"Фантастика 2025-49". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович - Страница 1657

Например, я могу изменять любую материю. Не всегда, конечно, успешно… Помню, как-то решив попрактиковаться, превратил пистолет в мелкую и весьма специфичную абстрактную скульптуру. Хоть и хотел сделать из него минибазуку. Но теперь-то меня мало волнует, что будет с веревкой.

С этой благой мыслью я сконцентрировал космопрану на кончиках пальцев правой руки и коснулся светящегося шпагата.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Твою ж… — выругался, почувствовав жжение в запястьях. Тут же представил змею, послушно вылезающую из вазы под дудку факира. Веревка перестала давить и, покладисто соскочив с крюка тельфера, освободила мои руки.

В полном оцепенении двергусы-охранники глазели на меня не больше секунды и быстро ринулись в атаку. Используя светящуюся веревку как хлыст, я, не вставая со стула, быстро прикончил десятерых.

Пальба и взрывы на улице не прекращались, но звуки немного отдалились от моего бокса. Быстро стянув с ноги сапог и носок, я уставился на вывихнутую лодыжку. Бр… посинела и опухла. И болит же, эта слоновья нога!

С начала Апокалипсиса, по настоянию моей мамы-медсестры, каждый член клана прослушал краткий курс первой помощи и даже сдал простенький зачет. Однако теория без полноценной практики — пустая трата места внутри черепной коробки. Не уверен, что смогу сейчас сделать все по науке. Но сражаться с такой ногой…

Внезапно в голову клюнула уж очень бесшабашная мысль. Не успев ее отогнать, я, почувствовав в ладони привычное тепло, приложил руку к больному месту.

От боли едва искры из глаз не посыпались! Я резво отдернул руку и подул на обожженную рану.

Так… успокоиться… представить, как выглядит голеностоп. Скелеты сто раз видел и на уроках биологии, и в энциклопедиях. Ничего сложного. Нужно держать в голове образ целой здоровой ноги.

Еще раз! И сбавить напор.

Максимально сдерживая собственную мощь, я снова приложил ладонь к вывихнутой лодыжке. Так… по чуть-чуть… Отлично! Опухоль спадала на глазах, суставы выпрямлялись… Есть! Получилось!

Быстро обувшись, я вскочил на ноги. Совершенно ничего не напоминало о недавнем вывихе. На всех парах бросился к воротам!

Глава 39. Принятие

Мертвые тела слипались, теряя собственную форму и обретая очертания единой здоровенной махины болотного цвета.

— Садись за руль! — крикнул я, как только «Урал» остановился.

Тут же выскочил из машины и, прицелившись, открыл огонь из бластера. Верещавших братьев засасывало в формирующееся тело Чада. В последний момент успел отстрелить руки двергусов, державшие Васю и Игоря.

Они упали на землю с высоты метров в восемь. Среднему посчастливилось приземлиться на ноги. Он даже неловко перекатился, пытаясь загасить инерцию. Старший же, и без того раненый, рухнул мешком. Я тут же бросился к ним.

— Сеня!!! Уезжай на базу!!! — неожиданно заорал Юра, подбегая к нам.

Я развернулся и с ужасом обнаружил, что от грузовика наш квартет теперь отделяет целая орда зомби.

— Езжай! — продолжал кричать танк. — Спасайся сам и спасай машину. О нас не беспокойся! Белова увидит, что я застрял в полях, и придет на помощь!

— Но… — неуверенно пробормотал телепат. Однако через лобовое стекло грузовика я заметил, как резко дернулось его правое плечо. Уже врубил передачу?

— Езжай! — рявкнул Защитник.

Арсений молча кивнул, и «Урал» дал задний ход.

— Гр-р-ра-а!!! — раздалось за нашими спинами. Малое Чадо дварга окончательно сформировалось.

— Вася, не бойся, сиди тут, — отрывисто проговорил я и хлопнул по заснеженной дороге ладонью рядом с ним. Трансформация материи прошла на ура — наших раненных товарищей мгновенно накрыл купол из асфальта и снега.

Поднялся на ноги и огляделся. Вымахавшее Чадо и окружавшие его двергусы рычали, но не спешили нападать.

— Ты ж понимаешь, что это конец? — хмыкнул Юра, поудобнее перехватывая палицу.

— Нет, — отрезал я. — Если убьем дварга.

— Хех! Хорошая мысль, вот только как его найти?

