расти они перестали. Григорий и Льёрги продолжали обстреливать врагов, но Большим Чадам их выстрелы что комариные укусы. Поэтому канониры сосредоточились на обычных двергусах, коих внизу еще шныряло несколько сотен.

Первые секунды здоровенные големы стояли неподвижно. Складывалось впечатление, что внутри них происходит что-то вроде «отладки системы». Однако затем события начали развиваться стремительно.

С грацией и скоростью профессиональных легкоатлетов два здоровяка согнулись в пояс, подставив руки ладонями вверх. Через миг третий уже наступил на образовавшийся трамплин. А в следующую секунду его запустили в полет. Отчасти все выглядело, как прыжки-подбрасывания в бассейне. Только вот «купались» не пьяные отдыхающие, а сотканные из сотен мертвых тел твари, каждая размером с двенадцатиэтажный дом.

Раскинув руки в стороны, Чадо разинуло омерзительную пасть, способную проглотить грузовик. Оно стремительно приближалось, явно намереваясь сбить космолет.

Толком не успел перепугаться – пол ушел из-под ног, я покатился кубарем и сильно приложился спиной о пластиковое покрытие стены.

Наше летающее судно вильнуло в сторону и ускорилось.

– Превосходно! – не скрывая восхищения, проговорила Льёрги, с уважением посмотрев на Григория.

– Благодарю, – скромно улыбнулся луцезарий.

В голове мелькнула мысль, что это нам нужно благодарить Космос, что за штурвалом оказался столь опытный пилот с невероятно быстрой реакцией. Хотя чего еще ожидать от созданного из света создания.

Между тем экран показывал, что тварь успешно приземлилась. В месте ее стыковки с поверхностью образовалась воронка внушительных размеров, по краям которой разметало выдранные с корнем деревья. И теперь Чадо с упоением неслось обратно к товарищам, готовым запускать снаряд по новой.

Благодаря мастерству Григория нам удалось увернуться еще от двух подобных атак.

– Прекрасно, – я искренне похвалил дворецкого. – Но нам нужно решать, что делать дальше. Не можем же мы только уклоняться? Нужно и самим контратаковать.

– Как? – хмыкнул Мьёрг. – В основе борьбы с Чадами лежит простейшая схема – основная по численности группа занимает само Чадо, в то время как малая группа ликвидации занимается поисками дварга. Ты сможешь быть в двух местах одновременно?

Скривив морду, медведь ясно дал понять, что по-прежнему не собирается сражаться за меня. Расценив мое молчание как признак отчаяния, он снова усмехнулся и продолжил:

– Твое любимое Превосходство на Чад не сработает. Ведь…

– Ведь у них нет Статуса, – перебил я. – Знаю. Они оружие. Но у меня есть план! И я рассчитываю на вас.

– Эй! – возмутился глава медвежьей пятерки. – Мы не…

– Знаю-знаю, – снова его перебил. – Я только прошу присмотреть за космолетом. Григорий мне очень нужен внизу. Ну, чего вы так на меня смотрите? А! понял! Никто из вас не умеет управлять этой птичкой!

– Каждый бьёргус обучен управлению всеми видами известной техники! – подавшись вперед, заявил уязвленный Гьёрг. Похоже, мой простейший финт удался. Они клюнули. Но, блин… Если он говорит без прикрас, сколько ж времени потребовалось несчастным мишкам, чтобы изучить все это?! И каков рабочий объем их памяти?

– Стало быть, мы договорились, – вслух произнес я. – Идемте, Григорий! Нас ждут великие дела. Вы же не станете, как некоторые, прятать голову в песок и отсиживаться в безопасном космолете?

– Конечно нет, Александр Петрович, – усмехнулся луцезарий, выставив автопилот и под недовольные взгляды медведей покинув кресло. – Кстати, вы уже решили, как мы будем высаживаться? – видимо, на моем лице тут же вырисовался отрицательный ответ, приправленный легким удивлением. Действительно, как я мог упустить этот момент? Дворецкий понял все без слов. – Тогда позвольте мне проявить инициативу.

