"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Ясный Дмитрий - Страница 1616

За дверью покоев Горной ведьмы ничто не напоминало о том, что он видел в замке и за его пределами. Вместо пола под ногами дикое переплетение скользких металлических труб, местами они выстреливали паром, грозя ошпарить неосторожного. В нескольких дзё впереди поднимается лестница, на ступеньках которой стоят металлические резервуары с круглыми окошками. А над всем этим, словно жуткое отливающее сталью насекомое нависала женская фигура, с проводами, идущими из плеч, а поясом уходящая в стену. Табличка на лбу её гласила: «О-Ямма. Горная ведьма-12».

Он широкими шагами направился к ней.

Кикутиё замер, увидев весь тот кошмар, что творился за дверью. Он просто сел на трубы, обхватил меч и как не пытался я расшевелить его, отказывался хоть что-то делать. Только головой мотал. Я не стал возиться с ним долго, и последовал за шагающим к лестнице Юримару.

Узнать седовласого самурая теперь было легко. Скрываясь в тени личности ронина по имени Ясуока, я ждал своего часа, когда смогу достаточно близко подобраться к Горной ведьме, чтобы убить её. Но никак не мог представить себе, что и Юримару сумеет пробраться сюда. Каким образом, представления не имею, да и не особенно важно это сейчас. Главное, опередить его, не дать добраться до Горной ведьмы. Тогда все мои усилия пропадут даром.

Я едва не бегом бросился следом за ним, вскидывая на бегу мушкет. Немного сократив расстояние, припал на колено и нажал на курок. Приклад ударил меня в плечо, словно конь лягнул. Это Ясуока был более-менее привычен к такой зверской отдаче, а вот для меня она была слишком сильна. Из-за этого ствол рванулся вверх — и пуля попала не в спину Юримару, а куда-то в основание черепа, и вышла с другой стороны, раздробив челюсть. Зубы его полетели в разные стороны.

Юримару обернулся ко мне, покачал головой. Говорить он не мог, но его гримасу я опознал как улыбку. И она заставила меня вздрогнуть, слишком уж жутко выглядела.

Я не думал, что ты окажешься Ясуокой, — раздался его голос у меня в голове, — всегда грешил на Па-неру, слишком уж он был речист, или Набисабуро, было в нём что-то похожее на тебя. А вот Ясуока… Я его подозревал в чём угодно, но только не в этом.

— Вот ты и ошибся, — усмехнулся я, — можно сказать, фатально.

Прыгая через несколько ступенек, я догнал Юримару и с ходу попытался ударить прикладом. Юримару легко отбил его в сторону, но я не стал держаться за мушкет, я отдал тело Ясуоке. Он выхватил меч, нанёс быстрый выпад. Юримару парировал и его. Они вступили в схватку, где мне делать было нечего. Она ничем не напоминала фехтование, которому учился я.

Они обменивались быстрыми ударами, держа мечи обеими руками. Клинки сверкали молниями. Зачастую мой глаз даже не мог заметить движений Юримару, но Ясуока успевал реагировать на них, вовремя парируя его выпады и нанося ответные. И всё же, один удар Ясуока пропустил.

Он отлетел на несколько шагов, скатившись по ступенькам к самому низу лестницы.

Хочешь жить, Руднев-сан, не поднимайся, — бросил мне Юримару и, развернувшись спиной ко мне, зашагал к женской фигуре, венчающей лестницу.

Он крепко схватил фигуру и с силой потянул её на себя. Он вырвал её из стены. Провода, заменяющие ей руки начали лопаться, концы их метались из стороны в сторону, осыпая Юримару искрами. Он не обращал на них никакого внимания. На изуродованном лице его было написано крайнее удовлетворение.

Вырвав стальную фигуру из стены, Юримару отшвырнул её в сторону, провёл пальцами по громадной стеклянной колбе, скрывавшейся за ней.

Наконец, — зазвучала его мыслеречь, отлично слышимая мне, — я нашёл тебя. Кагэро, О-Ямма, Горная ведьма. Хотела спрятать от меня силу. Руднева отправила в день смерти, чтобы скрыть её от меня. Но не вышло. Тебе никогда не перехитрить меня, Кагэро.

Он обрушил кулак на стекло, пробив в нём внушительную дыру, схватил плавающую внутри женщину за волосы и рывком дёрнул на себя.

Иди ко мне, О-Ямма-сан, — даже мыслеречь его звучала насмешливо.