Внезапно рычание стихло. Зомби замерли, точно игрушечные солдатики. Один двергус в армейской форме вышел вперед:

— Так… это… тво… й… ответ?.. — мертвые глаза глядели прямо на меня.

— Да, — холодно ответил я, для себя решив, что делать дальше. — Я не стану вступать в ваш Легион.

— Тогда… умри… — выдавили гниющие голосовые связки солдата.

Последнюю минуту я лихорадочно прокручивал в голове те моменты, когда меня отстраняли от управления собственным телом, оставляя возможность наблюдать. База Защитников и битва с люмпусом-шаманом. Раньше, когда я думал об этом, казалось, что повторить подобное самостоятельно, невозможно. Однако теперь самое время попробовать. Либо я сделаю то, что по силам только мне, сознательно используя скрытые ресурсы. Либо…

Вариантов больше нет.

Настало время принять себя! Пусть не полностью… пусть лишь часть. Но я готов.

В два прыжка поравнявшись с двергусом-парламентером, я схватил его за воротник и потащил за собой.

— Юра, запульни нас! — крикнул, таща брыкающегося зомби к танку.

— Что? — опешил Защитник.

— Биту вниз! Катапульта!

Видимо, взгляд мой был настолько безумен и решителен, что наш богатырь не стал спорить. Через секунду кончик длинной палицы коснулся снега. Двергусы и здоровяк зарычали и вновь ринулись в атаку. Но я уже наступил на край измененной биты.

— Пуляй! Я за дваргом!!!

Думаю, раньше чипированные бойцы никогда не использовали подобной тактики. Ведь это очень опасно — далеко не всякий способен усилить физическую мощь рычага, еще меньшее число способно пережить полет. Хотя, конечно, могу ошибаться…

Как бы то ни было, заорав во всю глотку, Юрий сконцентрировал энергию в оружии и, держа рукоять двумя руками, резко поднял палицу.

Удар получился мощным, ребенка бы так метров на пятьдесят запустил… но двоих взрослых мужчин едва ли на двадцать. К счастью, и такого короткого полета хватило, чтобы выбраться из оцепления.

Часть зомби мгновенно развернулась и потянулась руками к моей шее. Не поймаете, твари! Пора попробовать разработку нашего умника.

Вскочив на спину двергусу-солдату, я заорал:

— Вперед! — и даже стукнул его пятками.

Ничего не произошло.

Пальцы зараженных уже касались моей куртки… Мысли в голове сменяли друг друга со скоростью молнии:

«Почему не вышло?.. Тогда же повелевал люмпусами! Мог же подчинить их… Почему у меня не получается? Почему…»

СТОП! Отставить нытье! Ни одна тварь не станет пресмыкаться перед нытиком!

— Вперед, — холодно проговорил я, и мой «конь» сорвался с места.

Он несся даже быстрее, чем «транспорт» Сени. Но в двергусе я не чувствовал своей воли или чего-то подобного. Казалось, он просто желает… Выслужиться?

— Вези меня к дваргу! Ты знаешь, где он!

И он вез, резво перебирая ножками. А позади яростно грохотала битва. Раз обернувшись, я увидел поднявшееся в небо облако серой пыли. Похоже, Юра с гигантом раскурочили один из домов. Черт! Только бы Защитник продержался.

Преследующие нас двергусы меня совсем не волновали. Зомби остались далеко позади, и с каждой секундой разделяющее нас расстояние увеличивалось.

На всем ходу мы приближались к третьему боксу. Мой «конь» и не думал останавливаться, явно собираясь вынести калитку своей каской. Чтоб хоть немного помочь ему, я выстрелил в ворота из бластера.

— Бух!!! — от калитки ничего не осталось, зато мы наконец-то достигли цели.

В отличие от двух предыдущих, этот бокс был совершенно пуст. Будто все добро специально из него выгребли. По углам можно было увидеть древесные опилки и кусочки коры.

У дальней стены стоял трон, созданный из неизвестного мне материала антрацитового цвета. Холодный, переливающийся, определенно очень твердый и величественный.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364029, containerId: 'containerId364029' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Дварг-барон ждал меня, сидя на этом троне. Держал спину прямо, не шевелился и не дышал. Будто бы и вовсе не был живым. По правую руку от него, поигрывая щупальцами, разместился шипастый шар. По форме точно такой же, как и на парковке красно-белого гипермаркета и на базе Защитников. Правда, размерами заметно меньше — не больше двух с половиной метров в диаметре.