В принципе, если бы мы просто прыгнули без парашютов, оба бы выжили и не покалечились. Но энергетические щиты изрядно бы просели. К чему так глупо тратиться, если рядом есть луцезарий?

Примерно об этом я думал, окруженный теплым светом. Тело Григория, поменяв свою структуру, теперь напоминало формой облако. Но это был именно свет. Плотный на ощупь свет.

Луцезарий летел быстро, уворачиваясь от двергусов-десантников, которых все так же швыряли их товарищи. Хорошо хоть не успели забросить Чадо дварга, от такого уклониться было бы трудно.

Немного обидно, что, стоило нам покинуть космолет, посудина утратила для врагов всякий интерес, хоть и стреляла по ним из аннигилятора да лазерного пулемета.

Зомби и здоровенные Чада уже неслись в нашу сторону, когда мы с Григорием ступили на притоптанный снег.

– Ну что, Александр Петрович, пожалуй, приступим? – снова вернув человеческий облик, луцезарий мило улыбнулся.

– Конечно! – рявкнул я, срываясь с места. Уж очень утомительно безучастно наблюдать за боем со стороны. Самому жуть как хотелось размять кости.

Мгновенно превратившись в синешкурого громилу, я разметал самых ретивых двергусов, точно их и не было. Не сбавляя хода, понесся к ближайшему Чаду.

– Остановитесь, ничтожные! – раскатисто пророкотал оставшийся позади Григорий. К собственному удовлетворению, я почувствовал, как воздух вокруг наполнился Превосходством Малого Альфы, направленным на двергусов. – Сражайтесь за нас! – быстро глянул через плечо – часть зомби принялась рвать и грызть собратьев. Луцезарий же как ни в чем не бывало бросился меня догонять.

Изначально мертвяков было порядка пяти тысяч. Страшно подумать, это же практически все нынешнее население Тисуля! И ведь после стычки с нами многие из них погибнут. А тех, кто выживет, все равно не спасти. Чертовы паразиты… Это бесчеловечно. Одно дело пасть в бою, защищая родину, семью и свою жизнь. Но совсем другое – стать мясным костюмом для врагов.

Загнав подальше грустные мысли и одним махом раскидав еще с десяток зомби, я продолжил подсчет.

Было около пяти тысяч. Малое Чадо состоит из сотни, значит, три Больших Чада – три тысячи. Еще около тысячи пали жертвами наших авиаударов и собственных катапультирований. Итого на подхвате у Чад осталась тысяча. Навскидку сотни три подчинил Григорий. Вроде бы дворецкий не выглядит усталым, но сколько на самом деле он затратил сил на такое массовое Превосходство?

Первый из Чад был все ближе и ближе. Даже несмотря на то, что я вымахал до пяти метров в высоту, по сравнению с этой тварью выглядел крохотной игрушкой. Да и разница щитов существенная. Пусть в монстроформе мой щит и увеличивается, но 14845 против 65974 выглядит не очень-то убедительно. А ведь за ним еще двое…

Однако я знал, что делать, точнее чувствовал. Имелась кое-какая задумка, и я верил, что смогу ее осуществить.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364029, containerId: 'containerId364029' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

– УА-А-А!!! – громоподобный рев Чада разнесся по округе. Я сбился с шага и зажал уши руками. Черт! Ну и сила! Аж деревья гнутся в сотне метров от нас!

Помимо звука чудовищный крик породил и нехилую воздушную волну. Продвижение вперед давалось с таким трудом, будто я пытался идти против мощного, ломающего зонты ветра. К счастью, легких (хотя не уверен, что у монстрилы вообще есть внутренние органы) твари надолго не хватило, вскоре она умолкла. Я вновь рванул на всей скорости, краем глаза отметив, что все обычные двергусы полегли от рева и только сейчас медленно, точно замерзшие ящерицы, поднимаются на ноги. Многих из них, к слову, в этот момент косила наша воздушная поддержка и красивые светлячки – светящиеся шарики, зарождающиеся на ладони Григория и неистовым вихрем по спирали разлетающиеся во все стороны.