Своим телом женщина разбила стекло колбы, окатив Юримару дождём осколков и ливнем жидкости, в которой она плавала. Он держал её за горло, так что босые пятки женщины болтались в воздухе. Но она никак не реагировала, как будто это её ничуть не волновало.

Теперь ты моя, Кагэро-сан, — произнёс Юримару. — Вся моя. Со всей твоей силой!

Он вздрогнул, почувствовав боль. Как будто кто-то вонзил ему в спину меч и сейчас, пользуясь им, как рычагом, пытался завалить его. Не отпуская Горную ведьму, он обернулся, но стоящий за его спиной человек быстро переступил, изо всех сил навалившись на меч. Боль на мгновении скрутила всего Юримару, его рёбра затрещали, кровь пропитала его кимоно, и вражеский меч пробил его тело, выйдя из груди. Почти сразу же невидимый противник начал давить вниз, стараясь повалить Юримару.

Левой рукой Юримару ухватил вышедший из груди клинок и с силой рванул его на себя. Это сильно удивило вонзившего ему своё оружие в спину. Сила рывка была такова, что тот не удержал рукоять его. Он тут же ринулся вперёд, постарался схватить её снова, но опоздал. Юримару успел обернуться. За его спиной стоял Кикутиё, а его полевой меч торчал с обеих сторон его тела. О-Ямма бесчувственной куклой болталась в его руке.

Не ожидал, — «сказал» он неслышным языком, который колоколом звучал у меня в голове. — Ты весьма упорен. Все вы, крестьяне, упорные. — Он ухватил Кикутиё за кимоно и дёрнул на себя, насаживая на его же собственный меч, торчащий из груди Юримару. — Не ожидал?

И без этого едва державшийся на одном упорстве Кикутиё осунулся и повис на клинке, своим весом снова потянув его вниз. Юримару быстрым ударом сломал клинок — Кикутиё упал на пол.

Почувствовав опасность, Юримару рванулся, но было поздно. В грудь ему, немного выше раны, смотрел ствол старинного кремнёвого пистолета.

— Ты слишком увлёкся О-Яммой-сан, — сказал я, глядя в чёрные, словно залитые тьмой, глаза Юримару, — и пропустил два удара подряд. — И нажал на спусковой крючок.

Юримару отлетел на пару шагов. Пальцы его разжались, выпустив Кагэро (или О-Ямму). Та упала навзничь, оставшись лежать, как неживая. Юримару же сделал несколько неуверенных шагов назад, споткнулся о первую ступеньку лестницы и покатился по ней. Торчащий из его спины полевой меч Кикутиё сломался — рукоятка с аршином клинка отлетела в сторону. Но, не смотря ни на что, Юримару поднялся, кровь лилась из многочисленных ран. Он поднял на меня взгляд, сунул руку в отверстие на груди, рукав кимоно залило кровью. Рывком он выдернул из своего тела обломок полевого меча и сломал его об колено.

Ты ещё не понял, что всё это жалкое оружие бесполезно против меня.

— Это смотря как его применять, — усмехнулся я.

Рывком сократив расстояние до Юримару, я пронзил ему грудь, попав рядом с раной, нанесённой Кикутиё. Но наваливаться на него, пытаясь силой уложить на пол, я не стал. Вместо этого я поднял его в воздух и понёс его к краю пола.

Настил из труб занимал не всё пространство комнаты. Он шёл неким мостом над, казалось, бездонной пропастью, в которой тьма будто клубилась и выстреливала длинными чёрными щупальцами. Вот туда я решил отправить Юримару. Другого способа покончить с ним я просто не видел.

Несмотря на все свои насмешливые речи, сейчас Юримару не мог сделать ничего. Он болтался на моём клинке, словно причудливая бабочка, осыпая меня отборными ругательствами, как будто заливающими мою голову изнутри дерьмом. Он попытался насадить себя на клинок, чтобы добраться до меня, но я шагал слишком быстро. Юримару размахивал руками, хватался за клинок, да только пальцы обрезал. Они попадали на пол длинными белёсыми червями. Кровь хлынула из обрубков.

Пройдя последние шаги к краю труб, я толкнул меч с насаженным на него Юримару вперёд и отпустил рукоять. Он отправился в долгий полёт во тьму. Какое-то время в моей голове ещё звучали ругательства Юримару, а потом они оборвались в единый миг. Как отрезало.